– Но… откуда столько? Это же антиквариат, на аукционах больших денег стоит!

– С армейских складов длительного хранения, – ткнул в первое попавшееся клеймо Игараси. – Вот эти русского производства. Они, если ты вдруг не в курсе, до сих пор на военных кораблях используются в дублирующих контурах. Потому и качество соответствующее – выполняют минимум требуемых функций, и ладно. Плюс надёжность, что в наших условиях гораздо важнее голографических интерфейсов или высокоскоростной передачи данных.

– И как же вам удалось их добыть?

– Не мне. У нас для этого есть специальный человек, начальник отдела продаж. Келлер зовут.

Удивительно, но даже на такой сложной для японца фамилии Игараси-сама не запнулся, да и выговорил все буквы чётко, включая удвоенную «л». Видимо, давно в соответствующей языковой среде обитает. Не удивлюсь, если с детства. Впрочем, для изумления и второй повод нашёлся:

– А здесь есть, с кем торговать?

– У меня такая же реакция была, – рассмеялся мой начальник. – Думал, кроме самой корпорации других рынков сбыта нет. А оказалось, очень даже есть. «Местные» – раз. Русские с базы – два. Китайцы со второй базы – три. Ну и контрабандисты, куда же без них – четыре. Ты, Генри-кун, не смотри, что колония молодая и не особо многочисленная. Экономика тут уже полностью сложилась, как законная, так и теневая. А что касается мониторов и прочего армейского имущества… Келлер с русским интендантом договорился, и тот поднял свои связи в метрополии. Вот нам и отсыпали от щедрот из «подменного» фонда.

– Какого-какого фонда?

– «Подменного». Даже у этих сверхнадёжных и почти бесполезных хреновин есть гарантийный срок хранения. Конкретно у мониторов – двадцать пять лет. Но там сложная градация, у каких-то компонентов он больше, у каких-то меньше, не суть. Потом старьё изымается со склада и заменяется аналогичными устройствами, только свежими. Списанное же имущество положено утилизировать. Реинжиниринг, повторное использование, вот это вот всё. Догадываешься, сколько добра добирается до этого этапа?

– Э-э-э… половина?

– Зачастую меньше. И договориться о закупке можно почти официально, особенно если сырья подкинуть взамен утраченного вторичного. Плюс на переработке экономия.

– Ничего себе…

– А ты в армии не служил, что ли?

– Нет, Игараси-сама. Когда мне? Я всю жизнь учился… эй, хватит прикалываться! Вы же моё досье читали!

– Читал, – кивнул босс. – Но не уверен, что оно… э-э-э… во всех деталях отображает твою истинную биографию. Здесь у многих так, особенно у сотрудников низового звена. Да и у «середняков» много скелетов в шкафу сыщется… ладно, идём, с твоей бригадой познакомлю.

О, а вот это уже совсем интересно!

Идти, кстати, пришлось не так уж и долго – всего лишь в самый дальний от входа угол ангара. Но мы, по факту, уже в том районе и находились, когда Игараси неприкосновенным запасом хвастался, так что уже через пару минут, обогнув особенно здоровенную и неряшливую кучу металлолома, оказались у очередного обособленного модуля. Первое, что бросилось в глаза – толщина пластиковых панелей, из которых он был собран. Такое ощущение, что тут всё двойное, да ещё и с дополнительной прослойкой чего-то экранирующего. Этакий сэндвич. Ну а второе – крайне серьёзные на вид гофрированные трубы, выведенные в стену ангара и далее за её пределы.

– Вентиляция? – уточнил я.

Игараси без труда проследил мой взгляд, подтвердил догадку лёгким кивком и дополнил:

– А ещё вытяжка.

Фига себе! Довольно мощная, если по диаметру труб судить. Это с какой же гадость там люди дело имеют? Не хватало ещё с какой-нибудь ядовитой химией связаться…

– И что здесь? Если не секрет, Игараси-сама?

– Да какой секрет, если это теперь твои владения? – усмехнулся тот. – Исследовательская лаборатория с соответствующим оборудованием. Там, внутри, ещё четыре модуля – химический, литейный, цех порошковой металлургии и лаборатория вулканизации. Практически всё, чем мы пользуемся в повседневности. Точнее сам потом посмотришь, там минимум неделя нужна на освоение. Но ты не переживай, Хесус-сан тебе поможет.

– А кто это?

– Бригадир, – отмахнулся босс и толкнул дверь, к моему удивлению даже не запертую. – Сейчас всё устроим… проклятье!

Согласен, проклятье. Но это ещё мягко сказано – сам я едва крепкое словечко сдержал. А всё из-за рингтона боссова смарта, наверняка самого противного из встроенных. Блин, до печёнок пробрало…

– Да? Микки-сан?.. Я тебя должен что?.. А, встретить! Только не говори, что опять заблудился! Всё, всё, иду. Стой на месте и жди!.. Придётся тебе пока самому, Генри-кун, – переключился на меня Игараси, нажав отбой. – Проходи, не стесняйся. Эй, Хесус-сан! Встречай начальника!

– Да, сеньор! – донеслось из глубин адской постройки.

– Я скоро вернусь, – подбодрил меня босс. – Постарайся не поссориться с подчинёнными.

– Думаете, такая возможность существует? Вот так, в первую же встречу?

– На Роксане возможно всё, Генри-кун, всегда помни об этом. Всё, проходи.

Вот это подстава… по уму, конечно, лучше начальника подождать здесь, снаружи, чтобы он по возвращении представил меня подчинённым по всем правилам, с соблюдением вертикали власти. Да и авторитета бы мне это сильно прибавило. А тут, понимаешь, возникает какой-то хрен с горы, и заявляет, что он теперь главный… вот и думай, что делать. Или это очередная проверка со стороны хитреца Игараси? А даже если так, то что? Приказ получен вполне конкретный. Короче, пофиг. Если станут нарываться, то сами виноваты.

Входная дверь оказалась подпружинена и громко хлопнула у меня за спиной, но я даже не вздрогнул, поражённый до глубины души внутренним убранством помещения: шутка ли, тут все светильники работали! И не только светильники, судя по мерному гулу вентиляторов. А ещё здесь было довольно чисто, по крайней мере, с первого же шага о какой-нибудь мусор я не споткнулся. И никакую железку рукавом не зацепил. Зато очень скоро зацепил взглядом местных обитателей числом четыре, как и было обещано. Все ярко выраженные латиносы, но, что характерно, лишь один из них – мужик в летах, как бы не за сорок уже, грузноватый, но даже на вид мощный – был облачён в синий комбез. Остальные же трое щеголяли в серых, из чего я сделал закономерный вывод, что все они рекруты из числа прибывших на «Альберте Эйнштейне». Сюрприз, м-мать! И, что хуже всего, троица из тех самых «молодых да ранних», то бишь наиболее проблемных. Интересно, по какому принципу их сюда отобрали? Я-то, болезный, уже было уверился, что мне поручают очень важную и ответственную работу, но, судя по помощничкам, особых надежд на меня тут не возлагают. Что странно – насколько я понял, Игараси-сама больше всего на свете пёкся о благе корпорации. А тут откровенно на отвали персонал подобран… Хесус-то ладно (а это наверняка он), сразу видно, дядька тёртый, даже эти трое на него поглядывают с опаской. А остальные? Пузатый здоровяк с лысым черепом, бородкой и пустыми глазами, да два живчика с донельзя наглыми рожами, схожие, как близнецы-братья, разве что у одного усики и толстая цепь жёлтого металла на шее, да взгляд пронзительный и какой-то… прощупывающий, что ли? Ситуёвина хуже не придумаешь: и этим себя поставить надо, и у меня цель аналогичная. Причём бригадир новичков уже явно обработал, подрезав комнатным орлам крылья, и тем теперь просто необходимо самоутвердиться. Особенно мелкому с цепью – он наверняка лидер. И вот хоть параноиком назовите, но что-то мне подсказывало, что всё это неспроста. И хотелось бы отмахнуться от подозрения, да никак напутствие Игараси из головы не шло. Что ж, будем действовать по обстановке, как в кризисных ситуациях обычно и бывает. Кризис-инженер я, в конце концов, или погулять вышел? Меня таким вещам специально учили. Причём много лет.

– Э-э-э… Хесус-сан? – обратился я к мужику в летах. – Бригадир?

– Хесус Мария Хуан Лопес Гарсия, сеньор, – с ироничной ухмылкой слегка склонил голову тот, приложив к сердцу правую ладонь. Ладно хоть воображаемой шляпой не помахал. – Бригадир, точно. А вы, я так понимаю…

– Да, нам тоже интересно, что ты за хрен с горы, пендехо! – вышел чуть вперёд тип с цепью.

Надо же, как точно спрогнозировал, вплоть до отдельных фраз и выражений! Погордиться, что ли? Пожалуй… но исключительно про себя. А пока что нужно демонстративно игнорировать бузотёра. Что, собственно, я и проделал, обратившись к бригадиру:

– Э-э-э… сеньор Хесус Мария Хуан…

– Можно просто Хесус.

– Сеньор Хесус, не представите ли мне наших молодых коллег?

– Эй, я с тобой разговариваю, пендехо! – продолжил кипятиться типок.

– Этот несдержанный на язык юноша – Люпе Лопес, техник-ремонтник, – ухмыльнулся Хесус. – Примеряет на себя роль лидера первичной трудовой ячейки, если выражаться языком инструкций.

– О! – с интересом покосился я на скандалиста. – Похвально! А этот молодой человек выдающихся габаритов?

Амбал, на которого я указал бригадиру взглядом, нахмурился, но так и не решил, стоит ли обидеться, или ну меня к демонам.

– Это Серхио Санчес, тоже техник-ремонтник, – представил сотрудника Хесус. И добавил, предвосхищая мой следующий вопрос: – А вон тот скромняга – Игнасио Альенде, лаборант-химик.

– Приятно познакомиться, господа! – объявил я, одарив всю четвёрку подсмотренным у Игараси-сама ироничным взглядом с прищуром. – Я Генри Форрестер, старший…

– Эй, а я тебя помню! – перебил меня Люпе. – Ты с нами летел, на «Айнстайне»! Только жил в отдельной каюте! И в челноке нашей компанией побрезговал, пендехо! Интересно, за что тебе такие преференции?

Ого, хмыкнул я про себя. Переигрываешь, сеньор Лопес. Весь такой брутальный, а суть всё равно наружу прорывается. Техник-ремонтник – это как минимум колледж, сиречь средне-техническое образование. Скорее всего, насмотрелся на родине на таких вот гопарей и решил на новом месте отыгрывать роль опасного типа. Своеобразная защитная реакция организма. Вот только не на того нарвался. Габариты у меня, конечно, не настолько выдающиеся, как у того же Серхио, да и атлетичным сложением я никогда не отличался, несмотря на серьёзные занятия спортом… бокс не бодибилдинг, верно? А рожа у меня и вовсе интеллигентская. Плюс лёгкая сутулость. Вот и не боится меня шпана.

– Вы что-то имеете против, сеньор Люпе? – ухмыльнулся я, иронично заломив бровь.

Надеюсь, получилось достаточно обидно. Раз уж ввязался в спектакль, то следует отработать с полной самоотдачей. Благо и зритель заинтересованный есть – Хесус. Вон как зыркает, тайком посмеиваясь в кулак.

– Не рановато ли чёрный костюмчик напялил, пендехо?! – продолжил тем временем нагнетать обстановку Лопес.

Между прочим, играя мне на руку. Думаю, стоит поддержать его в этом благом начинании.

– В самый раз, сеньор «слишком много на себя беру», – процедил я, всем своим видом выражая презрение к «серой массе».

– Серхио, он нас оскорбил! – ткнул в меня пальцем Люпе.

– Реально? – удивился амбал.

– Точно тебе говорю! Бей этого пендехо!

– Как скажешь, – пожал плечами Серхио, и с неотвратимостью тяжёлого танка попёр на меня.

Видит бог, я этого не хотел. Но от судьбы не уйдёшь, так что понеслась!