Сложная история любви Юкихико Нисино (страница 3)
Папа ни разу даже не попытался объяснить мне, почему мама вдруг оставила семью. Более того, он вообще больше о ней не говорил. Однако как-то раз тетя по отцовской линии проболталась, поэтому я знала, что мама не просто ушла, а сбежала с каким-то другим мужчиной.
Разумеется, я не собиралась признаваться папе, что знаю правду о мамином уходе. Ни для меня, ни для него мамы больше не существовало. С того самого дня и навсегда.
Тот пустырь я знаю давно. На деревьях, что там растут, собирается много жуков-оленей, так что летом в младших классах мальчишки вставали с утра пораньше и отправлялись собирать этих насекомых, а я увязывалась с ними, и порой мне даже удавалось поймать парочку небольших жуков. В то время в округе было полно пустырей – тот, где я закопала свечки, был лишь одним из многих.
В последние несколько лет, правда, пустырей стало намного меньше – пустые участки земли постепенно застраиваются новыми домами. Резко уменьшилось и количество жуков-оленей и жуков-носорогов, раньше водившихся здесь в изобилии. В итоге более или менее обширная пустошь сохранилась только здесь.
Еще в средней школе я стала частенько сюда захаживать по дороге домой, но за все время я здесь почти никого не видела. Может, современные дети больше не хотят играть на пустырях? В общем, в этом безлюдном месте теперь остались разве что кузнечики.
Первым, что я закопала на этом пустыре, была моя умершая золотая рыбка, Тара.
Она жила в аквариуме в прихожей. До нее в этом аквариуме были две другие золотые рыбки, которых я выловила на фестивале.
Пучеглазую рыбку-телескоп и красную золотую рыбку я поймала в одной из фестивальных палаток. Я несла их в полиэтиленовом пакете, так что по дороге домой упросила маму зайти в специальный магазин и купить круглый аквариум для моих новых питомцев. Он был светло-голубой, с волнистыми краями.
Рыбок я назвала Эйскэ и Бимару (Эйскэ – рыбка-телескоп, а Бимару – красная золотая рыбка) и прилежно каждый день давала им корм. Имена мы придумали вместе с мамой.
Однако новые питомцы прожили совсем недолго. Может, я их перекормила?.. Или они с самого начала были слабыми? Все-таки жили в общем резервуаре в фестивальной палатке… Всего через три дня кверху брюхом всплыл Эйскэ, а на четвертый день та же участь постигла и Бимару.
В эти два дня я много плакала по ночам, так что утром пятого дня глаза у меня напоминали рыбку-телескоп.
– Сиори, ты как будто сама в золотую рыбку превращаешься, – сказал тогда папа.
– Пап! Ну что ты как придурок! – закричала я.
Мама одернула меня:
– Ты как с отцом разговариваешь!
Когда я в тот день вернулась из школы, в аквариуме в прихожей уже плавала другая золотая рыбка, и она была намного больше двух предыдущих.
– А что это за рыбка в аквариуме? – спросила я у мамы, прямо-таки влетев на кухню.