Пес, который шел по звездам (страница 3)
5
Останавливаюсь немного отдышаться и понимаю, что оказался совсем в другой части парка. Здесь безопасно, но, похоже, я заблудился. Ничего вокруг не узнаю, и не только потому, что темно. Я ведь вижу носом, а здесь совсем другие запахи.
Припадаю на заднюю лапу и время от времени вынужден останавливаться, чтобы немного посидеть, хотя терпеть не могу сидеть в грязи. С каждым шагом боль сильнее. Зализать раны от укусов не удается, они продолжают кровоточить.
Мне нужен отдых, но куда важнее найти Ингрид. Поэтому я иду из последних сил. Очень хочется пить. Открываю пасть, но дождевых капель мне мало. Внезапно вспоминаю, что, спасаясь от стаи бродячих псов, перебежал по каменному мостику через пруд.
Мне очень трудно идти. Перед глазами все плывет. Хотя нос у меня оцарапан, я все равно чую запах грязи, которую месят мои лапы.
К счастью, вода недалеко. С трудом перехожу каменный мост и бреду дальше по берегу, туда, где в пруд впадает ручей. Он так красиво журчит, даже под дождем.
Я неуклюже приседаю, наклоняюсь, надеясь, что уши и нос вовремя предупредят меня об опасности, и наконец-то пью. Даже это больно. Пить я сейчас могу только очень медленно.
Трава под каменным мостиком сухая. Я обнюхиваю свой сегодняшний приют. В моем положении выбирать не приходится. Покрутившись на месте, ложусь, свернувшись клубком. И тут же засыпаю.
Когда я просыпаюсь, еще темно. Дождь кончился, но воздух по-прежнему очень сырой. Холод пронизывает мое измученное тело. Поднимаюсь и, пошатываясь, отправляюсь в путь. Очень хочется есть. Пытаюсь отряхнуться от воды, но, потеряв равновесие, шлепаюсь. Вылизываю здоровенную рану на задней левой лапе, ближе к животу.
Бреду по берегу ручья, вниз по течению. Возможно, так я попаду в какое-нибудь знакомое место, все равно какое, лишь бы подальше от бродячих собак.
Все-таки я молодец, неплохо справляюсь: петляю между камнями и кустами, рассматриваю лягушек и рыбешек, живущих в ручье. Живот напоминает мне, что неплохо бы подкрепиться, но тут не до охоты, просто держаться на ногах и то тяжело.
Ручей вдруг ныряет под стену с кованой решеткой наверху. Стена выше меня. Вряд ли я смог бы ее перепрыгнуть даже со здоровой лапой.
За стеной с решеткой ручей течет дальше. Придется перейти вброд на другой берег, говорю я себе.
Потихоньку спускаюсь к ручью. Тут не очень глубоко, мне по брюхо будет. Холодная вода несколько заглушает боль в паху. Медленно тащусь на тот берег.
6
Ингрид лежит на кровати в одежде, и сна у нее ни в одном глазу. Она сжимает в руках плюшевого зайца, любимую игрушку Роши. У Ингрид очень болит голова, глаза воспаленно блестят. Комната наполнена отсутствием Роши.
Ингрид слушает дождь и раз за разом прокручивает в голове, как все это могло произойти. Она уверена, что пес сбежал, чтобы найти ее. Может, ему даже удалось добраться до парка, а там его напугали петарды. Ингрид в очередной раз проклинает фейерверки и открытое окно.
«Зачем я взяла с собой Роши? Ведь можно было оставить его дома с кем-нибудь…» Она снова и снова мучает себя этим вопросом.
«Потому что за эти три года мы с ним ни разу надолго не расставались…» – отвечает она.
Измучившись, она пытается расслабиться, как учила тренер по йоге. Но ничего не получается: глубокий вздох неизменно превращается в громкий всхлип. Она встает и принимается ходить вокруг кровати. Нужно успокоиться.
Она вспоминает худое длинное лицо Джерарда, его грустную улыбку… Словно он просит у нее прощения за то, что не смог вылечиться от проклятого рака и оставил ее одну.
Ингрид рыдает, обхватив себя за плечи.
«После смерти Джерарда я так захотела завести собаку…» – шепчет она в темноту и снова плачет.
Проходят часы. Должно быть, она отключается на какое-то время, а потом просыпается от холода – уснула, прислонившись спиной к стене. У нее болит все: тело, сердце, душа. За эти три года она не излечилась от тоски по Джерарду, а теперь существо, которое стало ее последней опорой в жизни, потерялось и где-то бродит.
Ингрид массирует суставы, растирает спину, прежде чем лечь в постель. Она настолько измотана, что ей трудно раздеться. Уже лежа, она протягивает руку и выключает ночник.