Валиан резко натянул поводья. Ящер затормозил так, что я врезалась носом в широкую спину генерала. Было больно, и пахло от него терпкой кожей и чем-то дымным, пряным.

Он повернул голову вполоборота. Янтарный глаз смотрел насмешливо.

– Свадьба? С таким характером неудивительно, что он тебе изменил. Я бы на его месте сбежал ещё до помолвки.

– Ах ты… – я задохнулась от возмущения. – Да что ты понимаешь, солдафон?! Ты меня не знаешь!

– Я знаю, что ты шумная, одета нелепо и появилась из ниоткуда на закрытой территории, – парировал он, снова пуская ящера в галоп. – Остальное выяснят дознаватели.

Мы выехали за пределы жилых кварталов. Дорога теперь вилась серпантином вверх, к чёрному замку, вросшему в вершину скалы. Он нависал над городом, как громадная хищная птица.

– Слушай, – я попыталась сменить тактику, понимая, что хамством тут не возьмёшь. – Генерал… как-то там Рейн. Может, мы договоримся? Я, правда, не отсюда, а из Питера, то есть Санкт-Петербурга. У нас там метро, машины, интернет… Я просто села в вагон, и тут какая-то бабка с вишней…

– Бабка с вишней? – переспросил он, и в его голосе промелькнуло что-то странное. Удивление? Страх? Нет, такие, как он, не знают страха. Скорее, настороженность. – В соломенной шляпе?

– Да! И шаль дырявая!

Генерал промолчал. Мы проезжали через массивные ворота в крепостной стене. Стражники в доспехах вытягивались в струнку, салютуя ему копьями. Валиан даже не кивнул.

– Если ты врёшь про старуху, – тихо, но так, что у меня мурашки побежали по коже, сказал он, когда мы въехали во внутренний двор замка, – то тебе лучше молиться всем своим богам. Её именем здесь не шутят. Это Ведунья Перекрёстков. Она является только перед великими катастрофами. Либо…

Он замолчал, спрыгивая на брусчатку.

– Либо что? – спросила я, пока он стаскивал меня вниз. Ноги предательски дрожали после скачки.

– Либо когда судьба решает сыграть злую шутку. – Он посмотрел на меня в упор. Вблизи его глаза казались просто бездонными. В них плясали золотые искорки. – Идём. Правитель не любит ждать.

Он потащил меня вверх по бесконечным лестницам мрачного замка. Я не могла решить, пугающий он или великолепный. Холодный камень стен, высокие, узкие окна, факелы и необычные кристаллы вместо ламп.

– Мог бы идти и помедленнее! – пыхтела я, спотыкаясь на своём грязном подоле. – У меня каблуки!

– Могла бы одеться практичнее, если собиралась шпионить, – огрызнулся он. – И перестань ныть. Раздражает.

– А ты перестань вести себя как тиран! Я, между прочим, невеста! Бывшая, но все же!

– Ты замарашка, ворвавшаяся в мой мир, – отрезал он, толкая тяжёлые двери.

Мы оказались в тронном зале. Огромным, как ангар для боингов, только сделанным из чёрного камня, который поглощал свет. Высокие стрельчатые окна, похожие на бойницы, пропускали кроваво-красные лучи заката. Воздух здесь стоял холодный и неподвижный, словно всё законсервировалось на века. Потолок терялся во тьме, вдоль стен были расставлены статуи рыцарей высотой с дом. В дальнем конце, на возвышении, стоял трон из цельного куска оникса. На нём сидел красивый мужчина. Он выглядел старше Валиана, а серебряные волосы обрамляли печальное лицо. Но от него невозможно было оторвать взгляд: он выглядел как сказочный король.

– Мой лорд, – Валиан склонил голову, прижимая кулак к сердцу. – Я поймал чужачку на Портальной площади. Утверждает, что попала сюда случайно и говорит о Ведунье Перекрёстков.

Правитель медленно поднял взгляд. Его глаза были зелёными, как бутылочное стекло, обмытое морем.

– Подойди, дитя, – его тихий голос разнёсся по залу, отражаясь от камня.

Валиан же подтолкнул меня в спину, и я сделала несколько нетвёрдых шагов вперёд. Грязь с моего платья оставляла следы на идеально чистом полу. Мне стало невыносимо стыдно за свой вид.

– Как твоё имя?

– Катерина, – прошептала я. – Катерина Волкова.

– Волкова… – правитель задумчиво покатал имя на языке. – Странное имя. Звучит… дико. Скажи мне, Катерина, что сказала тебе Ведунья?

– Она сказала… – запнулась я, вспоминая слова странной женщины. – Она сказала, что я должна выйти на станции «Сказочная». Сказала, что там я встречу любовь и исправлю ошибку.

В зале повисла тишина. Валиан напрягся рядом со мной, я чувствовала жар, исходящий от его тела.

Правитель медленно поднялся с трона. Он спустился по ступеням и подошёл ко мне вплотную. В его глазах я увидела не гнев, а безграничную древнюю печаль и… надежду.

– Ошибка, – повторил он. – Величайшая ошибка нашего мира была совершена много лет назад.

Я непонимающе уставилась на него, но набралась смелости и сказала:

– При чём тут я? Я просто хочу домой.

– Ведунья никогда не говорит просто так, – вмешался Валиан. Его голос теперь звучал не насмешливо, а серьёзно, даже жёстко. – Если она послала эту девицу исправлять ошибку, значит, Катерина как-то связана с пророчеством. Или… она сама и есть ошибка. Очень уж похоже на то.

Возмущённо воскликнув, я повернулась к генералу:

– Сам ты ошибка! Я менеджер по логистике!

Правитель поднял руку, прерывая нас.

– Валиан, ты слишком поспешен и груб. Девушка напугана. Катерина, – он мягко посмотрел на меня, – у тебя есть что-то… что-то, что дала тебе Ведунья?

И как только он задал вопрос, я почувствовала маленький камешек, застрявший в корсете. Медленно вытащив руку, я раскрыла ладонь.

На ней лежала пластиковая вишенка.

Но здесь, в этом мире, она больше не была куском дешёвого пластика. Вместо вишенки появился сверкающий камушек, изнутри сиявший мягким рубиновым светом. Он пульсировал в такт моему бешено колотящемуся сердцу.

Глаза правителя расширились, а Валиан резко втянул воздух.

– Кровь Дракона, – прошептал генерал, и в его голосе я впервые услышала благоговейный трепет. – Камень Истинной Крови. Он не загорался уже триста лет.

Правитель перевёл взгляд с камня на моё лицо.

– Он горит только в руках того, в ком течёт магия хранителей. Или того, кто предназначен королевству судьбой.

Я смотрела на светящуюся вишенку и чувствовала, как земля уходит из-под ног.

– Валиан! – Голос правителя стал стальным. – Катерина остаётся. И ты отвечаешь за неё головой. Посели её в Восточной башне. Приставь охрану. И… постарайся не убить её своим сарказмом до того, как мы выясним, кто она на самом деле: спасение или гибель нашего мира.

Генерал сжал челюсти так, что у него заходили желваки. Он явно был не в восторге от роли няньки.

– Слушаюсь, мой лорд, – процедил он сквозь зубы.

Он схватил меня за локоть – снова жёстко, но уже чуть аккуратнее.

– Идём, Ошибка, – прорычал Валиан мне на ухо, разворачивая к выходу. – Добро пожаловать в Драконий Предел. Твоя худшая свадьба только что превратилась в твой кошмар.

– Хуже измены жениха уже ничего не будет, – огрызнулась я, хотя светящийся камень в руке обжигал кожу приятным теплом.

– Не зарекайся, – усмехнулся Валиан. – Ты ещё не видела меня в гневе.

Мы вышли из тронного зала, и огромные двери с гулким стуком закрылись за нами, отрезая путь назад. Я была в другом мире, в грязном платье, с вредным генералом под боком и магическим артефактом в руке.

«Там ты встретишь любовь», – вспомнила я слова старухи и покосилась на нахмуренный профиль Валиана. Ну уж нет. Если это и есть обещанная любовь, то я требую книгу жалоб и предложений. Срочно.

Глава 3. Головная боль генерала

Валиан тар Рейн

Тяжёлые дубовые двери тронного зала сомкнулись за моей спиной с тем звуком, с каким обычно закрывается крышка гроба. Наконец-то.

Я выдохнул сквозь стиснутые зубы и посмотрел на проблему, которую волок под локоть. Проблема шмыгала носом, путалась в грязных кружевах своего нелепого наряда и отчаянно пыталась сохранить остатки гордости, хотя чёрные разводы под глазами делали её похожей на панду в депрессии.

Катерина Волкова.

Имя звучало жёстко, отрывисто. Как удар мечом по щиту. И совсем не вязалось с этой девицей, которая пять минут назад чуть не упала в обморок перед правителем.

– Ты мне руку сломаешь, – прошипела она, пытаясь вырваться.

У неё была удивительная кожа. Даже через ткань её платья и мои перчатки я чувствовал тепло. Странный жар, не лихорадочный, а… вибрирующий. Словно она проглотила звезду.

– Не сломаю, если перестанешь дёргаться, – буркнул я, не сбавляя шага. – Восточная башня далеко, а у меня нет лишнего времени, чтобы нянчиться с сумасшедшими невестами.

– Да не сумасшедшая я! – огрызнулась она. – Я жертва обстоятельств! И вообще, мог бы проявить сочувствие. У меня стресс!

Я закатил глаза. Стресс у неё. Стресс – это когда виверны прорывают северный кордон, а у тебя закончились огненные стрелы. А свадьба с идиотом – это просто плохой выбор жизненной стратегии.

Мы шли по коридорам, а стражники вытягивались в струнку, завидев меня. Слуги испуганно вжимались в стены. Это было привычно для железного генерала, цепного пса короны. Меня все боялись.

А эта… эта Волкова не боялась. Она злилась, возмущалась и пыталась испепелить взглядом своих голубых глаз. Это было… освежающе. Обычно девушки при дворе либо вешаются мне на шею, надеясь на статус жены генерала, либо трепещут, как осиновые листья на ветру.

Но больше всего меня беспокоила не она сама, а та проклятая ягода в её руке.

Кровь Дракона. Легендарный артефакт.

Когда эта штука засветилась в тронном зале, у меня по спине пробежал холодок, которого я не чувствовал со времён первой битвы. Эларион сказал, что это знак судьбы. Но я заметил глаза короля в тот момент.

Эларион бывал разным: мудрым, усталым, величественным, но я никогда не видел его голодным.

В тот миг, когда вишенка вспыхнула, правитель смотрел на эту девчонку не как на гостью. Он был похож на волка, облизывающегося на сочный кусок мяса или на алхимика, видящего редкий ингредиент. Этот взгляд мне категорически не понравился.

– Пришли! – Я распахнул дверь в покои Восточной башни.

Комната была роскошной, но по сути являлась золотой клеткой. Её окна выходили на обрыв, а выход запирался магией.

– Располагайся, – бросил я, подталкивая её внутрь. – Одежду принесут, еду тоже. Попробуешь сбежать – упадёшь на скалы. Там внизу живут кракены, они любят десерты в кружевах.

Катерина развернулась, уперев руки в бока, глянула на меня зло. Грязная, растрёпанная и смешная.

– Очень гостеприимно, генерал. Пять звёзд в отзыве я вам точно не поставлю.

– Переживу, – хмыкнул я и захлопнул дверь, тут же активируя охранные руны.

Щелчок замка отрезал её возмущённый возглас. Я прислонился спиной к стене и на секунду прикрыл глаза, в висках стучало, а мысли скакали, как лягушки.

Камень Истинной Крови. Почему сейчас? Почему она? Потомок Хранителей… Если легенды не врут, её дар может соперничать с силой самого Элариона. А наш правитель не потерпит конкурентов.

Даже его слова смущали, ведь приказ прозвучал довольно чётко и без двусмысленностей. Пусть Катерина и не догадалась, но я знал, что мне надо её охранять, пока лорд не придумает, как её использовать.

– Генерал тар Рейн!

Я открыл глаза. Ко мне спешил паж.

– Его Величество немедленно требует вас к себе. В личные покои.

Я оттолкнулся и пошёл за слугой. Ну вот, началось.

В кабинете Элариона часто решались судьбы. Король стоял у окна, глядя на город, и его идеальный профиль казался высеченным из мрамора.

– Валиан, – обращаясь, он даже не обернулся, – девушка надёжно заперта?

– Так точно, мой лорд. Восточная башня и три контура защиты. Мышь не проскочит.

– Хорошо. – Правитель медленно повернулся и, не отрывая от меня взгляда, спросил: – Что ты о ней думаешь?

Вопрос с подвохом.

– Истеричка, – честно ответил я, скрестив руки на груди. – Шумная, неуклюжая, невоспитанная. Типичная попаданка из техномира. Толку от неё будет мало.