В годы Горькой войны многие дома, находящиеся в отдалении от основных населенных пунктов, оставались заброшенными после гибели их владельцев на полях брани. Эти дома тоже звали горькими. И сейчас мне нужно было найти один из таких домов.

Я уже добралась до реки, спешащей через лес, и решительно ускорила шаги. Сердце забилось чаще от одной только мысли, что я все дальше и дальше от Лео.

Под моей ногой хрустнуло бревно, которое я не заметила из-за покрывавшего его мха. Внезапно острая боль пронзила мою лодыжку, будто булавку в кожу воткнули – затем еще и еще одну. Я качнулась назад, мой пульс участился, когда лес вокруг меня наполнился жужжащим хаосом. Оказывается, я наступила на пчелиный улей, будь он неладен, и теперь они кружились в воздухе передо мной, жужжа у самого лица.

Дело дрянь.

Я бросилась бежать, спотыкаясь о корни, ветки хлестали меня по лицу, а пчелы роились вокруг моей головы. Я мчалась прямо к реке.

Лодыжки буквально горели, но вот наконец я добралась до шумного потока, который протекал через лес, и нырнула в него с разбегу. Обволакивающая прохладная вода тут же смягчила болезненные пчелиные укусы. Каким-то образом я не потеряла свое копье и поплыла вместе с ним под водой.

Я изо всех сил толкалась ногами, стараясь оторваться от пчел.

Наконец, когда легкие уже начало жечь из-за нехватки кислорода, я вынырнула из-под воды и сейчас же перебралась на берег, положив копье рядом. Стоя некоторое время на четвереньках, я жадно ловила ртом воздух.

К счастью, пчелы, по-видимому, отстали, я не слышала их жужжания.

Пошла, называется, новый дом искать.

Казалось, хуже и быть не могло, но тут я осознала, что смотрю прямо на черные сапоги и блестящий кончик меча. Сердце так и подпрыгнуло.

Меч почти нежно коснулся моего подбородка и приподнял его вверх.

Я невольно подняла голову и уставилась прямо в золотые глаза Сиона.

– Элоуэн. А мне как раз показалось, что я чую твой запах. – Он поднял меч еще чуть выше, заставляя меня смотреть на него.

При этом сама я оставалась перед ним на коленях.

Я ведь уже совсем позабыла, какой он крупный и мускулистый.

Он не сводил с меня взгляда. Его золотые глаза сузились.

– Я вообще-то искал своего сенешаля. Ушел из моего замка и будто сквозь землю провалился. Ты, кстати, не видела поблизости высокого вампира со светлыми волосами? Его зовут Бран Веленус.

Я смотрела на его меч под своим подбородком.

– Не знаю, кто это.

– Регент Гветеля в мое отсутствие. Я провел много лет вдали от своего королевства. А когда я вернулся, он стал моим сенешалем. Также он один из моих давних друзей, но тут вот неожиданно покинул замок, не сказав мне, куда направляется.

У меня в горле все сжалось. У Сиона были друзья?

– И почему я должна была где-то его видеть?

– Не знаю, но, может быть, он намеревался повидать тебя… Знаешь, у тебя сейчас так колотится сердце, будто ты боишься сказать правду. Признайся, Элоуэн, это от страха или от возбуждения твое сердце едва не выпрыгивает из груди? Полагаю, когда рядом я, возможно и то и другое.

– А может быть, у меня так бьется сердце, потому что вампир нацелил свой меч мне в горло.

– Значит, возбуждение. Так я и думал.

Я скрипнула зубами.

– Ты меч вообще собираешься опускать?

– Хм… Должен признать, обычно мне нравится, когда красивая женщина стоит передо мной на коленях, насквозь мокрая, но именно такой сценарий мне как-то не по душе.

– Ты хоть представляешь, как сильно я тебя ненавижу?

Он сощурился, но меч все же опустил.

– Значит, Бран к тебе не заглядывал?

Я медленно встала и подхватила копье.

– Нет.

Сион оглядел меня с головы до ног. Я тоже невольно оглядела себя. М-да. Майка Годрика прилипла к моему телу и почти просвечивала. Один носок сполз до лодыжки. Мои щеки вспыхнули, и я инстинктивно прикрыла руками грудь.

– В своих письмах ты писала, что у тебя все хорошо и ты живешь нормальной жизнью. Почему же в таком случае ты купаешься в реке, одетая как бездомная оборванка?

Потому что я и есть бездомная оборванка.

Я вздернула подбородок.

– А в лесах все люди так одеваются. Стиль тут у нас такой.

Его глаза весело блеснули.

– Неужели?

– Надеюсь, теперь ты оставишь нас в покое. – Опираясь на копье, как на палку, я сделала шаг назад. – Потому что я понятия не имею, где твой друг, а отправляться в Донн Холл не собираюсь.

– Наша прорицательница сообщила, что скоро Орден тебя найдет, если мы не вмешаемся. Уж не знаю, почему она думает, что ты такая важная персона, но так вот она решила, а все вампиры в Донн Холле верят каждому ее слову. И я в том числе. Прежде она никогда не ошибалась. И, похоже, лесная полуголая бродяжка – ответ на все вопросы. Если бы боги существовали, я бы сказал, что хреновое у них чувство юмора.

– И я что, должна поверить в эту прорицательницу, о которой ты, возможно, откровенно лжешь?

Сион приподнял бровь.

– Она всегда права. И без нашей помощи вы с Лео скоро окажетесь в подземельях Ордена. Как обычно, ты принимаешь худшее из возможных решений.

Я уставилась на него.

– Какие же это еще плохие решения я принимала?

– Не знаю, может, когда попыталась убить меня, хотя я был на твоей стороне?

Я вскинула брови.

– Но не убила же, правда?

– Но не потому, что больше не представлялось случая попытаться, ведьма. – Сион кивнул на мое самодельное копье. – Вон, палочка в руках. Собираешься заколоть меня ею? Пакуй вещи, Элоуэн. Ты не защитишь Лео, размахивая острыми палками и одетая как чучело лесное.

– А Хьюго мне говорил, вампиры – само обаяние. Выходит, это лишь миф?

Он пожал плечами.

– Возможно, есть на свете несколько безумцев, которые способны устоять перед моим обаянием. Но даже если ты не способна понять мою привлекательность…

– Ха! Ты, верно, шутишь.

– …то, полагаю, ты все же в состоянии понять, что однажды тебе придется объединить усилия с армией сильнее тебя. Долго ли ты протянешь здесь в компании менестрелей-мечтателей?

Можно подумать, будущее с ним было бы лучше.

– Мой ответ «нет». Ты будешь пытаться влиять на каждое мое решение, используя мои силы в своих собственных целях. Я не собираюсь в Гветель. И, чтобы внести ясность, проблема, в частности, в тебе самом как в личности.

Его губы искривила усмешка.

– Конечно, как же ты все так бросишь? – с издевкой продолжал он, полностью игнорируя мои оскорбления в свой адрес. – Покидать жалкую лесную хижину и перебираться в роскошный замок – вот еще глупости! Знаешь, ты очень отощала. Дай-ка угадаю. Ты отдаешь почти всю свою еду Лео?

– Можно подумать, вампиры что-то знают о правильном питании. Ты действительно хочешь, чтобы я поверила, что десятилетний мальчик будет в безопасности в замке, полном нелюдей, которые выживают, выпивая человеческую кровь, а правит ими монстр, убивший моего отца?

Он вложил меч в ножны и шагнул ближе. Его золотистые глаза сверкали, пронзая меня насквозь. Такой теплый цвет и при этом такой холодный блеск.

– Ты сама была бы в большей безопасности среди тех, кто мог бы защитить тебя, и мое королевство должно видеть, что Королеве Подземного мира ничего не грозит. Это их символ сопротивления.

По моей коже пробежал холодок.

– Королева Подземного мира? О чем ты говоришь?

– Прорицательница. – Он стремительно сократил расстояние между нами, его глаза сузились. – Полагаю, ты не слишком внимательно читала мои письма.

– Давно вы знаете о пророчестве? – Мой желудок сжался. – А Мэйлор? Он… тоже знал?

Он вздохнул.

– Да, он знал. Хорошо, тогда давай начнем все с самого начала, согласна? Итак, в Гветеле мы посоветовались с прорицательницей, известной как Хранительница Реликвий. Перед началом ваших испытаний она сообщила нам, что лишь один человек способен победить Патера. Нам нужно искать женщину, известную как Королева Подземного мира. Женщину, обладающую смертоносным даром. Мы подумали, что, скорее всего, это ты. Мэйлор несколько раз сталкивался с тобой. Затем тебя отправили на испытания, и мы должны были сохранить тебе жизнь, не раскрывая при этом нашего прикрытия. Это было нелегко, знаешь ли, но ты, должно быть, и сама задумывалась, почему он так отчаянно боролся за тебя.

У меня отвисла челюсть.

– Так вот почему он сохранил мне жизнь? И перевел в свою комнату? Все из-за прорицательницы с острова вампиров?

– Обойдемся без драм, ты меня этим все равно не проймешь. Сосредоточимся на более важном: судя по всему, ты нужна, чтобы убить Патера. Хранительница Реликвий не вполне уравновешенна, но, к сожалению, она всегда права. Она упоминала, что Королева Подземного мира убивает одним своим прикосновением. И в твоем случае это действительно так. Похоже, мы с тобой повязаны, хоть ты и воткнула мне в сердце проклятый кол и одета как неряшливый клоун.

– Отлично, что ж, тогда мой ответ… нет. Я останусь здесь и буду вести нормальную жизнь.

– Нормальную жизнь. – Он насмешливо улыбнулся. – Конечно, у тебя ведь это отлично получается.

– Я останусь с Лео. И если ты думаешь, что я когда-нибудь доверюсь человеку, убившему моего отца, ты, должно быть, не в себе.

– Тогда я сделал то, что должен был, и сейчас сделаю то, что должен. Мне бы очень не хотелось, чтобы ты закончила как твой отец…

Мой кулак полетел ему в лицо, прежде чем я осознала, что делаю, но, конечно, он легко перехватил его, даже не дрогнув. Его хватка была тверда и крепка.

– Ну-ну-ну. Со мной бороться бессмысленно, Элоуэн. Ты, может, и Королева Подземного мира, но я все равно быстрее и сильнее тебя, и в моей власти оборвать твою жизнь раньше, чем стрекоза успеет взмахнуть крыльями. – Он отпустил мой кулак. – В конце концов ты все равно присоединишься к нам.

Я не сводила с него взгляда, чувствуя шепот и шелест его темной магии.

Только через мой труп.

Глава 3

Молча шагая по Пенору, я сняла на ходу свои кожаные перчатки. Я скользила по городу точно дым. Они собрались на Сажевой площади, ждали меня, глаза их сияли. Они смотрели на меня с такой надеждой и так невинно – будто дети в ожидании угощения. Кончиками пальцев я касалась их щек, и они падали к моим ногам, увядая как растения на солнце, их кожа становилась серой. А я уже дошла до центра площади, где в ожидании моего прикосновения стоял Лео…

Я в ужасе проснулась и, тяжело дыша, села на кровати. Обвела взглядом домик, убеждая себя, что мне всего лишь снился кошмар. Мы перебрались в один из заброшенных горьких домов, что я нашла.

Я посмотрела на свои руки и выдохнула с облегчением: перчатки все еще были на мне. Лео спал на соседней кровати, и я подавила в себе желание потрясти его за плечо, чтобы удостовериться, что он еще жив. Я смотрела на него и видела, как медленно поднимается и опускается его грудь. Сделав глубокий вдох, я окончательно стряхнула с себя остатки кошмара.

Именно поэтому я и не могла использовать свои силы. Потому что это превращало меня в чудовище.

Я плотнее завернулась в одеяло, сердце стучало как бешеное. Угли в камине еще горели оранжевым и красным светом. Все было в порядке. Я сегодня даже сытно поела. В тот день мне удалось убить копьем оленя, а менестрели нашли дикий лук и чеснок, а также поймали двух крупных рыбин.

Все в нашем новом доме было на своих местах. Храп Годрика и Хьюго разносился по маленькому дому. Почему же меня до сих пор не отпускало это холодное ощущение страха?

Прежде чем я осознала возможную причину этого своего состояния, раздался стук в дверь, и я подскочила. Годрик фыркнул, пробуждаясь, сел на кровати и моргнул.

Сердце готово было выпрыгнуть из груди. Неужели Орден таки нашел нас?

Мы с Годриком взволнованно переглянулись. Медленно, осторожно я подкралась к двери. Когда я выглянула из окна рядом с дверью, мое сердце пропустило удар.