Почти с самого начала дракон заподозрил неладное, потому что не полный дурак и вряд ли страдал потерей памяти, учитывая, что у них с Виторией был общий ребенок. Но вот понял ли? В чем подвох с танцем?

«Тише, Эл, твои панические мысли выдадут нас!»

– Да, – ответила коротко, вот только не на первую часть фразы, а на вторую. Обязательно буду добра, постараюсь, по крайней мере.

– Развернутую версию, пожалуйста, – от учтивого тона Эдона мурашки побежали по спине. Он словно раскрыл мою личность и сейчас попросту издевался.

От побега меня сдерживала только слабость в теле. Благодаря ране я стояла на одном месте, словно подошва приклеилась к полу, потому что от малейшего движения силы покинут меня. Наверное, следует поблагодарить разбойников.

Да, туман в голове, невозможно нормально работать, однако я никак не контролировала тело, а оно рвалось прочь.

Ответ…

Вот и настала самая сложная часть, когда нужно плести правду из нитей лжи и в нее безоговорочно верить. Порой получалось обойтись малой кровью и всего-то грамотно выстраивать предложения, но теперь данный способ не сработает. Есть еще один путь. Не хотелось к нему прибегать, но выхода нет.

Я обернулась к Эдону. Позволила себе посмотреть ему в глаза и вспомнить. Рорн, курортный сезон, теплое лето. Беззаботные деньки, когда ты еще совсем ребенок и тебя не пускают на бал. Непонимание, что интересного взрослые находили в бесконечных танцах, ведь это очень скучно. Игра под раскидистым деревом в зеленом саду. И мальчик старше меня на несколько лет, который нагло вклинился в мое любимое уединение.

Наш спор.

Его желание доказать, что в танцах есть своя прелесть.

– Да, я танцевала с Эдоном Тонтэмом.

Он тогда был слишком мал, чтобы называться иром, ибо титул давался в Дируме в момент совершеннолетия. Второго имени я тогда еще не знала. А двойная или даже тройная фамилия – это роскошь, которой порой баловались богатеи. Порой они, можно сказать, покупали целый род и становились главой, брали из него девушек в жены для продления кровной линии, что и произошло с Виторией. В обратном направлении тоже работало. Арканум мог лишить человека всего, и тот оставался с одним только именем.

Дракон опустил взгляд на шар, напряженно всмотрелся в сердцевину. Камень правды остался прозрачным. Я посмотрела на молчаливых судителей, которые явно не понимали, как им быть.

По-хорошему, следовало бы засыпать меня вопросами, чтобы поймать на лжи. Но ведь консумации брака не было, значит, он являлся недействительным. Какой же разразится скандал!

Так и представилось, какими заголовками будут пестреть листовки.

Порадоваться бы, но сейчас не до этого.

– Можете садиться на свое место, илаи Витория Морис.

Я отняла от сферы ладонь, покачнулась, лишившись надежной опоры. Эффект восстанавливающего зелья бесследно исчез. Теперь нужно было набраться откуда-то сил, чтобы сделать шаг. Нет, сначала следовало развернуться.

– Илаи Морис, вам нехорошо?

– Нет-нет, – приложила я пальцы к холодному лбу и поразилась, насколько он влажный от пота.

Нужно идти! Вот только я стояла на месте, не в состоянии совладать с телом. И дело уже не в образе Витории.

Шаг. Нога подкосилась, пол начал стремительно приближаться. Но не успела я упасть, как почувствовала на талии сильные руки, которые придержали. Чужая ладонь немного сместилась. Я вскрикнула от боли.

– Кровь? – удивился Эдон. – Витория, откуда у тебя кровь? Посмотри на меня.

– Объявляю приостановку бракоразводного процесса.

– Нужно помочь илаи.

Я едва не застонала в голос, потому что мне осталось совсем чуть-чуть. Следует собраться с силами, заверить их, что со мной все в порядке. Там ведь немного выдержать, пока они объявят окончательное решение и разорвут магические нити брака между Эдоном и Виторией.

– Нет, я могу…

Дракон уже подхватил меня на руки и направился прочь из давящего своими серыми стенами помещения. Следовало запротестовать! Вот только веки налились свинцом. Мне с трудом удалось остаться в сознании, хотя побег от реальности стал бы сейчас отличным решением.

Эдон будто не чувствовал веса моего тела. Выглядел угрюмо, быстро шагал. Мы миновали коридор, спустились по ступеням на первый этаж, прошли мимо распорядителя, который даже не поднял на нас головы.

– Мы рады, что вы обратились за помощью в Дом Арканума. Надеемся… – его голос стих за закрывшимися за нами дверями.

Нужно закрыть глаза. Сейчас самое время. Все равно ничего изменить не удастся.

Вот только я неотрывно смотрела на карателя, который нес метаморфа на руках. И не думать об этом не получалось. Меня одолела такая слабость, что больше ничего не подчинялось мне, даже собственные мысли стали наглыми предателями.

– Не расскажешь, где получила рану?

– Разбойники. – Голос был не громче шелеста ветра в траве.

– Под Шиором? Стражи знают?

Мой взгляд скользил по мягким на вид губам, которые некстати захотелось потрогать. По волевому подбородку с едва заметной ямочкой. По ярко выраженной линии челюсти. Задержался на остром кадыке. Его движение вверх-вниз загипнотизировало, помогло опустошить голову.

– Витория! – напомнил о своем вопросе Эдон, однако я не собиралась отвечать.

Лучше поберечь силы. Все же остаться в сознании – правильное решение. Следует проследить за тем, что племянник короля собрался сделать со своей пока еще супругой.

Нас ведь не развели!

До чего же обидно. Я справилась, сделала все очень даже хорошо, никак не выдала себя. Должна была потратить пару часов, а в итоге оказалась на руках дракона.

Что за напасть? Меня прокляли? Это наказание за решение взять хорошо оплачиваемый заказ, притом что до этого полгода сидела без работы? Не то чтобы у меня не имелось других источников дохода, потому как очень глупо полагаться только на аристократок, внезапно решивших поменять собственную судьбу и освободиться от супружеского гнета. Но тогда я не накопила бы нужную сумму за всю свою достаточно долгую жизнь.

Мы приблизились к карете. Мужчина умудрился забраться в нее со мной на руках, должен был усадить на мягкие подушки, однако предпочел вместо них свои колени. Неужели любил жену? Как-то не особо верилось.

Я видела его недовольство, как поджимал губы. Периодически опускала веки, потому что постоянно открытыми их было нереально держать. В какой-то момент дракон посмотрел на меня. И ведь нужно отвести взгляд, ведь выдержать этот зрительный контакт невозможно, вот только я слишком устала.

Засыпала.

Все же провалилась в забытье и очнулась от грозного голоса мужа Витории, который отчитывал доктора того же лазарета, из которого я сбежала этим утром. Стоило мне открыть глаза, как Эдон замолчал.

– Не знал, что у меня настолько отчаянная жена, – произнес дракон и кивком отпустил мужчину, тот поспешил ретироваться.

Желтые стены палаты навевали уныние. Приторный запах чистоты толкал на ужасное: попросить племянника короля открыть окно, чтобы впустить сюда свежий воздух. Вот только я не проронила ни слова. Не нужно этого. Вообще общение с драконом для меня противопоказано. Пора перекинуть нить контроля с речи на действия.

– Витория, в чем твоя проблема?

Я отвернулась, прикусила нижнюю губу, чтобы случайно ничего не произнести. В таком состоянии всякое может случиться. Но дракона мое поведение не устроило, он сжал пальцами мой подбородок и резко повернул к себе. Вот он, властный каратель во всей красе. Возвышался надо мной с прямой спиной, небрежно держал, смотрел снисходительно, именно так, как обычно его отображали на листовках с очередным кричащим заголовком про метаморфов и борьбу с ними.

– Не желаешь объясниться?

Пришлось оторвать руку от постели, чтобы прикоснуться к мужчине и попытаться прервать телесный контакт. Но ничего не удалось, он лишь сильнее сдавил подбородок.

– Как ты обманула Камень правды?

Главное сейчас – не паниковать. Нужно стойко выдержать предстоящий допрос, не проронить ни слова и потом снова отправиться в Дом Арканума, чтобы подать новое заявление. Надеюсь, они мне не откажут, придумав какую-нибудь нелепую причину, только чтобы не создавать конфликт с представителем королевского рода.

Не удивлюсь, если это будет первый мой невыполненный заказ.

– Витория, давай обойдемся без крайностей. Ты ведь должна понимать, что мне развод противопоказан, особенно сейчас. Что тебе нужно?

Я все сильнее сжимала запястье мужчины, оттягивала его руку от себя. Он не поддавался, цепко держал за подбородок, смотрел прямо в глаза. Давил. Будто бы ломал мою волю своей мощной энергетикой. Мало какой человек выдержал бы подобное, и мне следовало полностью отыграть свою роль: расплакаться, начать выкладывать ему всю правду. А вместо этого я молчала.

Молчала, ведь другого выхода из моей непростой ситуации не имелось. Да и была слишком слаба. Не могла отвести от него взгляда, потому что дракон будто бы на крючок подцепил меня.

– Неужели настолько отчаялась, дорогая моя? Витория, как считаешь, сложно ли в Шиоре закрыть Дом Арканума? Тогда тебе снова предстоит унизительная проверка на Камне правды, но уже в другом городе, выдержишь? Хотя сначала нужно подать заявку на бракоразводный процесс, а по бумагам я числюсь жителем Шиора. И ты, кстати, тоже. Но если Дом Арканума здесь перестанет работать, то потребуется пропуск в тот же Дайс или Тритэл, а это ведь полная проверка личности. Справишься? – последнее прозвучало зловеще.

Дракон всмотрелся в мои глаза, выискивая там панику. Вот только я была настолько ошеломлена его задумкой, что сейчас молила сознание вновь унести меня в спасительное забытье.

Он не находил отличия между мной и Виторией, сейчас прощупывал почву, пытался вывести меня на эмоции. А я не открывала рта. Онемевшими пальцами держалась за его запястье. Казалось, если разожму их, то провалюсь куда-то и потом с трудом поднимусь.

Не думать.

Не реагировать.

Уж точно не отвечать.

Он все же отпустил мой подбородок. Недовольно поправив задравшийся рукав, подхватил стоявший неподалеку стул и переместил его ближе к кровати, чтобы сразу же на него сесть. Неужели собрался остаться? У племянника короля разве нет своих крайне важных карательных дел, разве не нужно спасать Дирум от метаморфов? Ах да, он ведь заявил, что их больше нет в королевстве. Плохо вы работаете, ир Тонтэм, очень плохо.

Я посмотрела в потолок. Вскоре позволила себе пошевелиться, потому что лежать в одном положении было очень неудобно. Тем более рана немного ныла.

– Не ожидал от тебя, Витория, подобной жестокости. Бросить родную дочь, отказаться от нее в присутствии Арканума. Не хочешь встретиться с Эл?

Сердце екнуло.

– Наша дочь как раз гостит у бабушки в столице, и они скоро поедут в Рорн. Присоединимся? Что-то слишком давно мы с тобой не проводили время вместе, и мне как раз не помешает взять отпуск. Как тебе идея?

Я смежила веки. Мне стало тяжелее держать маску спокойствия, потому что нахлынули воспоминания из детства. Они редко вырывались наружу. Мне удалось затолкать их в самый дальний уголок сознания, чтобы покрылись толстым слоем пыли и превратились в серый фон, слились со стенами, перестали существовать. И вот стоило в процессе проверки выудить совсем крохотный клочок из полотна прошлого, как следом за ним полезли остальные.

Слеза скатилась по виску. Я вздрогнула, почувствовав на коже шершавые пальцы, которые смахнули ее, пораженно распахнула глаза.

– Теперь придется исполнять супружеский долг, – мрачно произнес мужчина, словно это сущее наказание, но он готов пойти на жертву.

У меня вырвался смешок. Сказывалось перенапряжение!

Эдон улыбнулся одними уголками губ, но в следующий миг вернул серьезный вид. Появилось давление. Дракон невидимой силой коснулся моего живота, проник внутрь, исследовал ноющий бок.

– Мне поделиться с тобой кровью?

Нет! Пожалуйста, нет!