– Думаю, тебе известно, что в чистом виде она способствует быстрой регенерации тканей. Что с твоими глазами, Витория? Неужели настолько поражена? Видишь, я умею быть добрым.

Это проверка… Всего лишь проверка! Никакой дракон не станет делиться своей кровью, особенно племянник короля и каратель, который борется с метаморфами. Просто на ней очень много завязано.

В дверь постучали. Эдон отвлекся на заглянувшего сюда лекаря, а я вдруг почувствовала скользнувший по руке ветерок. Подняла глаза, увидела сидевшего на откосе окна Динара. Притом он, скорее всего, не знал о присутствии здесь самого ира Тонтэма, вот-вот подставит нас обоих.

Я часто замотала головой, попыталась подать помощнику знак. Но тот продолжал осторожно толкать окно, собираясь вот-вот забраться внутрь. Наклонился вперед, даже чуть привстал, готовясь тихо спрыгнуть. Громко хлопнула дверь.

– Я договорился, мы можем ехать, – сообщил дракон.

Динар повернул голову, от удивления распахнул глаза и вовремя схватился за приоткрытое окно, зависнув над полом. Я прочистила горло, начала кашлять в кулак, чтобы отвлечь племянника короля от постороннего мужчины, пробирающегося в палату его жены.

Эдон остановился надо мной, подозрительно сощурился.

– Можно воды? – подняла к нему руку, и он будто все понял.

Посмотрел на открытое окно, где уже не было видно Динара. Спешно обошел мою кровать и выглянул наружу.

От ужаса у меня на затылке заледенело. Он ведь сейчас обнаружит моего помощника!

Глава 5

Не обнаружив Динара, дракон прикрыл окно. Искоса посмотрел на меня, так что пришлось подавить облегченный вздох. Ничего не прочитав на моем лице, окинул взглядом палату, залез в каждый шкафчик, проверил все возможные выходы, даже заглянул под кровать.

Назвать бы его параноиком, да только я сама разожгла этот костер и теперь должна была просто не сделать огонь ярче. Ему теперь все будет казаться подозрительным. Он станет испытывать меня, каждым своим действием бросать вызов.

– Молчишь, – недовольно поправив задравшуюся рубашку, приблизился ко мне муж Витории.

Склонил голову набок, внимательно прошелся взглядом по очертаниям моего тела под тонким одеялом, будто кто-то мог спрятаться там. Подошел ближе, возвысившись так, чтобы снова появилось ощущение, что он здесь главный, а я – крохотная муха, которую в любой миг прихлопнут.

– Правильно, Витория, молчи, такой ты мне больше нравишься. Кстати, пить больше не хочешь?

Я кивнула.

– Голос пропал? Или после семи лет брака моя жена внезапно послушной стала? – направляясь к выходу, продолжал говорить он.

Открыл дверь, ни на миг не выпуская меня из поля зрения, приказал немедленно принести воды. Притом сказал таким тоном, будто это вопрос жизни и смерти.

Не прошло и пары минут, как мне предложили стакан, по стенкам которого бежали капельки. Тяжелый, скорее всего. Удержу? Но даже если так, то смогу ли унять дрожь в руках, не продемонстрирую ли наглядно свое волнение? Или не свое, а навеянное образом Витории.

Вот этим мне не нравилось перевоплощение в аристократок. Они склонны к панике. В любой сложной ситуации сразу готовы пуститься в слезы и с рыданиями выдать свою ложь. Хорошо хоть во время развода я находилась на их месте, все контролировала, вела себя сдержанно и ничем не выдавала подмену. К тому же сам процесс обычно длился недолго, не более трех-четырех часов. И после мы с заказчиками не встречались.

Безусловно, присутствовала опасность разоблачения. Я действовала незаконно, обманывала Арканум и тех же мужей, да и вообще была метаморфом, что вообще для жизни опасно. Пришлось обезопасить себя. Я с огромным трудом оформила себя жительницей Тритэла, куда посторонним попасть сложнее всего, включила в договор огромные компенсации и, что самое главное, использовала при подписании специальную печать, выданную Домом. Все было официально! В случае невыполнения своей части сделки аристократки попадали под кару Арканума. Подобной участи никому не пожелаешь.

Они судили строго. Были непредвзяты. Порой назначали настолько суровое наказание, что проще покинуть королевство, чем выполнить его. Хотя кто должников отпустит?

Эдон смотрел испытующе. Я же потянулась к предложенному помощницей лекаря стакану и сразу уронила руку, всем своим видом показывая, что слишком слаба. Девушка решила прийти на помощь, приподняла мою голову и приложила холодное стекло к моим губам.

Как теперь не поперхнуться?

Глоток, второй.

Дракон явно желал, чтобы вода пошла не в то горло, а я закашлялась, хоть как-то расшевелилась. Но, к счастью для меня, все прошло успешно.

– Попросите лекаря поторопиться, я не намерен долго ждать листок с рецептом.

– Ир Тьор сделает все в ближайшее время, – учтиво поклонилась девушка и покинула палату.

Эдон быстро унял свое раздражение, снова сел на стул. Мне ничего не оставалось, как опустить веки и попытаться уснуть, только чтобы скорее пережить грядущее испытание.

Ни о каком разводе уже речи не шло. Витория нарушила сразу несколько пунктов нашего контракта, намеренно подставила меня, однако и я не довела начатое до конца, поэтому должна буду вернуть уже полученную плату. Да, почти доказала необходимость разрыва этого брака, прошла проверку на Камне правды, но ведь не добилась своего, не закончила. Значит, не сделала. Но ничего, это меньшее из зол. Впереди будут разбирательства.

Правда, сначала выбраться бы из западни, имеющей свое имя.

Ир Эдон Тонтэм!

– Как плохо, что нет способов забраться человеку в голову, – словно разговаривал сам с собой мужчина. – Я могу коснуться своей силой твоей кожи, попробовать на вкус источаемую тобой энергию… – В этот момент я ощущала постороннее воздействие. Он задержался на моих висках, надавил на них, будто бы пытаясь проникнуть в запретное для него царство.

Послышалось шевеление. Я не стала реагировать, но потом едва не вздрогнула от слов, произнесенных низким голосом на самое ухо:

– Но ничего, есть много других способов. Как ты себя чувствуешь, Витория? Идти сможешь?

Я просто покачала головой. Различила звук открываемой двери, топот ног.

– Вот инструкции, что нужно делать, – сообщил лекарь. – Вашей жене сейчас желателен покой, чтобы все быстрее затянулось.

Нет, мне необходимо просто избавиться от дракона и снова стать собой. А в облике аристократки никакие повреждения нормально не заживут. Рана будет долго кровоточить, беспокоить, высасывать все силы.

Я сглотнула. Почувствовала, как кто-то сдернул покрывало. Открыла глаза, когда Эдон собрался снова взять меня на руки, и схватилась за его плечи. Мало ли, вдруг решит бросить на середине пути.

Почему-то взгляд сразу задержался на его кадыке. Острый, словно лезвие ножа. Он загипнотизировал, выделяясь на загорелой коже крепкой шеи.

Стоило нам попасть на улицу, я сразу же опустила веки и из-под ресниц попыталась отыскать Динара. Прятался за углом. Наблюдал.

Увидев нас с Эдоном, он пораженно открыл рот, правда, не потерял бдительности и вовремя скрылся из поля зрения, потому как дракон решил проверить обстановку вокруг. Какой осмотрительный попался каратель.

Вскоре мы скрылись в карете. Помощник выглянул из-за угла в тот момент, когда закрывалась дверца, и одним только взглядом показал, что будет следовать за нами. Все-таки правильно я поступила, что не взяла с собой Нэнси. Не нужны беременной женщине подобные переживания.

Хлыст звонко рассек воздух. Послышался голос кучера, и лошади сдвинулись с места.

– Лекарь сказал обеспечить тебе покой, Витория, – всматриваясь в мое лицо, сообщил Эдон. Его белые волосы были перекинуты на спину. На лице присутствовало мрачное спокойствие, а в глазах – снисходительность, как если бы ситуация с разводом никак не заботила дракона. – Мы могли бы отправиться домой, но лучше поберечь себя, лишний раз не двигаться. Сразу едем в Рорн. Согласна?

Он увозил меня, чтобы не приводить свою угрозу с закрытием Дома Арканума в исполнение? Верно, чем дальше я от Шиора, тем меньше вероятность, что снова подам заявку на развод.

Я откинула назад голову, прикрыла глаза. Мне нужен сон. Так проще будет вытерпеть долгую дорогу, в которой вряд ли выпадет шанс сбежать от Эдона.

Мужчина хмыкнул. Понял, видимо, что сейчас ничего не добьется, а потому больше не разговаривал со мной.

Карета сначала сильно тряслась по вымощенным булыжником улицам Шиора, потом поехала мягче, стоило выбраться за пределы города. Я хотела бы задремать, вот только каждая ямка или бугорок, на которые попадали колеса, откликались болью в ране. И ведь ничего с этим не сделаешь.

– Чего хотели разбойники? – вдоволь понаблюдав за моими мучениями, все же поинтересовался дракон.

А чего они могли хотеть? Золота, драгоценностей. Такие встречи на обычных дорогах – не редкость, потому как в стенах защищенных городов мало кто промышлял грабежом. Арканум внимательно следил за порядком. В этом вся суть пропусков и проверок, здесь нужно указывать, кто ты такой, чем занимался, для чего или к кому в гости приехал, а также ждут ли тебя там.

– Раз уж на то пошло, тогда задам другой и более важный вопрос. Почему жена ира Эдона Тонтэма ехала без должного сопровождения? А что, если… – резко подался он вперед, оперся локтями на свои колени, тем самым оказавшись в непозволительной близости. Словно хотел разбить невидимую защиту или хотя бы оставить на ней трещины. У него это почти получилось, ведь мысль верна. – Разбойники не осмелились бы напасть на хорошо охраняемый экипаж, – ты не отделалась бы простой раной. Вдруг они попали бы не в бок, а в сердце, например? Потерять столь прекрасную жену в молодом возрасте было бы для меня огромной утратой.

Дракон вздохнул. Сел ровно и теперь снова одним только взглядом проник внутрь, выпотрошил и оставил меня в таком состоянии. Словно уже все для себя узнал. Добился желаемого: поймал на неверном движении губ, взмахе ресниц, более долгом вдохе или дрожи рук.

И попробуй пойми, заметил что-то или нет. Теперь сиди и теряйся в догадках, мысленно накручивай себя.

Вот только я слишком долго жила на вражеской территории, скрывалась от кары драконов и даже обманывала Арканум. Если не быть уверенным в себе и своем деле – тебе успеха не достичь.

Поэтому я просто опустила веки и в очередной раз сделала попытку уснуть. Отпустила тревожные мысли. Сосредоточилась на магически созданном лабиринте, снова и снова проверяя витиеватость ходов, чтобы Эдон точно не проник извне, а я случайно не вырвалась изнутри.

Никто не знал о таком приеме, потому что он был тайной моего рода, нашей особенностью. В каждой семье, драконы то или метаморфы, имелись подобные. И о них не распространялись, держали в строжайшем секрете и порой умирали, так никому и не рассказав.

Дорога оказалась изматывающей. Постоянная тряска, невозможность поспать, неутихающая боль в боку. А еще испытующий взгляд Эдона, который будто ждал, когда я сломаюсь.

Мы остановились только ближе к вечеру. Заехали на постоялый двор, построенный посреди леса. Еще по пути к нему я заметила большую псарню, от которой разносился по округе громкий лай. Имелись загоны с другими животными. Я рассмотрела лошадей и кабанов, которых обливали, а потом натирали мыльной водой два высоких парня. Были еще какие-то большие птицы с мощными ногами, вот только мне не удалось до конца определить, страусы ли это.

Навстречу нам сразу же вышел упитанный мужичок в надетом не по размеру камзоле. Пуговицы того и гляди не выдержат напряжения, отлетят.

– Приветствую дорогих гостей в нашем «Беговом дворе». Вы приехали в самый подходящий час, – заговорил он, будто хитрый торговец, который намерен продать нам дешевые украшения по баснословной цене. – Завтра утром у нас состоятся гонки. Не желаете посмотреть, может, принять участие?