– Ритуал оставляет следы в магической структуре, – пояснила Жасмин. – Их источник выглядит, как что-то гнилое. То, чего нельзя касаться.

– Учитель, а они нам точно нужны? – прямо спросила Розалин. – Я понимаю, что это маги хаоса. Что вас осталось мало и ценен каждый человек. Но речь идёт именно о людях, а не о гнили. Среди этих одиннадцати тел людей нет. Я знаю, что ты не любишь эту фразу, но сейчас она подходит как никогда. Правда у всех своя, истина всегда едина.

– Хелен, мне нужна информация, где находится их база, – мрачно произнёс я, принимая решение. – В средствах можешь не стеснятся. Нужно забрать все оставшиеся артефакты, что они вынесли из сокровищницы клана Хаоса, а также проверить других магов. Барлон сказал, что у него в подчинении тридцать два человека. Не все они поглощали силу простолюдинов.

Сказать, что мне стало плохо – ничего не сказать. Давно не приходилось испытывать такое поражение. Я только нашёл тридцать два мага хаоса и оказалось, что одиннадцать из них двадцать лет подряд вырезали сотни обычных людей ради собственных рангов. Причём даже сейчас, за давностью лет, не считают это чем-то плохим. Только тем, что было необходимо.

Может, не зря империя так усердно охотилась за остатками магов хаоса? Те, кто совершает подобное, не должны жить. У них такого права нет!

Милена вышла, чтобы вернуться с заспанной Виреной. Жене даже ничего объяснять не пришлось. Она увидела одиннадцать застывших магов хаоса, в шее каждого из которых находилась чёрная игла Хелен, мрачного меня, серьёзных учениц и сделала правильные выводы.

– Есть вещи, муж, которые нельзя изменить, – произнесла она, обняв меня со спины. Сразу стало как-то легко и спокойно. – Их нужно либо принять, либо не принимать. Но переживать по этому поводу точно не нужно. Как говорит мой любимый мужчина – зачем усложнять, если можно не усложнять?

Я встретился взглядом с Хелен и кивнул, вынося смертный приговор магам хаоса. Вирена права – ты либо принимаешь тот факт, что Барлон убивал обычных людей, чтобы стать сильнее, либо не принимаешь. Третьего варианта здесь нет. Отпускать магов хаоса на все три стороны нельзя.

Мелькнул белоснежный вихрь и на пол завалились девять обезглавленных тел. В живых Хелен оставила самого Барлона и одного из его ближайших приспешников. Того, на кого указала Розалин. Тела не успели упасть, как испарились. Жасмин не желала мусорить в нашем новом доме.

Но отправлять энергию убитых на усиление она не стала. Вместо этого она вновь взлетела и начала летать по всему холлу, тратя полученную энергию.

Хелен позвала Шира, и они вдвоём утащили два тела куда-то в подвал. Всё это время Вирена меня обнимала, успокаивая таким поистине магическим образом. Решение было принято и обжалованию не подлежит.

– Учитель, мы займёмся оставшимися магами, – произнесла Розалин. – Отдыхай.

Мне многое хотелось сказать, но я лишь кивнул. Жасмин активировала «разложение» начальных рангов, очищая меня от грязи, так что в кровать я упал уже чистый.

Упал, чтобы проваляться там следующие три дня. Не знаю, что случилось с моим телом, но оно сдалось. Температура была такой высокой и стойкой, что не помогала даже магия Альбины. Спадать жар не собирался. Причём жар был не только в теле – но и в голове. Осознание того, что не все маги хаоса одинаково полезны, подкосило меня. Всегда считал, что в хаосе нет грязи. Что она физически неспособна появиться у тех, кто оперирует беспорядочной энергией. Как же я ошибался! В хаосе находятся такие же люди, как и во всех других стихиях. Просто шестьдесят лет назад их подавляли и не позволяли выходить на главные роли, а сейчас, когда ограничивать эту грязь некому, она вылезла на поверхность. Старина Эстор жаждал мести. Это понятно. Но даже он не стал оставаться рядом с гнилью жертвоприношений. Видимо, это и подкосило его. Маги огня поймали разочарованного мага хаоса и заставили работать на себя, создавая взрывоопасных крыс. Может, даже думал, что с их помощью ему удастся отомстить. Видимо, нужно встретиться с главой Тельмаров, чтобы выяснить правду. Нужно восстанавливать события последних шестидесяти лет. Как ни крути, но Барлон был прав – им пришлось выживать. Хочу знать всё.

Ведь мир, который мы заключили с Орденом Круга, не вечен. В этом у меня сомнений не было. Рано или поздно они решат, что накопили достаточно сил, чтобы уничтожить меня одним ударом. И к этому нужно быть готовым.

Жар спал лишь на третий день. Причём как-то резко, словно по щелчку пальцев. Сознание прояснилось, и я увидел рядом со своей кроватью незнакомую девушку в форме горничной. Опасности она не вызывала, так что я не стал её убивать.

– Господин Соло, вы проснулись! – девушка несла дежурство и, едва увидела, что у меня открылись глаза, тут же вскочила на ноги и унеслась прочь. – Он проснулся! Господин Соло проснулся!

Волосы на руках зашевелились – кто-то пользовался телепортами. Через дверь вбежала Натали, остальные прибыли магией. Хелен и вовсе держала в руках тряпку, вытирая с ладоней кровь.

– Отчёт, – потребовал я. – Что, где, почему?

Девушки переглянулись. И, могу поклясться, в их взгляде мелькнул вопрос «откуда он знает?». Что-то произошло за эти три дня, пока мой разум отказывался мне подчиняться.

– Возникла проблема, – произнесла Розалин. Ещё раз взглянув на подруг, принцесса продолжила: – В болотах, которые выделили Греймодам, начали появляться разломы. Много разломов. Словно кто-то создал локальные проклятые земли. И все разломы сразу появляются с прорывом. Ранги самые разные. Начиная с шестого, заканчивая десятым. Нас спасает пока только то, что с десяток твари пока не прут. Остальные едва успеваем сдерживать. Об уничтожении даже речи не идёт. На это нет ресурсов.

– Флеймворды, – произнёс я, озвучивая очевидную вещь.

– Учитель, это невозможно! – Розалин встала на защиту своей семьи. – Нет таких артефактов, которые позволяют создавать обычные разломы. Мы специально проверили несколько – это не разломы роста.

– У вас есть память группы «Истина», – напомнил я. – Вспомните, что было во время уничтожения клана Хаоса. Что было до того, как прилетел метеорит?

– Разломы, – ошарашенно произнесла Натали, когда у неё перед глазами пронеслись старые воспоминания. То, что девушки не сразу догадались обратить внимание на этот момент, вполне понятно. Его нужно было пережить. Да и появлялись разломы короткое время. Потом явились гвардейцы и залили всех чёрными болтами. Не до разломов как-то резко стало.

– Отец, – прошептала уже Розалин. – Но зачем? Это же рядом со столицей. Если мы не справимся, плохо станет всем.

– Жасмин, ты нашла источник? – я посмотрел на ученицу. – Разломы не могут появляться сами по себе. Всегда должен быть источник их силы.

– Его там нет, – начала было Жасмин, но умолкла, как только увидела мой взгляд. – Нет, я ничего не засекла. Но я и не искала – мы уничтожали тварей. Мне нужно к разломам.

– Как и мне, – я поднялся с кровати. Девушки тут же бросились ко мне, помогая одеться. – Я ещё ни разу не был в тех местах, так что ведите. Посмотрим, кто у нас настолько безумный, что решил устроить Греймодам неприятности.

Глава 5

Место, куда меня доставила Жасмин, выглядело жутко. Болотистая местность с редкими низкими деревьями, крохотными островками земли, густым туманом и затхлым запахом не вызывала ничего, кроме желания сбежать отсюда как можно дальше. Если добавить к этому несколько десятков разломов разных рангов, толпу разломных тварей и давящую атмосферу, так эта область империи и вовсе приобретает описание «закрыто для посещений».

Рив стоял сухом островке, управляя ледяными элементалями. Те, в свою очередь, занимались массовым геноцидом порождений разломов. Тридцать элементалей десятого ранга – не та сила, с которой могли поспорить разломные твари, но их было слишком много. Порой складывалось ощущение, что в какой-то момент та или иная шустрая зараза вырвется из ледяного плена и помчится дальше. Туда, где виднелись обработанные поля. Возле Криалона старались использовать каждый клочок земли, кроме нашего болота. Потому что все словно знали – сюда сошлют магов хаоса и Греймодов, так какой смысл возиться с болотом самостоятельно?

Судя по тому, что мага воды уже шатало, три дня интенсивных сражений давались тяжело даже ему, десятому рангу. Пусть сейчас Рив не сдавался, но ещё пара дней в подобном режиме и его источник перегреется. Минимум на три месяца он выйдет из гонки под названием «жизнь». Этого допустить нельзя.

Практически одновременно из двух разломов девятого ранга вышли люди. Шир из первого, Патрик из второго. Проколы за их спинами начали активно мерцать, после чего схлопнулись. Разломы закрылись.

– Вот об этом я и говорила, – произнесла Розалин, когда неподалёку от двух уничтоженных разломов появились два новых. Седьмой и восьмой. Из этих проколов пространства тут же ринулись разломные твари и элементалям Рива пришлось напрячься, чтобы оборвать ещё и их бег.

Жасмин закрыла глаза и раскинула руки в стороны, чтобы растворить огромную толпу уничтоженных разломных тварей. Энергия, которая сформировалась после этого, была отправлена в виде хаотических щупалец в самых высокоранговых порождений разломов, давая возможность элементалям Рива немного передохнуть. Это хоть и были искусственные существа, но отдых требовался им всем.

– Ученицы, занимаемся разломами! – приказал я. – Рив, где-то в округе находится невидимка, который создаёт разломы. Найди его! Шир, подстрахуй с тварями. Патрик – мне нужен ещё один уничтоженный разлом! Возьми эту шестёрку. У тебя двадцать минут! Жасмин, готовься искать источник разломов! За дело, Греймоды!

Ещё один разлом замерцал, когда из него вышел Ромарио. Греймоды работали на пределе своих сил, но разломы не уменьшались. Наоборот, казалось, что закрываешь один, появляется сразу несколько. Так случилось с разломом Глаза. Он вышел из семёрки, она схлопнулась, но неподалёку от него тут же появилось две новые шестёрки.

Мы просто не успевали.

– Никого здесь нет! – послышался отчёт Рива. Он хоть и выглядел, как загнанная лошадь, разве что пена из рта ещё не шла, но отработал отлично.

– Пусто, – пробурчала Жасмин. – Разломы просто появляются сами собой. Никаких нитей, никаких энергий. Просто в какой-то момент энергия концентрируется и появляется разлом.

– Энергия? – я посмотрел на Жасмин. – Какая энергия?

– Так… – задумалась ученица. – Просто энергия.

– Я не понял – мне закрывать шестёрку или нет? – послышался голос Патрика. – Так-то я уже и отдохнуть хотел! Три дня без отдыха тут бегаю.

– Ты почему ещё здесь? – спросил я. – Бегом в разлом! У тебя двадцать минут! Ученица, объясняй, что за энергия?

– Всё болото – это скопище какой-то странной энергии, – неуверенно начала Жасмин. – Вроде как что-то знакомое, но при этом чуждое. Мне кажется, это из‑за десяток. Они там, в тысяче шагов от нас.

– Там, где разломы не появляются, – уточнил я.

– Появляются, – вздохнула Жасмин. – Но там топь, поэтому твари до людей не добираются. Мы бы и здесь на них не обращали внимания, но слишком много сухих мест. Твари прыгают и не все тонут. Они напали на соседнюю деревню, собственно, так мы и узнали, что здесь что-то происходит.

– Значит, разломы появляются по всему болоту? – продолжил допытываться я. – При этом в болоте находится некая странная энергия, которая умеет концентрироваться в разломы. И тебе эта энергия кажется знакомой. Я ничего не упустил?

– Всё так, – кивнула Жасмин. – Вне болота этой энергии нет. Но что это такое – я не понимаю. Да, знакомое, но что-то на уровне ощущений. Где-то я с таким сталкивалась, но где – не помню. Не могу опознать. При этом сама энергия распределена по болоту очень равномерно. Нет какой-то единой точки, откуда она растёт. Это всё, что я успела выяснить за три дня.

– Энергии нет вне болота? – задумался я. – Как далеко это болото тянется?