Каковы хозяева, таковы и слуги, желчно подумала Риоре, но ничем не показала эмоций. Больно много чести, раздражаться из-за какого-то слуги. Даже не удостоив его взглядом, Ри последовала в гостиную, откуда доносился голос матери. Сиана расположилась на изящном диванчике с шёлковой обивкой и гнутыми ножками, ещё несколько её подруг в свободных позах сидели на креслах и кушетке. В помещении, впрочем, как и во всем доме, царила показная роскошь: позолота, вычурная лепнина, хрусталь в подвесках, изящные фарфоровые безделушки и дорогие расписные вазы. Едва Риоре появилась на пороге, мать замолчала, преувеличенно внимательно оглядела гостью и небрежно произнесла:

– О, Риоре, ты рано, – лорна Сиана обмахнулась веером и с показным осуждением покачала головой. – Хотя Арно рассказал, что отец не уделяет должного внимания твоему воспитанию. Я не удивлена тем, как ты себя ведёшь.

Риоре сузила глаза, начиная потихоньку злиться всерьёз. Она приехала ровно ко времени, предписанному правилами приличия – за пятнадцать минут до озвученного в приглашении срока начала обеда! Часы показывали как раз без четверти два. Но оправдываться или возражать значило дать матери повод и дальше оскорблять, и придумать ещё какой-нибудь предлог для унижения и указывания на её якобы плохое воспитание.

– Ох, ну да ладно, не будем о грустном, – мать разулыбалась и с преувеличенной заботой похлопала по сиденью рядом с собой. – Присаживайся, дорогая, скоро остальные присоединятся, и пойдём в столовую.

Риоре ничего не оставалось, как занять место рядом с матерью, заставить себя вежливо улыбнуться в ответ.

– Ну, как у тебя дела? Мы давно не виделись, – саера Сиана приобняла Ри, отчего девушку чуть не передёрнуло.

– Спасибо, дела отлично, – ровно ответила Риоре и замолчала, понятия не имея, о чём ещё разговаривать с матерью.

К сожалению, светские пустые беседы ни о чём Ри поддерживать не умела и не любила, ибо городскими сплетнями не интересовалась. Но Сиана разве хоть раз спрашивала о желаниях дочери? Сиятельная лорна прекрасно обошлась своими силами в создании непринуждённого диалога.

– Как ты находишь погоду? – продолжила хозяйка дома с прежней улыбкой. – Не правда ли, чудесная? В этом году лето наступило удивительно рано.

– Да, конечно, – снова вежливо поддакнула Риоре, чувствуя, как мучительное неуютное чувство становится с каждой секундой сильнее.

Подруги матери, удостоенные приглашения на семейный обед, оценивающе смотрели на нее и, хотя на их лицах тоже были вежливые улыбки, но… Риоре замечала в глазах тщательно скрываемое пренебрежение. Она поджала губы и опустила взгляд на руки, сложенные на коленях.

– А новая постановка в Императорском театре? Ах, она просто обворожительна! – и прежде, чем Ри успела сказать хоть что-то, Сиана тут же сама и ответила. – Наверное, ты ещё её не видела, твой отец вряд ли интересуется театром, да и тебе не привил тонкий вкус, – лорна махнула рукой, чуть не задев лицо Ри – та еле успела отвернуться и сдержать досадливый возглас.

Девушка мысленно огрызнулась, что она сама не хочет ходить на эти модные постановки, в которых нет ни смысла, ни сюжета, хотя отец и предлагал. Она предпочитала классические пьесы и оперы. Да только вряд ли кого-то здесь на самом деле интересовало её мнение.

– О, ты наверняка читала этот потрясающий новый роман, «Азалии на облаке»! – тут же с восторгом продолжила мать и всплеснула руками. – Что ты о нём думаешь, Риоре? Правда, чудесный?

Поскольку она замолчала, внимательно глядя на гостью, пришлось ответить. К счастью, Ри ради интереса прочла это с позволения сказать, творение модного автора – правда, всего лишь первые несколько глав. Абстрактно-философские многостраничные размышления ни о чём совершенно не пробуждали любопытство и нагоняли сон с первых же страниц. И честно высказала своё мнение:

– Сюжет слишком далёк от реальности и стиль написания тяжёлый, перегружен ненужными и пространными мыслями, – она пожала плечами. – Не связанный между собой поток сознания, я бы сказала.

И замолчала, покосившись на мать. Та же с видимым сочувствием вздохнула, её гостьи переглянулись со снисходительными улыбками, Риоре поняла, что сейчас услышит очередную гадость, завуалированную под вежливое замечание. Девушка стиснула зубы и вздёрнула подбородок, глядя прямо перед собой.

– Ох, извини милая, я совсем забыла, что твоего образования вряд ли хватит для понимания всей прелести и глубины рассуждений о судьбе падающего кленового листа, – Сиана с лицемерным восторгом закатила глаза.

Риоре же подумала, спроси она сейчас мать, при чём там кленовый лист, если в названии упоминается цветок, наверное, лорна выглядела бы слегка сбитой с толку. К слову сказать, ни про азалию, ни про облако в той книге не упоминалось.

– Ты же больше простенькие любовные романы предпочитаешь, – саера эр Лаано демонстративно сморщила нос.

Ри вспомнила, как однажды случайно заметила торчавший из сумочки матери уголок дамского романа в мягкой обложке, и с трудом сдержала улыбку. Она не станет по плохому примеру Сианы ставить её в неловкое положение едкими фразами. Риоре просто промолчит. Достаточно того, что попытки сиятельной лорны выглядеть в глазах подруг утончённой аристократкой на фоне необразованной старшей дочери, для Ри нелепы и смешны. Однако попытки матери выставить гостью в неудачном свете начинали откровенно злить и раздражать. Так и хотелось поинтересоваться – Сиана что, пригласила Риоре исключительно, чтобы лишний раз унизить? Или так она себе видит проявление материнской любви?

Между тем, саера эр Лаано продолжила создавать впечатление светской беседы. Окинула собеседницу придирчивым взглядом, скептически хмыкнула и произнесла:

– Всё-таки зря я позволила твоему отцу увезти тебя в деревню, – и снова в её голосе зазвучало фальшивое сожаление. – Риоре, дорогая моя, такой фасон, как у тебя, уже давно не в моде! Этот воротничок, фи, – указательный палец Сианы коснулся дорогого ручного кружева на платье девушки.

А ведь платье самой лорны отличалось от наряда Ри всего лишь вырезом – он открывал плечи и ложбинку, – и ценой. Его тоже украшало кружево. Конечно, подешевле, не ручного плетения. Да и ткань – не узорчатый шёлк за баснословные деньги, а всего лишь простая переливчатая тафта.

– Сейчас молодые девушки одеваются гораздо проще, милая, не столь… вычурно, – нашлась Сиана с заменой слову «богато».

Щёки Риоре вспыхнули от злости, она чуть не скрипнула зубами и не ответила саере эр Лаано, что зависть – плохое чувство.

– Это… вульгарно, настолько роскошно одеваться, – продолжила между тем женщина, воодушевлённая молчанием дочери.

К счастью, Риоре избавило от ответа появление в гостиной Арно эр Уинорда, сводного брата Ри. Однако девушка рано обрадовалась.

– О, Арно, ты вовремя! – мать обернулась к нему и со слишком явным возмущением и осуждением, чтобы это было естественным, тут же добавила. – Представляешь, Риоре совершенно не разбирается в моде!

Вошедший обаятельно улыбнулся, вызвав ответные улыбки у подруг Сианы, подошёл и остановился около дивана с той стороны, где сидела Ри. Она бы с удовольствием отодвинулась, да вот беда – рядом сидела мать. А прижиматься к Сиане выглядело бы с её стороны не очень прилично. Арно же, одарив Риоре внимательным взглядом, отчего девушку чуть не передёрнуло, невозмутимо пожал плечами.

– Матушка, разве это преступление? – невозмутимо ответил он. – Я вот тоже в ней не разбираюсь, и что?

Риоре чуть не уставилась на него, пребывая в крайней степени удивления – чтобы Арно вдруг встал на её защиту?! Что-то тут нечисто. Она невольно напряглась, всей кожей чувствуя близкое присутствие сводного брата и готовая вскочить в любой момент, лишь бы оказаться подальше от него. Смутные догадки, которые пришли к ней утром после прихода Арно, теперь вдруг стали обретать уверенность.

– Могут же у красивых девушек быть недостатки? – продолжил как ни в чём не бывало Арно, и беспокойство Риоре усилилось. – Ведь моя дорогая сестричка действительно красива, – его голос стал вкрадчивым, и палец лорна коснулся щеки Ри. Вот тут она не выдержала, резко отвернула голову, сдержав порыв потереть место прикосновения – кожу неприятно покалывало после выходки Арно. – Впрочем, матушка, это неудивительно, вся в вас, – польстил он тут же Сиане, отчего она потупила взор и вроде как смущённо зарумянилась. – Если бы Риоре была моей невестой или тем более женой, – при этих словах Ри едва не вздрогнула, но огромным усилием воли сдержалась и уняла волну паники, – я бы не обратил на подобную мелочь никакого внимания. Особенно, если девушка жила долгое время в деревне, зачем ей забивать голову такими незначительными вещами, как мода, матушка? Пусть бы вела привычный образ жизни за городом, да и детям в деревне лучше расти, свежий воздух и спокойная обстановка.

«Он уже о детях думает!» – мелькнула у Ри испуганная мысль. Только представив, что Арно целует её, не говоря о большем, девушка едва справилась с тошнотой, поднявшейся из желудка горьким комком.

– Собственно, я пришёл пригласить вас к столу, дамы, – наконец лорн сменил тягостную для Риоре тему, чему она только обрадовалась.

Арно чуть склонился и протянул руку – госпоже Телме показалось, что её матери. Однако Сиана встала, бросила на девушку косой взгляд и прошла вперёд за подругами, которые направились к дверям, оставив без внимания жест сына. Ри посмотрела на ладонь саера эр Уинорда, как будто это была ядовитая змея. Она не хотела, не хотела прикасаться к ней!

– Ну же, сестричка, пойдёмте, – с явной издёвкой поторопил её Арно, прекрасно поняв причину медлительности гостьи.

Стиснув зубы, она самыми кончиками пальцев опёрлась на предложенную руку, глядя перед собой невидящим взглядом, встала и, положив ладонь на локоть довольного «братика», проследовала с ним к столовой. Подозрения Риоре только укрепились: матушка в стремлении добраться до состояния отца задумала выдать Ри замуж за пасынка. Красивые, сине-зелёные глаза Риоре прищурились. Хорошо, пока жив отец и пока у него с Императором хорошие отношения, этому точно не бывать. Немного успокоившись, девушка зашла в столовую, где уже собралось семейство Сианы.

За столом сидели нынешний супруг саеры эр Лаано, такой же аристократически надменный лорн, как и она, с породистым лицом, и двое детей, точнее подростков – девочка лет одиннадцати и мальчик чуть постарше. И все трое, едва Риоре появилась под руку с Арно, уставились на девушку с нескрываемым раздражением и пренебрежением. Сиана сразу поспешила к детям, щебеча на ходу какую-то ласковую чушь, и Ри чуть не скривилась: такое сюсюканье подходило бы маленьким деткам лет до пяти.

– А к нам ваша старшая сестра на обед приехала, представляете, какая радость! – с насквозь фальшивым воодушевлением сообщила Сиана, хотя гостья готова была спорить, на что угодно – семья и так знала об этом приглашении.

При слове «сестра» единоутробные брат и сестра Риоре демонстративно закатили глаза, а девочка и фыркнула даже, не скрывая эмоций.

– Ох, милая, моя, у тебя всегда были такие непослушные волосы! – проворковала Сиана, снова обратившись к дочери, и убрала у той с лица выбившийся из причёски локон.

Риоре невольно подумала, что она за растрёпанные – с точки зрения матери – волосы, будучи гораздо младше, неоднократно получала резкую отповедь. Сиятельная лорна всегда требовала от старшей дочери идеальности во всём, начиная от внешнего вида и заканчивая поведением, зато к младшим детям относилась с возмутительным снисхождением. Даже тогда, когда негодников стоило наказать, или хотя бы строго отчитать. О, нет, Сиана своих чистокровных маленьких лорна и лорну очень любила и баловала. Причем не зная в этом никакой меры.

Полный собственной значимости лакей проводил ее и Арно к столу, и Ри не сильно удивилась, увидев, что их посадили рядом. С таким соседством ей еда поперёк горла встала, и матушка не преминула это заметить, будто мало было унижений Риоре в разговоре в гостиной.

– Дорогая, почему ты не ешь эти прекрасные овощи? – непринуждённо осведомилась она у гостьи, одновременно, накладывая на тарелку младшенькой еду. Та снова скривилась, явно не собираясь это есть. – Они очень полезные, и улучшают цвет лица! Ты что-то бледная совсем, – с преувеличенной заботой добавила Сиана.