– Ваш путь среди звёзд будет при полной луне чудо, как хорош.

– Что-то ещё?

В ответ я повторила первую загадку старика-кипариса.

– Ещё? – жадности Пиона не было предела.

Я отрицательно покачала головой.

Зелёный огонь в глазах князя потух. Но зажёгся другой. Полный мужского интереса.

– Адалия, – приобнял он меня за талию.

Вот к этому я не была готова.

– Вы понравились мне с первого мгновения, как зашли в мой дворец. Такая восхитительно юная и такая серьёзная, – руки Пиона коснулись моего лица.

Я постаралась не отпрянуть. Было бы странно, если вдруг его чары перестанут действовать на меня. Увы, отсутствие сопротивления с моей стороны лишь раззадорило князя.

– Вы так мило старались избежать моей благосклонности… – руки цветущего или, скорее, загребущего, полезли к моим волосам. Мне оставалось надеяться, что эти движения действительно не отуманят моё сознание. – У меня ещё не было торговок в возлюбленных… Были принцессы человеческие, поэтесса… и одна милая пастушка…

Занявшись перечислением своих человеческих любовниц, князь немного отвлёкся, и я этим воспользовалась.

– Ах, как прекрасна луна, – сказала я, вставая с места и воздевая руки вверх, ненароком оттолкнув князя.

Он в недоумении посмотрел на меня. Надо продолжать моё представление: я замерла на секунду и начала танцевать.

Честно сказать, танцевать я не особо умела, но, если производить какие-то плавные качающиеся движения и замирать на мгновение, это может сойти за танец… или за ритуал. Я ещё не решила точно, зато начала бормотать ту ложь, что выдала князю сегодня.

– Путь среди звёзд будет при полной луне чудо, как хорош.

Повторив фразу несколько раз, я задумалась, что ещё мне сделать, и принялась раскачиваться, будто в экстазе. Пусть Пион считает, что переусердствовал с чарами.

Чуть приоткрыв веки, я посмотрела на реакцию князя: он сидел на месте с крайне удивлённым лицом и ничего не делал. «Может, уйдёт?» мелькнула мысль. Сумасшедших никто не любит, особенно наделённые чарами. Считается, что присутствие лишённых разума ослабляет силы волшебные.

Я ещё раз посмотрела на потолок. Там всё было по-прежнему: крепкие зелёные листья переплелись так плотно, что не было сомнений в их надёжности. Я упала на колени и принялась молиться луне, которой не было.

Что сделать ещё и как закончить это представление, – у меня новых идей не появилось. Оставалось упрямо следовать избранной стратегии. И я продолжала истово молиться и бормотать.

Не знаю, чем бы это закончилось и закончилось бы вообще, если бы не новый гость, пришедший явно нежданным.

– Что это ты делаешь, друг? И откуда у тебя лунная жрица?

Цветущий Пион Белый резко встал навстречу гостю. И даже я перестала молиться, во все глаза уставившись на вновь прибывшего.

В распахнутых дверях пиршественного зала цветущего дворца стоял Дракон. Царь Шень собственной персоной.

В чёрных шёлковых шароварах, с могучим обнажённым торсом, на который был небрежно накинут золотой плащ, смоляные волосы, заплетённые в косы с золотыми нитями, спускались на мощные плечи дракона. Сапфировые глаза приветственно сверкали. Он выглядел так, будто только что встал с постели, а не пришёл с визитом к дружественному государю. И хорош так, что сердце замирает.

Я вздохнула раз, второй и застыла в почтении.

Царь сделал шаг и заключил в объятия… цветущего князя.

– Рад видеть тебя, Пион!

Взгляд царя скользнул по мне… не узнавая меня.

Глава 7. Сунь-Ань удивляет, дракон желает

Ничем Шень не выдал нашего знакомства. Даже искры узнавания или приветствия не было в глазах царя. Пятая Младшая Жена умерла и уже наверняка заменена другой женщиной. Сейчас перед царём лишь его шпионка, разоблачать которую он не намерен.

Пион Белый немедленно переориентировался для приёма высокого гостя, забыв и про свои желания, и про меня.

– Проходи, друг Шень, нежданное счастье – признак удачи! Сейчас устроим пир в твою честь!

– Не стоит, – остановил царь Цветущего. – Я тут не с официальным визитом, просто решил развеяться. Вот, сам принёс тебе угощение.

И широким жестом дракон извлёк из ниоткуда большой бочонок.

– Из моих тайных запасов, – пояснил он. – Только для друзей.

Два владыки уселись за стол, а я решила скрыться от греха подальше. Подслушать их разговор хотелось, но ещё больше хотелось уйти.

У себя в спальне я вытряхнула Фана из рукава. Дракончик был какой-то сонный и вяло реагировал на происходящее. Честно сказать, мне тоже захотелось спать, едва я вошла. И это было странно. Только что я была так возбуждена, что вряд ли могла бы уснуть.

Осмотрев комнату, ничего нового в ней не нашла. Возможно, мне запустили какой-то чаровской запах? Но что может быть его источником? Я ещё раз, борясь со сном, обошла всё вокруг, внимательно следя за предметами.

Ничего особенного. Лишь цветок пиона, который мне подарил вчера князь, лежал на прикроватном столике.

Взяв цветок, который всё так же оставался свежим и ароматным, я распахнула окно и выкинула его. Сразу стало легче дышать. Значит, это благодаря ему я вчера приоткрыла свой секрет князю.

Через некоторое время Фан начал приходить в себя. Дракончик потянулся, зевнул, открыл глазки.

– Я что, заснул? – ужаснулся он.

– Похоже, чары цветка и на тебя повлияли, причём даже сильнее, чем на меня.

Я рассказала Фану о своей находке.

Дракончик прочихался сердито.

– Вот гады эти дриады, хотя и цветы!

– Не могу с тобой не согласиться, милый. Но где же Сунь-Ань?

– Её увёл за собой Георгин, ещё вначале вашего… твоего представления с Пионом.

– Подозреваю, надо её спасать! – решительно встала я.

И мы пошли на спасение.

Коридоры и закоулки дворца были пусты. Двери в разные комнаты плотно заперты. Врываться в них было бы неуместно, а где находятся апартаменты Георгина, мы не знали.

Устав от безрезультатных поисков, остановились в каком-то коридоре. Я облокотилась на стену.

– В конце концов она опытный воин и сможет выбраться сама, – устало вздохнул Фан.

В этом я не была уверена: чары соблазнения – это вам не мечом махать.

И тут у меня мелькнуло озарение: «Чары!». Их же не только дриады могут использовать.

– Фан, милый, ты же можешь применить своё волшебство, чтобы найти Сунь-Ань?

Видимо, и на нём, и на мне сказалось воздействие дриад. Мы просто не сообразили!

Дракончик выглядел смущённым, но сразу начал что-то колдовать.

– Не могу, – через продолжительное время сказал он. – Тут слишком много запахов. Цветы эти… – Дракончик чихнул несколько раз, – всё перебивают.

– Есть другой способ?

– Нужна её вещь! – уже на бегу крикнул хранитель. Быстро перебирая лапками, он нёсся изо всех сил к нашей спальне.

Когда я догнала его, Фан уже копался в мешке Сунь-Ань.

– Вот! – дракончик гордо держал белую ткань, я присмотрелась: это было нижнее бельё.

Этот нюанс явно не смущал хранителя, и он, взяв след, побежал дальше по коридорам.

Заветная тряпочка (так будем называть интимный предмет туалета) привела нас к комнате с плотно закрытыми зелёными дверями-листьями. Фан повозился там, и двери раскрылись.

Нам предстало удивительное зрелище. Спасать надо было не Сунь-Ань.

Георгин Великолепный был распят на постели. Голым. А над ним склонилась наёмница, держа в руках хлыст.

– Эээ, – только и смогла сказать я на очень горячий взгляд, которым меня одарила наёмница. – Пожалуй, мы пойдём дальше.

Сунь-Ань быстро вскочила с постели – собранная, спокойная, как и всегда, будто только что мы не застали её в весьма провокационном виде.

– Что-то случилось?

– Эээ, ничего, что не может подождать до утра.

Сунь-Ань продолжала вопросительно и даже требовательно смотреть.

– Царь Шень объявился в Цветущем дворце, – отводя взгляд, пробормотала я.

– Ясно, – ответ наёмницы был лаконичен. – Тогда идём.

Она взяла свою тунику с постели и мгновенно запахнула её, подвязав пояс.

– Милая! – на выходе мы услышали возглас всё ещё распятого Георгина.

Сунь-Ань, даже не обернувшись, захлопнула двери.

Всем составом мы вернулись к себе. Я всё ещё немного смущалась после увиденной сцены, но потом решила, что личная жизнь наёмницы не моё дело, раз она сама не в обиде.

– Известно с какой целью прибыл государь? – деловито уточнила Сунь-Ань.

– Честно сказать, я не осталась в зале, а поспешила сюда.

– Ясно. Вы сможете вернуться? Боюсь, и меня, и Фана царь Шень почувствует и не будет рад нам.

Тяжко вздохнув, пришлось признать правоту наёмницы. Для меня это точно будет безопасно.

Посмотрев на свои одежды, местами испачканные в траве и земле, я задумалась, в каком виде лучше предстать перед драконом. С собой у меня не было много вещей, но нужно хотя бы в чистое переодеться. Что я и сделала.

Простое дорожное платье из голубой ткани неопределённого покроя. Неопределённого, чтобы не было понятно, из каких я земель. Волосы я переплела так, что две золотые косы послушно спускались вниз.

Вид простой и незамысловатый, зато, как и говорил Пион, я выгляжу «чересчур юной». Ну и хорошо.

Подкравшись к пиршественному залу, я прислушалась. Чем же они заняты?

Оказалось, оба государя пили и травили байки, как два закадычных друга.

Когда я решилась зайти, Пион радостно воскликнул:

– А вот и моя гостья! Знакомься, брат: Адалия, человеческая торговка с севера.

– С запада, – поправила я, вежливо улыбаясь.

– Ах, да, с запада, откуда-то с людских земель, – махнул князь рукой.

– Прекрасная гостья, – скользнул по мне равнодушным взглядом дракон.

– Простите, великие господа, что прервала вашу беседу, но я просто хотела пожелать князю доброй ночи, – поклонилась я.

– Ах, Адалия, как вы милы, – князь так посмотрел на меня, что стало понятно, если бы не высокий гость, эту ночь мы бы провели вместе.

Я мысленно поблагодарила дракона за вмешательство.

Что ещё тут делать, было неясно, и я скромно удалилась.

Чуть отойдя дальше, остановилась, прислонившись к стене. Зачем дракон пришёл? Это же явно связано с моей миссией, но ни взглядом, ни жестом он не дал понять, чего хочет.

Постояв ещё в размышлениях, я уже решила двинуться обратно, как меня схватили в жаркие объятия.

– Адалия, – прошептал Шень куда-то в мои волосы. – Я скучал.

– Ваше величество, – я не смела поднять голову и посмотреть в глаза дракону. И так его объятия напомнили мне о наших горячих ночах, а если посмотрю ему в глаза… Нет, сказала себе, он мой бывший муж, и возвращаться в его гарем я не намерена.

Чуть отступила:

– Я нашла следующую подсказку, как искать жемчужину.

– Ты всё о делах… – печально заметил Шень.

– Так вы меня для того и отправили, Ваше величество, чтобы помогала вам, – я сделала шаг назад.

– Винишь меня? – я по-прежнему не поднимала глаз на него, но по голосу поняла, что Шень печален.

– Ни в коем случае. Я сделала, что должна… и то, чего желала…

– А я желаю тебя, Адалия, – дракон сделал шаг в мою сторону, я – шаг от него.

– Ваше величество, нужно опасаться Пиона Белого. Он догадался, почему я здесь, и, подозреваю, преследует ту же цель.

– Посмотри на меня, Адалия, – властно сказал дракон.

Мне пришлось поднять голову, и я чуть не утонула в его жадном взгляде. Так смотрит мужчина, который хочет женщину.

– Ваше величество… – я сделала ещё один шаг назад.

Дракон никогда не отпускает своей добычи.

Шень схватил меня в объятия и поцеловал, жарко, страстно, будто мы были одни во всём мире, и у нас впереди целая ночь, полная любви. Моя голова кружилась, мысли путались.