– Это не мое. За эти вещицы убили девушку. И теперь они должны послужить благому делу. Надо это продать, чтобы оплатить операцию.

Бабуля кивнула. Обе вещицы она забрала, чтобы уже через пару дней привезти целый чемодан денег. Мариша никак не могла поверить, что это реальность. Она считала все сном. Пришлось заверить ее, что она не спит.

Потом были больницы, оплата операции, открытие счета на имя Мариши. Галя все время присутствовала рядом, наблюдая, контролируя. И только в тот момент, когда я забирала бывшую калеку из больницы, а вышла она на своих ногах, довольная и счастливая, Галчонок вдруг преобразилась. Ее фигуру окутал свет. Сама она вдруг стала красавицей, тепло посмотрела в мою сторону и от души поблагодарила. Напоследок попросила:

– Приглядывай за ней иногда. Ладно?

Кивком подтвердила согласие. И девушка исчезла. Свою миссию она выполнила. Больше в этом мире ее ничего не держало. А Мариша счастливая обняла меня и от души поблагодарила. Пришлось напомнить ей, что это заслуга ее подруги, которая погибла, чтобы девушка смогла достойно жить.

– Не подведи Галчонка. Проживи эту жизнь и за себя, и за нее, – попросила и поехала, наконец, к себе.

С этого дня и началась моя неофициальная работа. «Помоги призраку». Пусть я не сразу приняла новую себя, но деваться стало некуда, когда меня находили неупокоенные души и кто просил, кто требовал помочь, иначе начиналось невесть что. А вот разговор с бабулей, к которой я поехала сразу же после ухода моего второго призрака, выдался сложный. При Марише я не стала ей задавать вопросы, а сейчас, когда мы наедине, можно и пообщаться по душам.

– Бабуль, ты помнишь мой звонок перед отдыхом? – на всякий случай уточнила прежде, чем приступать к объяснениям.

– Конечно, я пожелала тебе отлично отдохнуть. Посетовала, что летишь одна…

Спокойно поведала бабушка, но я ее перебила, так как хотелось рычать.

– Стоп! То есть, мою подругу Ксюшу ты не помнишь? Это ведь с ней мы летели в Египет, – уточнила, пристально вглядываясь в лицо бабушки. На меня посмотрели, как на сумасшедшую.

– Дашенька, милая, ты что-то путаешь, – она говорила, как с больной или с маленькой. Я вздохнула, осознав, что упоминание о девушке напрочь стерто из мира. – Изначально ты собиралась лететь со своим молодым человеком. Кстати, когда ты нас познакомишь?

– Позже, бабуль, – отмахнулась в очередной раз. И поторопила: – И что дальше? Серёжу вызвали в командировку. И мы с Ксюшей…

– Милая, ты здорова? У тебя никогда не было подруги с таким именем. Я бы знала.

Я тяжко вздохнула. Присмотрелась к родственнице, она вполне искренне недоумевала и переживала за меня. Осознала: спорить нет смысла, оказывается, все следы подруги стёрлись из мироздания. Даже моя бабуля, если она и ведьма, то все равно ничего не помнит. Но я же ее помню. Это со мной что-то не так?

– Ладно, с этим разобрались. Теперь скажи мне, пожалуйста, я в детстве ничем не отличалась от других детей?

После моего вопроса эта красивая моложавая женщина вздрогнула и всмотрелась в мое лицо. Напряжение, толика страха тут же отразились и быстро исчезли. На губах зазмеилась улыбка, но искренности в ней ни на грош.

– Даш, ты меня пугаешь своими вопросами. О чем ты вообще?

– Ну, может, и у меня какие зачатки ведьмы просыпались? Ты ведь не просто психолог, да? – я сказала наобум, но не могла ожидать такую реакцию, которая тут же последовала. Бабушка схватила меня за плечи, встряхнула, я увидела, как ее глаза светятся.

– Не смей… Никогда не смей даже упоминать о подобном. Ты меня поняла? – голос стал шипящим. У меня пропало всякое желание открывать ей правду. И пусть я всегда любила бабулю, но сейчас она меня откровенно пугала.

– Сложно не понять, когда так настойчиво упрашивают. А сейчас мне пора, скоро практика начинается.

– Даша, ты ведь не об этом хотела поговорить? – в проницательности бабушке не откажешь. – Что случилось? Я должна знать правду?

– Ничего. Я действительно хотела поговорить только об этом. Но мы все прояснили. Пока-пока.

Да, я сбежала. Разговаривать с той, у кого за спиной заметила несколько черных теней, больше не хотелось. Куда я попала? Этот вопрос занимал меня до самого дома. Видящая призраков, ведьмы, люмпиры… Может, еще и оборотни имеются? Вампиры же точно есть. Откуда-то же эта странная помесь пошла. А вот кем являлась моя бабуля, я так и не смогла понять. Ведьма? Если только черная. Но как она тогда может лечить людей? Это же противоречит ее природе. Осознав, о чем сейчас подумала, схватилась за голову. Кажется, у меня очередной приступ информационного голода.

Учитывая реакцию бабушки, Сергею я говорить ничего не стала. Мы так и продолжали встречаться, правда урывками. У него работа – о которой я ничего так и не узнала, у меня практика и помощь призракам. А ведь еще и учебу никто не отменял. Порой мне приходилось весьма сложно. Но я научилась справляться. Даже в какой-то момент стала получать удовольствие от того, что я делаю.

За два года я справилась со многими заданиями, которые давали мне духи. Пока все проходило легко. Злых и агрессивно настроенных призраков мне не попадалось. Да, были такие, кто просили закончить начатое, но уходить не торопились, им понравилось жить, пусть даже так. Я многому научилась, помогали мне, как ни странно, сами души. Подсказывали, направляли, учили. Многим я была безумно благодарна.

Институт я закончила. Но перед тем, как искать работу, решила отдохнуть на даче знакомой. Да, снова одна, так как мой парень отбыл на три месяца по делам. Мы так и продолжали встречаться урывками, все так же держались за руки и ни разу не поцеловались. Подобные отношения начали напрягать. И в какой-то момент я решила порвать с этим правильным красавцем. Я устала. Время идёт, а он даже не заикнулся о браке.

Вздох. Итак, знакомая. Ей нужно было пробыть на даче два дня, а одна она боялась. Хотя причину не называла. Но ужас в ее глазах меня насторожил. Спрашивать ничего не стала. Решила сама все проверить. Такой страх имитировать невозможно. Ирина пыталась бодриться, но я видела, как дрожали ее руки, как она кусала губы.

Приехали мы утром. Днем сходили на живописное озеро, позагорали, искупались. Ира ничем не выдавала беспокойства. Но стоило только засобираться обратно, ее начало лихорадить. Я не удержалась. Остановилась.

– Рассказывай, что происходит? Чего ты так боишься?

– Да-а-аш, прости… Если я расскажу, ты посчитаешь меня сумасшедшей. Но одной мне страшно находиться в доме. А как подумаю, что там еще и спать надо… – с легким подвыванием ответила девушка.

– И что тебя пугает? Расскажи мне. Не бойся, не сочту тебя сумасшедшей. Но лучше знать, к чему готовиться, – мягко, как с маленьким ребенком, заговорила я.

– Понимаешь, в доме завелся барабашка. Он роняет посуду, трясет кровати и буфет. А по ночам я несколько раз видела красные глаза. Дашка, я не сошла с ума, правда. Но мне страшно, – шепотом закончила девушка. – Прости, что втянула тебя в это. Если захочешь уехать, я пойму. Но я просто скоро не выдержу, сама в дурку сдамся, потому что терпеть подобное никаких сил нет.

– Ир, не волнуйся, вместе мы попробуем разобраться, что барабашке надо, – пообещала я. – Теперь мне просто интересно увидеть, кто ж тебя так пугает. Скорее всего он просто пытается обратить на себя внимание, ему определенно что-то надо.

– Даш, ты так спокойно об этом говоришь… Тебе не страшно? – уточнила девушка, с сомнением на меня поглядывая. Я вздохнула и призналась.

– Ир, дело в том, что я вижу призраков. И если твой барабашка пытается дать о себе знать, значит то, что ты пригласила именно меня – самая элементарная магия. И пусть в это сложно поверить, но придется. А сейчас идем и пообщаемся с неупокоенным духом, узнаем, что за срочность у него такая.

Ира воспрянула духом. Посмотрела на меня с такой надеждой, что мне стало не по себе. Самое поразительное, что она мне сразу поверила. А вдруг это не призрак? У них красных глаз я никогда не видела за два года. То, что девушка мне так легко поверила, я списала на ее стресс.

Чем ближе надвигался вечер, тем более нервной становилась хозяйка дома. Я пыталась ее успокоить. Но ничего не получалось. Ее начинало трясти все сильнее. И тут я заметила девушку. Она зло смотрела на нас. Смахнула чашку со стола. Хотя вышло у нее это только раза с третьего. Рука каждый раз проходила мимо. И только окончательно разозлившись, у нее получилось.

– Ир, сходи на улицу, покури пока. А я побеседую с барабашкой, – предложила я застывшей подруге. Она в данный момент напоминала статую. Такая же бледная и застывшая. Пришлось едва ли не насильно выталкивать ее за дверь. Только после этого я обернулась к девушке. – Чего ты хочешь? Зачем привлекаешь к себе внимание?

– Ты меня видишь? – удивилась «барабашка». Она сделала шаг в сторону. Я наблюдала за ее манипуляциями. – Ты правда меня видишь?

– Вижу. Еще и слушаю очень внимательно. Зачем пугаешь хозяйку дома? Что тебе надо? – строго поинтересовалась я. Еще почти два года назад уяснила: с ними нужно разговаривать уверенно, властно, ни в коем случае не показывать слабости. Иначе они могут нанести вред психике.

– Иди за мной, – скомандовала девушка. Я смело направилась в другую комнату. Она ткнула в низ шкафа и приказала: – Открой потайную нишу и достань то, что там лежит.

Мне пришлось повозиться, чтобы вообще отыскать эту нишу. Встав на колени прямо на пол, начала шарить руками по гладкой поверхности. Но с заданием я справилась. Сама не поняла, на что нажала. Одна из створок упала внутрь, открывая потайную нишу. В ней лежал пухлый конверт. Тяжелый. Я взвесила его в руке. И только после того, как все вернула на место, встала, посмотрела на призрака.

– Что дальше? Для кого это послание?

– Передашь Семену Поликарповичу лично в руки. Никому другому. Поняла? Как бы кто ни настаивал, ни прикрывался его именем, никому, – я кивнула. – Запоминай адрес…

Она продиктовала адрес, по которому мне завтра надлежало отправиться. Я запомнила. А потом попыталась узнать, что с ней произошло. Но мне ответили грубо:

– Это не твое дело. Просто сделай, что должна, чтобы я не тусовалась тут, как неприкаянная. На этом твоя миссия будет выполнена. И эта истеричка может спать спокойно.

– Хорошо. А ты, я смотрю, сама приветливость. Интересно, при жизни такой же была? Тогда я понимаю, почему ты сейчас призрак. Укокошили за длинный язык, – не сдержала я ехидства. Девица возмутилась, запыхтела, ее глаза покраснели от ярости.

– Я удивлена, как ты еще жива, – прошипела она, не хуже змеи.

– А что со мной станется, – равнодушно пожала плечами. – Я проводник. Забыла? Меня беречь надо, холить, лелеять. Иначе кто ж вам помогать будет?

Девица, хоть и злилась, но мою правоту признала, потому ничего отвечать не стала. Забралась на шкаф, да там и застыла, сделав вид, что уснула. Ну и ладно. Не очень-то и хотелось с ней общаться.

Вернувшуюся Иру я успокоила, сообщив ей, что барабашка больше не станет ее беспокоить. Сначала девушка сомневалась. Но после спокойно прошедшей ночи повеселела. Уже когда, поделав все дела, мы возвращались в город, она тихо прошептала:

– Даш, спасибо тебе большое. Ты мне здорово помогла. Не знаю, как ты договорилась с призраком, но я этого знать не хочу. Просто тебе за это благодарна.

Отвечать не стала. Это оказалось ни к чему. В городе мы разошлись в разные стороны. Я, не откладывая в долгий ящик, поехала сразу по указанному адресу. Лучше сразу разобраться со всем, чтобы потом проблем не возникло. Успела уяснить, насколько доставучими бывают те, кто еще не обрел покой. Это для них не существует времени, не требуется отдых и еда. Некоторые меня тормошили каждую секунду, даже в душ и в туалет не давали сходить. Это раздражало. Потому и уяснила: чем быстрее исполню их просьбу, тем спокойнее стану спать.