Я покачала головой и обдумала все еще раз. Где-то в моих рассуждениях должна быть ошибка, но найти ее никак не получается. По всему выходит, что я – внучка дракона. Драконесса, то есть.

Но я никогда не чувствовала ничего подобного. У меня нет второй ипостаси, внутри меня не живет маленькая драконица. Я не умею обращаться в крылатую ящерицу, у меня нет чешуи и огромного хвоста. Я простая целительница с большим резервом.

Хм… Быть может, моя драконья кровь слишком сильно разбавлена? Все-таки, папа был магом.

Не знаю. Очевидно, все эти вопросы придется задать Тейсону. Надеюсь, у него имеются ответы.

Я обернула полотенце вокруг себя и вышла из ванной комнаты. В коридоре меня уже ждали служанки, которые и проводили меня обратно в спальню.

Там меня ждал легкий перекус – стакан молока и пара бутербродов с вареным мясом и сыром.

К моему удивлению, вместо платье мне предложили сорочку для сна.

– Но сейчас день, – заметила я, с удивлением глядя на белоснежный шелк.

– Хозяин приказал уложить вас спать, – ответила служанка, и по ее интонации стало понятно: ослушаться нельзя.

Я вдруг ощутила себя куклой. Сказали спать – спи.

Что ж, спорить я не стала. Если не посплю, то хоть полежу в тишине. Позволила одеть себя в ночную сорочка, нежная ткань которой приятно охладила разгоряченную кожу.

Постель оказалась приятной, очень мягкой, с запахом трав и мыла. Я пролежала лишь несколько минут и провалилась в сон. Странный, яркий, невероятно реалистичный сон.

* * *

Глава 3

– Ляг! – рявкнул смутно знакомый мужчина. Всмотревшись в него, я узнала отца Леонарда. Старший Бельмонт, глава рода, выглядит злым и, кажется, вот-вот побьет своего собеседника. – Клянусь, я прикажу связать тебя, если не прекратишь! – не думала, что такого собранного мужчину можно так вывести из себя.

Однако, я чувствую, что им движет не столько ярость, сколько страх. Он первичен, а злость – лишь ширма для истинных эмоций.

– Я должен найти ее! – в обессиленном хрипе я узнала голос Леонарда.

– Найдется! – в раздражении бросил ему отец. – Куда могла подеваться девчонка? Сбежала! Получила от тебя замки и земли и сбежала! А ты ведешь себя как безмозглый юнец!

– Она не могла, – упрямо покачал головой Лео. Я не вижу его лица. Стоя за спиной отца, могу видеть лишь ноги. – Она бы не стала сбегать!

– Во имя Триединого, сын, подумай не о какой-то девчонке, а о себе! – взмолился его отец в отчаянии. – Тебя с трудом откачали! Была остановка сердца! Лео, клянусь, еще одна попытка встать, и я самолично привяжу тебя!

«Обойдя» старшего из драконов, я увидела Леонарда Бельмонта как сквозь полупрозрачное полотно. И увиденное мне не понравилось. Бледный, исхудавший, изможденный Леонард почти сливается с белой наволочкой подушки.

– Лиза… – прошептал он, закатывая глаза. – Я чувствую, что она в беде. Ты не понимаешь, отец…

– Замолчи, – отрезал тот. – Сейчас в беде ты! А эта Лиза как-нибудь перебьется! Как тебе пришлось в голову принять тонизирующее зелье?! Его нельзя принимать при таком тяжелом состоянии, как у тебя! Тебя не убила бомба, не убил яд, и ты решил добить себя сам!

– Лиза…

– Еще раз услышу имя этой девчонки и, клянусь, сам придушу ее, если найду! А если вздумает сюда сама заявиться – самолично ее в темницу брошу!

– Не смей! – зашипел ослабленный Лео и приподнял голову над подушкой. Это простое движение стоило ему огромных усилий. Не справившись, он обессиленно уронил ее обратно. – Лиза… Моя…

– Я знаю, что это зелье тебе передал Теодор! Не спорь! Я ему шею намылю, когда вернется из Каганата! Чуть брата не угробил!

– Лиза… – шепчет Леонард в полубреду. По-моему, он даже не слышит отца.

– Пока не восстановишься – шагу из палаты не ступишь! Всё! Я даже сиделок к тебе не подпущу, а то ты на них падок! Сам буду за тобой ухаживать! И спуску от меня не жди! – старший Бельмонт пытается казаться грозным, но его поведение показалось мне милым. Под яростью и угрозами он прячет заботу о сыне и безграничный страх за него.

Я его даже не осуждаю. Будь я рядом, сама бы высказала Лео все, что думаю о его поступке, и сама отказалась от ухода за ним. Но я не рядом. Я…в другом месте.

Сон вдруг закончился, и я резко проснулась.

Моргнув, не сразу поняла, где нахожусь. Кажется, я все еще чувствую запах лекарств и прохладу больничной палаты. Привстав на локтях, я вспомнила последние события и отметила, что за окном уже стемнело. Значит, я спала несколько часов.

Лео… Снова он на грани жизни и смерти. Почему-то меня не покидает ощущение реальности того, что я увидела. Я всю жизнь была уверена, что драконы – самые сильные существа в мире. Несгибаемые, непобедимые, почти бессмертные. Почему же Лео становится все хуже?

«Боги меня наказали» – вспомнились слова самого дракона. Помнится, он упоминал, что хотел отказаться от меня. Откровенно говоря, я прекрасно его понимаю. Увидеть свою судьбу танцующей посреди публичного дома в полупрозрачном платье… Мне до сих пор стыдно вспоминать этот эпизод моей жизни. А вот боги драконов, очевидно, очень разгневаны поступком Лео. Другого объяснения, почему столь могущественное существо не вылезает из лечебниц, просто нет. Это настоящий злой рок.

Неожиданно мне в голову пришла странная мысль. Если драконий бог так жестоко наказывает Леонарда, быть может, мне следует посетить его храм и прекратить издеваться над несчастным? К своему стыду, я очень мало знаю о Триедином. Его почитают лишь ящеры. Маги и простые люди молятся Светлой Матери.

«Пожалуйста, прости Леонарда и прекрати его мучить. Я ни в чем не виню его» – мысленно попросила я. Вряд ли это сработает, но все-таки…

– Даргана Анна-Лиза, – в комнату вплыла служанка, стоило мне только подняться с постели. Незнакомая мне прежде девушка, заметно старше меня и всех остальных. На ней не кружевной передник, а дорогое платье строгого зеленого цвета. – Рада приветствовать вас. Меня зовут Элиза, и я – ваша камеристка и наставница в одном лице. Господин приказал накрыть стол к ужину. Он ждет вас, – и смотрит на меня так, словно ждет каких-то действий.

– Наставница? – уточнила я, когда пауза между нами затянулась. – Я думала, что наставницы есть у юных девушек во время обучения, – вырвалось у меня, и дора Элиза смерила меня выразительным взглядом.

– Разве вы не считаете себя юной? – усмехнулась дора. Судя по простому обращению к ней, драконицей она не является. Будь передо мной драконесса, она сразу бы обозначила себя как даргана.

– Я взрослая, – напомнила я ей. Мне двадцать лет, и в моем возрасте многие девушки уже становятся мамами. Будь я законнорожденной девушкой, отец выдал бы меня замуж еще в восемнадцать лет – сразу по достижении брачного возраста. Для аристократов его уровня это обычная практика.

– По меркам драконов вы почти дитя, моя дорогая, – снисходительно сообщила мне Элиза и сделала два шага навстречу. Она начала обходить меня по кругу, как львица добычу. – Вас необходимо обучить манерам, правилам этикета и моде. Держите спину прямо! – вдруг скомандовала она, и я невольно расправила плечи.

– Для чего? – насторожилась я, пытаясь понять, чего от меня хочет мой новоиспеченный родственник.

– Этот вопрос вы зададите даргу Тейсону за ужином, – ответила наставница. – А сейчас переодевайтесь. Опаздывать нельзя категорически!

Впорхнувшие в спальню служанки быстро сняли с меня сорочку и переодели в многослойный наряд из нижней рубашки, нижнего платья и, наконец, верхнего платья. Я все пыталась сосредоточиться на своем сне и понять, видела ли я реальные события или лишь плод моей фантазии. Но Элиза то и дело вырывала меня из размышлений.

– Следите за осанкой! Отвечайте уверенно! Во время беседы с даргом обращайтесь к нему исключительно по форме – дарг Тейсон. Не говорите, если вас не спрашивали, и отвечайте строго на заданный вам вопрос. Вольности и фамильярности недопустимы!

У меня сложилось впечатление, что мне предстоит деловое собеседование, а не воссоединение с родственниками. Впрочем, Элиза права. Нельзя поддаваться порывам эмоций и сохранять холодную голову. Даже если дракон и вправду окажется отцом моей матери, это не значит, что мы обнимемся и станем лучшими друзьями.

«Отец не просто так не признавал меня» – в голову пришла неожиданная догадка. А что, если упорное нежелание отца признавать меня это попытка скрыть дочь от родственников? Ведь он нигде не регистрировал мое рождение. Лишь зафиксировал мою магию, но эта процедура не требует личных документов. Вряд ли кто-то смог бы вычислить меня по сертификату о моих магических способностях.

Только сейчас я начала смутно понимать мотивы отца. Теперь, когда выяснилось, что по материнской линии я состою в родстве с драконами, все видится иначе. Прежде мне и в голову не могло прийти, что во мне течет столь необычная кровь.

– Вот, теперь вы готовы, – голос Элизы вырвал меня из воспоминаний о папе. Я мельком глянула в зеркало: светло-голубое верхнее платье, белоснежный шелк нижнего, высокая прическа из кос и изящные заколки в виде ящериц. Красиво, вот только это совсем не я. На меня смотрит совершенно незнакомая девушка. – Идемте, даргана, – к странному обращению тоже пришлось привыкать.

«Даргана» – так называют дочерей и жен драконов. Никогда не думала, что так будут обращаться ко мне.

Элиза сопроводила меня в долгом переходе через длинные холодные коридоры. Удивительно, как здесь холодно. Я почувствовала удовлетворение оттого, что на мне так много слоев одежды. Только благодаря ей я не замерзла. Похоже, что драконы не знают об отоплении.

Пока мы шли, я все обдумывала вопросы, которые задам даргу. Нам предстоит непростой разговор, но я не намерена отдаваться во власть незнакомого мужчина. Даже если он и вправду окажется отцом моей матери.

«Дедушка» ожидал меня в просторной столовой, освещенной десятками свечей. Красиво, ничего не скажешь. Внутрь я вошла уже без сопровождения Элизы. Она лишь ввела меня в комнату, поклонилась сидящему за столом даргу и удалилась.

– Доброго вечера, дарг Тейсон, – поздоровалась я, как учила наставница. Без приглашения садиться нельзя, но хозяин замка великодушно соблаговолил:

– Присаживайся, Анна-Лиза, – и указал на мягкий стул по левую руку от себя. Столик небольшой, но кроме меня явно никого не ожидается.

Я присела на предложенное место и поймала на себе странный пристальный взгляд от дарга. Странные ощущения возникают, когда он поблизости: необычное спокойствие, чувство безопасности и… желание подчиняться. Они легкие, ненавязчивые, но ощутимые.

Когда я уселась, заметила, что Тейсон смотри мне в лицо с таким выражением лица, словно…хочет меня коснуться.

– Все в порядке? – не выдержала я напряжения.

– Да… – поняв, что мне некомфортно, Тейсон отвел глаза и взял себя в руки. – Ты очень похожа на свою мать. Как будто она вновь сидит рядом со мной, – его голос зазвучал тише.

– Почему она умерла? – спросила я первым делом.

– Она была ослаблена после родов, – проговорил Тейсон медленно, глядя прямо перед собой. – Подхватила инфекцию, развилось воспаление, которое перетекло в родильную горячку. Все вскрылось слишком поздно, и спасти ее не смогли даже лучшие целители. Она сгорела буквально за несколько дней, – с болью вздохнул драг и опустил голову.

Ему все еще больно вспоминать о дочери. Мне стало неловко задавать дальнейшие вопросы, но Тейсон сам продолжил и многое прояснил.

– Она скрывала свою беременность до последнего, – признался дракон надломленным голосом. – Я даже не подозревал, что моя дочь носит ребенка. Она носила свободную одежду и старалась поменьше попадаться на глаза кому-либо. Конечно, все это стало очевидно уже после ее смерти, когда все свершилось. Под конец она и вовсе уехала в дальнюю резиденцию под предлогом, что хочет отдохнуть перед новым учебным годом.