– Тихо! – я замерла, прислушиваясь. Шаги стражи приближались.

В этот самый момент в воздухе передо мной, прямо из кустов, вспыхнул крошечный, пушистый, мерцающий, желтый светлячок. Это был Фир, мой фамильяр и лучший шпион.

– Арианна, ты цела, – радостно прожужжал Фир, его крошечные крылышки завибрировали. – Стража через минуту повернет на центральный пост.

– А потайной ход? – прошептала я, стирая грязь со щеки.

– Путь до потайного хода, ведущего через витую лестницу в твою гардеробную, чист! Я проверил! – доложил он с гордостью.

– Отлично. Бежим.

Я поправила плащ, подождала, пока стража свернет к караульному посту и побежала к потайному ходу. Эту сеть коридоров я знала как свои пять пальцев. Изучала, когда переехала сюда после гибели родителей. С сестрой отношения сразу не заладились, и чтобы не коротать вечера в пыльной библиотеке, я стащила оттуда старую карту потайных ходов и изучала дворец с его скрытой стороны.

Изначально думала, что это увлечение временное, придуманное просто от скуки, но знание теневых коридоров выручало меня уже не один раз.

Рассвет наступал слишком рано. Сейчас лето, и уже в четыре утра было светло, как днем. Это означало, что слуги и первая смена стражи уже начинали свою активность. Я идеально знала все тайные лазейки и коридоры, но даже это не спасало от паники. Увернувшись за углом от сонной служанки с тазом белья, я едва успела прижаться к стене, когда мимо прогрохотал патруль в полном обмундировании.

– Фух, – выдохнула Лира, влетая через вентиляционное отверстие. – Ты совсем не смотришь, куда бежишь, Ари!

Я молча добралась до своей комнаты через витую лестницу, которая вела прямо в гардеробную. И, закрыв за собой дверь, рухнула на пол.

Чуть отдышавшись и придя в себя, я судорожно оглядела свой внешний вид. Платье было в непригодном для носки состоянии: подол грязный и отрепанный, рукав порван, несколько элементов вышивки, видимо, утонули в озере. Лишь плащ оказался чистым и опрятным. Даже изнутри. Наверное, зачарованный от всякого рода повреждений и явно дорогой.

– Фир, Лира, мне нужно избавиться от улик моей вылазки, – прошептала я, снимая с себя вещи.

Я сняла с пальца кольцо-артефакт, открыла его невидимый пространственный карман и отправила туда и платье, и плащ. А потом, подумав, затолкала туда ещё и туфли. Пусть полежат там, пока я не придумаю, как от них избавиться, не привлекая внимания, и как передать плащ его владельцу.

Быстро приняв душ, я с облегчением натянула длинную, мягкую ночную рубашку и, хотя спать после таких приключений не хотелось вовсе, рухнула в постель. Нужно создать видимость, что я мирно спала всю ночь. Ведь скоро должна прийти моя личная служанка.

Я вытащила из кольца маленький хрустальный флакон с искрящимся прозрачным зельем бодрости, сваренным придворным магом. Хоть спать не хотелось, я всё равно осушила склянку. На всякий случай. Сейчас в моей крови бушует адреналин от всего пережитого, но когда он закончится, настигнет мощный и тяжёлый откат. Проходила уже, знаю.

– Итак. У нас есть час, пока не постучит Мэйзи, – прошептала я, откидываясь на подушки. – Может, придумаем пока хоть какой-то план действий?

Лира приземлилась на свою любимую золотистую подушку в большом кресле, а Фир замер в воздухе, освещая комнату мягким жёлтым светом.

Я думала, что мои фамильяры, как и всегда, начнут бурно обсуждать произошедшее и наперебой предлагать решения, но… они молчали. И это молчание говорило о безысходности лучше любых слов. Они просто не знали, что сказать.

Я тоже этого не знала…

Мы пролежали в полнейшей тишине несколько долгих, напряжённых минут. Она тяготила сильнее, чем обвинения, и я даже не заметила, как по щеке скатилась первая слеза.

– Ари, ну ты чего? – ко мне тут же подлетела Лира, устраиваясь рядом. – Не плачь, слышишь? Мы что-нибудь придумаем!

– Да-да, обязательно придумаем! – подхватил Фир, подлетая ближе, практически к моему носу. Я даже смогла рассмотреть переливающийся узор на его крылышках и тонкие усики. – Мы не оставим тебя один на один с проблемой. Мы же твои друзья! Кстати, а что случилось-то? Мне кто-нибудь расскажет подробности вылазки?

Я хотела рассказать, но вместо связных слов вырвался судорожный вздох. И Лира взяла инициативу на себя, пересказала Фиру всё, что знала сама по моим воспоминаниям и рассказам.

Светлячок, в отличие от лисички, реагировал на рассказ бурно, показывая все свои эмоции ярким свечением и мельтешением перед глазами.

– А она?.. А он?.. Что он сделал?.. Ага, а она?.. Ого… А он… Да? Фух, ну хоть отпустил.

Я слушала со стороны о том, что со мной произошло, и каждый эпизод всплывал перед глазами снова: и те золотые нити, нарисовавшие на моей руке брачный браслет, и холод священного озера, и лицо Эргона…

Пока Лира не закончила, я вытащила из-под одеяла руку и посмотрела на потускневший рисунок. Сейчас он был еле заметен и бледнел с каждой минутой, словно терял свою силу. Но я не питала иллюзий, что он вдруг возьмёт и исчезнет. Ведь стоило мне только подумать о моём случайном муже, как браслет под кожей нагревался и тяжелел, будто на самом деле был выкован из металла, хоть сам рисунок не становился чётче.

Зато я отчётливо видела другой рисунок. Тот, который я не смогу стереть ни при каком желании: крохотную руну проклятия королевского рода. В отличие от браслета, она ярко чернела на бледной, фарфоровой коже запястья и, приглядевшись, я заметила, что рисунок браслета замысловатым образом оплетал эту руну, сливался с ней.

Это удивило и насторожило. Почему? Что это значит?

Я потянулась к своему привычному тонкому, изящному браслету, подаренному мне отцом в день первой магической инициации. И защёлкнула его на запястье. Он стал настолько привычным, что я старалась не снимать его даже на ночь. Но сегодня, перед походом к Богине, оставила в шкатулке… и в итоге заменила его на другой. Тот, который не снять.

– Но Арианна же просила сама написать свою судьбу, а не выйти замуж! – воскликнул Фир, отвлекая меня от браслета и заставив посмотреть на себя. – Почему Богиня решила связать тебя браком?!

– Хороший вопрос, Фир, – я пожала плечами и задумалась над её, на первый взгляд, совершенно нелогичными действиями.

Вильяра никогда не делала ничего просто так. Да, она могла не исполнить чьё-то желание, посчитав его недостаточно искренним или алчным. Она не исполняла желания, связанные с властью и богатством, не могла заставить кого-то влюбиться против своей воли.

Но что касается судьбы… она всегда вставала на сторону просящего и помогала. Не открыто, не давая желаемое на блюдечке с голубой каёмкой, а преподнося так, чтобы просящий сам дошёл до нужного результата. Иногда даже пройдя через боль и отчаяние.

– Может, Богиня решила, что единственный способ написать мою судьбу – это связать меня с тем, кто достаточно силён, чтобы помочь мне разорвать проклятие? – задумчиво проговорила я. – Или, наоборот: чтобы я сама смогла расторгнуть этот союз, пытаясь спасти своего наречённого? В любом случае, она использовала мою формулировку для каких-то своих целей. Да и не только она, Эргон сказал, что «наши боги сговорились». Значит, в нашем браке виновата не только Вильяра.

– Ты думаешь, этот Эргон захочет с тобой развестись? Да он быстрее не поверит в проклятие! – воскликнул Фир, его свет стал ещё ярче от волнения. – Тем более король запретил тебе рассказывать о проклятии кому-либо!

– Этот запрет не остановил сплетни, – усмехнулась я невесело. – Как бы королевская династия ни пыталась скрыть этот… позорный факт своей биографии, люди всё равно о нём знают. Да, не говорят открыто, но шепчутся по углам. Эргон, да и другие делегации, все равно узнают о моём «секрете».

Но тут меня пронзила другая мысль. Что, если он тот самый, кого дядя хочет сосватать моей кузине, принцессе Лавене?

Лира ахнула, мгновенно «прочитав» мои мысли:

– О! Это же будет грандиозный скандал! Брак по Божественной воле отменить нельзя, но в этом случае политический союз сорвётся!

– Именно так, – взволнованно кивнула я. – Он ни за что не позволит ни мне, ни даже Богине нарушить его планы.

– Ты думаешь, король пойдёт против решения Богини? – недоверчиво спросила лисичка. – Даже ради политической выгоды?

– Дядя всегда ставит политику выше всего, Лира. И особенно выше Богини, которая, по его мнению, не спешит исполнять желания его семьи. Он посчитает этот брак помехой, моей очередной выходкой, и будет искать способ его расторгнуть. А это… это именно то, что мне сейчас нужно! Если нам не удастся самим найти ритуал, то король, со всей своей властью и ресурсами, найдёт способ.

Я встала с кровати и принялась ходить по комнате. Впервые за всё это время в голове появился хоть какой-то, пусть и безумный, план.

– Нам нужно узнать, кто он, – воодушевленно сказала я. – Узнать о его семье, статусе, богах. Узнать, прибыл он с делегацией или сам по себе. В общем, всё, что только можно.

– И как ты планируешь это узнать, Ари? – скептически спросила Лира.

– Я принцесса, в конце концов, – пожала я плечами. – В Королевской библиотеке найдётся информация о любой знатной семье соседних земель. И библиотечные хранители мне её покажут, стоит только… хорошо их попросить. А если нет, у меня есть вы и ваши знакомые при дворе. Вы ведь поможете мне?

Я развернулась к своим фамильярам, ожидая реакции. Фир, как всегда, энергично засиял и замельтешил перед глазами.

– Я? Конечно помогу! Подключу к поиску Рика, Дика, Пира и остальных. Мы все тебе поможем! Ты ещё спрашиваешь? Да я…, да я за тебя всех порву! Я…

– Спасибо, Фир, рвать никого не надо, – улыбнулась я, представив, как целый рой пушистых, разноцветных светлячков нападёт на Эргона и заставит того рассказать всё о себе.

Лира была более сдержанна.

– Ари, ты знаешь, я за тобой пойду на любую авантюру. Только скажи, – проговорила лисичка, вильнув хвостом.

– Спасибо, мои дорогие. Надеюсь, у нас всё получится…

Я выдохнула, пытаясь успокоиться, и подошла к трюмо, чтобы привести в порядок длинные, пепельно-русые волосы. Я привычно провела рукой по распущенным прядям и…

Тут меня пронзил ледяной ужас.

Над левым виском, прямо у корней, среди моего каскада волос, проявилась тонкая, матовая, абсолютно чёрная прядь.

– Нет… Нет-нет-нет! – я отшатнулась от зеркала, в глазах отразился дикий, животный страх.

Это был знак. Первый признак того, что проклятие активировалось.

Такое уже случалось однажды, когда я едва не обручилась с лордом Лорианом, юношей, за которого король хотел выдать меня замуж. Тогда чёрная прядь проявилась, как только мой жених впервые подарил мне фамильное украшение, тем самым закрепив наши отношения. Я сразу же разорвала помолвку, и прядь исчезла. Но сейчас…

Сейчас она была ярче! Это не просто предупреждение – это подтверждение нерушимого, магического союза! Браслеты сработали, и теперь Эргон… обречён.

Холодный пот выступил у меня на лбу.

– Ари, что случилось? – взволнованно пискнула Лира, подлетая к моему лицу.

Я схватила прядь дрожащей рукой.