Бьёрн легко удержался на ногах при новой волне, сделав незаметное движение всем телом, как заправский моряк, а я ещё сильнее впилась пальцами в запястье, хотя лучше бы схватилась за борт!

– Маленькое досадное недомогание на важном пути.

– На моих островах тоже знают кое-что об особых силах.

– Я наслышан, – якобы согласно склонил голову Бьёрн, – однако куда больше наслышан о ваших обжигающе-горячих неудачах, кирия ди Мори. Так что не стоит избегать тех, кто разбирается куда побольше ваших шаманов и ведуний.

Эти дарханы – настоящие снобы, я уже поняла. Я покачнулась и едва не упала, поскольку обе руки теперь были заняты попыткой избавиться от морской болезни. Бьёрн тут же цепко схватил меня за локоть и придержал, помогая не растянуться посреди палубы всем на посмешище.

– Вам стоит подкрепиться, Кейсара ди Мори. Иначе от слабости того и гляди бахнитесь в обморок.

– О, меня ждёт изысканный ужин?

– Только весьма посредственный обед.

Я снова перешагнула, чтобы удержаться на палубе во время волны. Длинная юбка простого платья путалась в ногах, а волосы так и норовили попасть в глаза.

Слова про обморок оказались пророческими. И Бьёрн не успел удержать – я почувствовала, как поскользнулась и лечу вниз на проклятую шаткую палубу, матросам на радость. И едва не расшибла себе лоб!

В последний миг меня подхватила у самого пола чужая крепкая ладонь.

Но Бьёрн не повёл себя как мужлан, а удержал на удивление бережно.

– Ну вот, едва не упали, – прошептал он мне на ухо так, что по коже побежали мурашки. – Что бы вы без меня делали, принцесса с южных островов?

Бьёрн позволил мне встать твёрже на палубе, и я, ещё держась за его предплечье, снова взглянула во внимательные серые глаза.

Его зрачки стали больше, и я бы поёжилась от ощущения, что он околдовывает, и мои эмоции выходят из-под контроля… Но увидела в глубине отголоски пламени – красно-оранжевые всполохи, похожие на закатное солнце.

Но заката ещё не было!

«…однако куда больше наслышан о ваших обжигающе-горячих неудачах, кирия ди Мори…»

Я помотала головой. Нельзя так играть с огнём – своим собственным. Это всегда заканчивается плохо. Я вернула себе сдержанное выражение лица и постаралась сохранить подобие достоинства на этом шатком способе перемещения.

– Полагаю, держалась бы подальше от морской стихии, но раз путешествие отменить не удалось… Ужасно хочется есть. Но, признаться честно, даже не представляю, где на корабле может располагаться столовая – не приходилось прежде странствовать морем.

Бьёрн улыбнулся на моих словах про столовую на корабле, бросил взгляд на свою компанию, к которой явно жаждал вернуться, но наконец согласно кивнул:

– Раз уж вы снизошли до вежливости, госпожа ди Мори, не могу не ответить любезностью. Идёмте.

Мне надо узнать о нём больше. О нём, о том, что меня ждёт в Сеттеръянге. О том, что ждёт нас всех вскоре – тех, кого Четверо богов наделили даром.

Глава 3. С тобой что-то не так

Арнеина

– Я должен туда поехать. – Голос мужа выдернул из забытья, в которое Арнеина погрузилась, сидя над чашкой горячего отвара и обнимая её обеими руками.

Такой хрупкий фарфор, изящный и тонкий – под её пальцами. И вдруг внезапная мысль о том, что она может сломать его одним неосторожным движением… вызвала тревогу. Но Арнеина хорошо научилась уходить в себя и закрываться от чужого воздействия, ото всех, кроме своего супруга – императора величайшей Ивварской империи.

– С тобой что-то не так, – приподняла она взгляд, отрываясь от прозрачных, едва уловимых клубов пара, который поднимался над свежим отваром шиповника.

Император этим утром был сам не свой.

Арнеина покатала на кончике языка терпкий кисловатый привкус. Захотелось снова сделать большой обжигающий глоток, который бы развеял сумрачное утро.

Сиркх стоял к ней спиной, за широким размахом его плеч пробивался рассвет – но не достигал императрицы, рассеивался лучами по комнате, ещё контрастнее подчёркивая силуэт самого могущественного мага земли.

Наместника самого Скадо, посланника высочайшего из Четырёх богов, что, точно ступени, вели их всех к Великому Духу.

Ойгон – Тело. Кими – Сердце. Метта – Разум. Скадо – Дух.

Четыре посланника Творца, к которым она была приучена обращаться с детства. Четыре ступени великой лестницы, где по мере движения от младшего к старшему тебе больше даётся – но и больше спрос. Справедливая вера: каждому по силам его.

– Я слышу… его голос, – отозвался император глухо, глядя вперёд, далеко за пределы дворцовой площади столицы Иввара, за пределы страны и даже вечности.

Ведь того, чей голос он слышал, уже не было в живых.

Сиркху, если верить летописцам, старательно ведущим записи всей истории Иввара и ордена дарханов, было уже больше пяти десятков лет, но никто бы не назвал его возраст при личной встрече.

Арнеина мельком подумала, что и ей через несколько лет исполнится сорок. Но сильный магический дар помогал не только править страной, поддерживая мужа, но и держать себя с прежней силой и молодостью гораздо дольше, чем могли люди без магии.

Император был высок, казалось, выше его Арнеина и не знала никого в жизни. Даже годы отшельничества и скитаний ничуть не отразились на его внешности – каждая черта его была наполнена силой, мощью и статью. Высеченный из гранита, как стихия, которой он мог управлять. Никто прежде не обладал способностью сотрясать горы и соединяться с твердью, из которой создана вся земля.

Бывали редкие минуты, когда Арнеина могла прикоснуться к нему и ощутить отголоски этой стихийной силы – и даже это слабое эхо потрясало до глубины души. А ведь Сиркх единственный, кто соединял в себе способность обращаться как к живому, так и неживому.

Именно он привёл одарённых магов к власти, вывел из тени. Вернул влияние ордену дарханов – хранителей древних знаний о магии, – который много веков подвергался преследованиям от прежних правителей Иввара. Именно последователи Сиркха отныне могли вершить судьбы, ведь от их имени говорили Четверо богов.

Кто посмел бы сомневаться в этом после той силы, что показал миру бывший скромный ученик дарханов, а позже наставник, отшельник и основатель своей школы Самуэль Давн, взявший себе имя Сиркх по воле богов?

Теперь он Император-Отшельник, как по привычке говорят о нём люди, или Император Без Короны, потому что не любил роскошь и мирские украшения, которые обожал свергнутый им король. Сиркх носил только магические символы: серьгу в левом ухе с кроваво-красным рубином – самым сильным камнем, королевским кристаллом. И на шее цепочку из серебра с сапфировым талисманом. Камень порядка. Камень размышлений. «Я вижу в нём отражение души, устремлённой в вечность», – улыбнулся он ей, когда Арнеина впервые осмелилась прикоснуться к камню.

– Я поеду с тобой, – произнесла Арнеина, скользя взглядом по его спине, мысленно наделяя мужа своим теплом и силой.

Прошло двадцать лет их брака, а она ни на миг не могла уменьшить силу своей любви к нему и это чувство глубочайшего поклонения. Арнеина задумчиво прикусила губы. О да, он до сих пор мог вогнать её в трепет одним взглядом или одним словом.

Судьба накрепко связала её с ним, и она пойдёт следом куда угодно, даже в огненную пропасть, если так пожелают боги. И если Сиркх захочет навестить место захоронения своего Учителя, значит, это действительно важно.

– Зачем? – не обернулся Сиркх, но будто вздрогнул.

Сердце на миг сжалось.

– Ты сам говорил. – Арнеина сделала наконец обжигающий глоток, с наслаждением позволяя отвару согревать изнутри. Она поднялась на ноги и подошла к нему ближе, коснулась рукой плеча. – Я поклялась, что всегда буду рядом с тобой.

– Хорошо. Пусть так, – согласился Сиркх, ушедший в свои мысли, но руку на своем плече накрыл тяжёлой тёплой ладонью.

Она воспрянула духом и отдала приказ подготовить экипаж.

Учитель ушёл к богам полгода назад, и с тех пор Самуэль иногда был сам не свой – казалось, он мысленно продолжал вести разговор. Хотя почему казалось? И правда вёл: судя по обрывкам фраз, что Арнеина иногда ловила с его губ, мудрейший отвечал ему как прежде, будто нет никакой грани между мирами живых и мёртвых.

…Дорога до заветного места на Итене, неподалёку от священного города Сеттеръянг, заняла несколько дней, в течение которых Сиркх продолжал вести мысленный диалог. Арнеина боялась спугнуть и задавать вопросы, поэтому молча была рядом, иногда брала его за руку, наслаждаясь теплом и силой, иногда отвечала на вопросы ближайших спутников.

Сиркх не оставлял идею расширять Ивварскую империю на юго-запад, вскоре им предстояли переговоры о вхождении в состав Иввара самых отдаленных земель Маркитании, часть из которых ещё сопротивлялась власти магов.

Где-то её удавалось установить мирно: многие были заинтересованы сами войти в состав могущественной империи и подчиниться Четырём богам, уже доказавшим свою мощь, где-то приходилось это право устанавливать силой.

– Так пожелали Четверо, – оканчивал свои речи Сиркх, подразумевая то, что такова его миссия в этом воплощении, и от его взгляда обычно у присутствующих не оставалось сомнений, кто именно говорит с ними – воплощение высшего божества.

Сиркх доверил Арнеине множество вопросов, и иногда она чувствовала себя не просто императрицей, не просто собой – а одной из множества божественных дланей, протянувшихся в этот мир с целью установить в нём закон древней силы.

«Мы много больше, чем нам кажется, – звучало в священной книге Кетури, и эти слова эхом раздавались на молитвах Четырём, в такт долгому и раскатистому удару в гонг. – Мы – суть».

Отдавшись течению времени, Арнеина покачивалась в карете, скользя взглядом по раскинувшейся перед ней долине между гор. Существует ли время? Двадцать лет она – правая рука, тень, судьба императора. Двадцать лет как одно биение огромного сердца. Его воля – её воля.

– Спасибо, что отправилась со мной, – проронил он вдруг с хорошо знакомой тёплой улыбкой, которую она видела, только когда они оставались наедине.

Эта мелочь, эта тайна всегда грела душу, напоминая о том, какую особенную миссию она исполняет. И с каким человеком оказалась связана по воле богов.

– Я всегда буду с тобой, – улыбнулась она в ответ.

Арнеина скользнула взглядом по лицу Сиркха: он прикрыл веки, на резких чертах мелькнуло напряжение, и это вдруг кольнуло где-то под сердцем.

Что на самом деле он ищет на могиле своего Учителя? Если их связь не прервалась и с самой смертью. Арнеина закрыла глаза следом, но тщетно: связь с погибшим три десятка лет назад отцом она нащупать не могла никогда. Быть может, для этого нужно быть не просто одарённой, способной воздействовать на всё живое, – но уметь прикасаться и к вечности, как её муж.

Путешествие подошло к концу быстрее, чем она предполагала. А может, этому способствовало её отрешённое состояние – кажется, она провела в молчаливой медитации не меньше суток.

На месте захоронения Учителя особенно громко закричали вороны, будто почуяв приближение человека, способного потревожить покой мёртвых, дотянуться до них сквозь могильный камень и символы на даори, ограждающие живых от ушедших.

– Я должен его увидеть, – проронил Сиркх, опускаясь на холме коленями на землю.

Арнеина вздрогнула и почувствовала, как вся кожа покрылась крупными мурашками, пробежал пугающий холодок. Он всерьёз? Учитель ушёл к богам полгода назад, едва ли будет приятно увидеть сейчас то, что от него осталось в земном мире…

– Сиркх…

Император даже не взглянул на неё, но хватило и той резкой магической волны, что упруго ударила в грудь и заставила сделать шаг назад. Больно сжалось сердце. Не ей спорить с богами, верно?..