Билли сглотнула. Кто-то другой, может, и возмутился бы, но она знала его, сколько себя помнила, и, как бы он к ней ни относился, будучи джентльменом до мозга костей, он не оставит ее в затруднительном положении, какой бы древней и ненадежной ни выглядела лестница.

Женщина попала в беду, и посему у Джорджа не было выбора: придется прийти ей на помощь, как бы сильно она его ни раздражала.

А это было так, Билли не сомневалась, да и сам Джордж никогда не пытался этого скрыть. Впрочем, она тоже относилась к нему, мягко говоря, без симпатии.

Над крышей появилась голова Джорджа, и Билли заметила, как он прищурил свои голубые глаза, разглядывая ее. Все Роксби обладали голубыми глазами, все до единого.

– Ты еще и в платье, – с тяжелым вздохом протянул Джордж. – Ну конечно, как же иначе.

Билли решила оставить это замечание без внимания и, кивнув в сторону кота, пожаловалась:

– Эта зверюга меня оцарапала, вот мы и упали.

Джордж поднял глаза:

– Да, высота приличная.

Билли проследила за его взглядом. Ближайший более-менее прочный сук находился футах в пяти над головой, а она упала даже не с него.

– Я повредила ногу, – призналась девушка.

– Ничего удивительного.

Билли вопросительно взглянула на Джорджа, и тот пояснил:

– Иначе ты просто спрыгнула бы на землю.

Билли скривилась, посмотрев поверх его плеча на утоптанную землю, окружавшую развалины. Должно быть, когда-то это двухэтажное здание было доброжелательным и принадлежало зажиточному фермеру.

– Нет, – возразила девушка, – оценив расстояние. – Слишком высоко.

– Даже для тебя?

– Я же не идиотка.

Молодой человек не спешил соглашаться с ее утверждением (а вернее, вовсе не собирался соглашаться) и произнес:

– Что ж, ладно. Давай-ка попытаемся спустить тебя на землю.

Билли судорожно вздохнула и неожиданно пробормотала:

– Спасибо.

Джордж взглянул на нее так, словно голову ее вдруг украсили рога: слово «спасибо» из уст мисс Бриджертон – это было чем-то невероятным.

– Скоро стемнеет, – заметила Билли и, взглянув на небо, сморщила нос. – Было бы ужасно застрять…

В ответ на это Джордж лишь коротко кивнул.

– Сможешь спуститься по лестнице?

Боль будет нестерпимой, но она справится.

– Пожалуй, да.

– Я могу тебе помочь.

– Каким образом?

– На спине.

– Нет, это уж слишком.

– Пожалуй, ты права, – пробормотал Джордж и поднялся еще на две ступеньки, чтобы бедра поравнялись с краем крыши. – Сможешь встать?

Билли непонимающе уставилась на него.

– Хочу понять, сможешь ли ты перенести тяжесть тела на больную ногу, – пояснил Джордж.

– О… – смутилась Билли. – Конечно.

Вероятно, ей не следовало даже пытаться, ведь чтобы удержаться на покатой крыше, нужны обе ноги, а ее правая сейчас совершенно бесполезна. И все же Билли попыталась встать, поскольку ненавидела показывать слабость перед кем бы то ни было, такой уж у нее был характер. А может, она просто не успела все обдумать, потому что стоило ей подняться, как она тотчас же пошатнулась и села, с губ ее сорвался сдавленный крик.

Джордж в мгновение ока оказался на крыше.

– Маленькая глупышка! – Его голос прозвучал почти нежно, хотя Билли не помнила ничего подобного, поэтому сравнить было не с чем. – Позволишь взглянуть?

Билли неохотно вытянула ногу.

Джордж осторожно снял ботинок и ощупал ступню, взяв ее за пятку одной рукой, а другой проверяя подвижность сустава.

– Здесь больно? – спросил он, легонько нажимая на внешнюю сторону лодыжки.

Билли зашипела и кивнула.

Джордж нажал в другом месте.

– Здесь?

Билли аж вскрикнула.

– А вот так?

Лодыжку пронзила острая боль, похожая на электрический разряд, и девушка машинально отдернула ногу.

– Сочту это за «да», – сдвинув брови, произнес Джордж. – Но я все же думаю, что перелома нет.

– Конечно, нет, – раздраженно буркнула Билли, хоть ничего не знала наверняка, но Джордж Роксби почему-то вынуждал ее проявлять худшие черты характера, и боль в ноге этого никак не изменила, черт бы ее побрал.

– Скорее всего растяжение. Ну или, в худшем случае, вывих, – не обратив внимания на вспышку гнева, заметил Джордж.

– Знаю, – с раздражением буркнула Билли, хоть и ненавидела себя за это.

Джордж понимающе улыбнулся:

– Ну конечно, знаешь.

Билли захотелось его убить.

– Я пойду первым, – объявил Джордж. – Так что если ты вдруг оступишься, я смогу тебя подхватить и удержать.

Да, пожалуй, это единственный выход, и она не собиралась спорить лишь потому, что его предложил Джордж, хотя первым ее желанием было сделать именно это.

– Готова?

Билли кивнула.

– Не боишься, что я столкну тебя с лестницы?

– Нет.

Никаких вопросов – одно лишь короткое слово, словно было бы глупо даже задумываться над этим.

Билли вскинула голову: Джордж выглядел таким крепким, сильным и надежным – и вдруг поняла, что на него всегда можно положиться. Вот если бы он так ее не раздражал, она могла бы это заметить и раньше.

Джордж осторожно попятился к краю крыши и развернулся так, чтобы поставить ногу на верхнюю ступеньку.

– Не забудь про кота, – напомнила Билли.

– Про кота? – повторил Джордж в недоумении.

– Ну не брошу же я его здесь после всего, что случилось!

Джордж стиснул зубы, непристойно выругался себе под нос и потянулся было к коту, но тот тут же его укусил.

– А, чтоб тебя!..

Билли отползла назад. Джордж выглядел так, словно намеревался кому-нибудь оторвать голову, а она находилась к нему ближе, чем злополучное животное.

– Чтоб ему сгореть в аду!

Билли поспешно закивала, и Джордж удивленно заморгал: что-то быстро она пошла на попятную. Девушка попыталась было улыбнуться, но лишь пожала плечами. У нее было два родных брата и три почти брата Роксби… четыре, если считать и Джорджа, хоть она и сомневалась в своем желании включать его в число родственников.

Дело в том, что она прекрасно понимала мужчин и знала, когда стоит промолчать, к тому же сейчас была сыта по горло возней с этим проклятым животным. Никто не мог бы назвать Билли Бриджертон сентиментальной; этого паршивого кота она пыталась спасти, поскольку считала, что это необходимо: живое же существо.

Она посмотрела на кота и чертыхнулась себе под нос.

– Я спускаюсь первым, – повторил Джордж, подходя к лестнице. – Держись крепче, но если вдруг оступишься…

– Мы оба свалимся?

– Я тебя поймаю, – процедил сквозь зубы Джордж.

Билли просто пошутила, но с ее стороны было бы не слишком умно указывать ему на это.

Джордж развернулся и уже хотел было поставить ногу на верхнюю перекладину, когда кот, очевидно, возмущенный тем, что его оставили без внимания, испустил душераздирающий вопль и бросился ему под ноги. Джордж пошатнулся и отчаянно замахал руками.

Времени на раздумья не было. Позабыв о ноге и угрожающе покатой крыше, Билли рванулась к Джорджу и схватила его, не давая упасть.

– Лестница! – вскрикнула она, но было слишком поздно.

Вместе они наблюдали, как лестница покачнулась, развернулась и с какой-то удивительно балетной грацией рухнула на землю.

Глава 2

Было бы справедливо заметить, что Джордж Роксби, старший сын графа Мэнстона, ныне известный цивилизованному миру как виконт Кеннард, всегда держался невозмутимо и сдержанно, спокойно и уверенно, обладал непреклонно логическим складом ума и умением так смотреть, что все его приказы выполнялись быстро и беспрекословно, желания удовлетворялись с готовностью и удовольствием и, что наиболее важно, все это осуществлялось в соответствии с его предпочтениями и распорядком дня. Также было бы справедливо заметить, что если бы мисс Сибилла Бриджертон хоть на мгновение поняла, сколь близок Джордж к тому, чтобы вцепиться ей в горло, его она испугалась бы сильнее, нежели сгущавшихся сумерек.

– М-да… не повезло, – протянула она, проводив лестницу взглядом.

Джордж промолчал, решив, что так будет лучше.

– Знаю, о чем ты думаешь, – произнесла Билли.

Джордж разжал зубы ровно настолько, чтобы процедить:

– Не уверен.

– Ты пытаешься решить, кого из нас двоих сбросить с крыши первым, меня или кота.

И она оказалась к правде ближе, чем можно было бы предположить.

– Я всего лишь пыталась помочь…

– Я так и понял, – произнес он тоном, не располагавшим к дальнейшей беседе, но Билли не унималась:

– Если бы я тебя не схватила, ты бы упал.

– Ах да. Буду благодарен вам, леди, до конца своих дней.

Билли закусила нижнюю губу, и на какое-то благословенное мгновение Джорджу показалось, что разговор окончен, но увы, она вновь заговорила:

– Знаешь, а ведь это была твоя нога.

Джордж еле заметно повернул голову – ровно настолько, чтобы дать понять, что услышал ее.

– Прошу прощения?

– Твоя нога. – Билли кивнула на ту часть его тела, о которой шла речь. – Ты толкнул лестницу.

Джордж оставил попытки сделать вид, будто не обращает на нее внимания, и прошипел:

– Хочешь повесить вину на меня?

– Нет. Конечно, нет, – поспешно возразила Билли, наконец-то вспомнив об инстинкте самосохранения. – Я лишь хотела сказать… Просто ты…

Джордж хищно прищурился, а девушка пробормотала:

– Забудь.

Уткнувшись подбородком в согнутые колени, она устремила взгляд на расстилавшееся перед домом поле, хотя смотреть было в общем-то не на что. Тишину и спокойствие нарушал лишь ветер, заявлявший о себе тихим шорохом листьев на деревьях.

– Думаю, остался час до захода солнца, – произнесла девушка. – Может, два.

– Когда стемнеет, нас здесь уже не будет, – попытался успокоить ее Джордж.

Билли удивленно посмотрела на него, потом перевела взгляд на лежавшую на земле лестницу с таким выражением лица, что ему захотелось оставить ее в полном неведении, но он не мог так поступить. За двадцать семь лет жизни принципы присущего джентльмену поведения настолько прочно засели в его сознании, что он попросту был не в состоянии проявить жестокость по отношению к леди, даже к такой, как Билли.

– Примерно через полчаса здесь появится Эндрю, – все-таки пояснил Джордж.

– Что? – Облегчение на лице девушки почти сразу же сменилось раздражением. – Почему ты ничего не сказал? Поверить не могу, что из-за тебя я подумала, что мы застрянем здесь на всю ночь.

Джордж взглянул на Билли Бриджертон, отравлявшую ему существование с самого своего появления на свет двадцать три года назад. Она смотрела на него так, словно он нанес ей ужасное оскорбление. Ее щеки пылали гневом, а губы были так плотно и сердито сжаты, что напоминали розовый бутон.

– Между падением лестницы и этим самым моментом прошла всего минута, – подчеркивая каждое источавшее холод слово, произнес Джордж. – Так скажи на милость, в какой момент занимающего твои мысли анализа движения моей ноги, при котором она соприкоснулась с лестницей, я должен был предоставить тебе эту информацию?

Уголки губ Билли дрогнули, но выражение лица никак нельзя было назвать ухмылкой. Ничто в нем не указывало на сарказм. Окажись на ее месте другая девушка, Джордж счел бы ее смущенной или даже оробевшей, но перед ним сидела мисс Бриджертон, которая никогда не испытывала смущения, а просто поступала так, как ей вздумается, и плевать на последствия. Она следовала этому правилу всю свою жизнь и обычно увлекала за собой добрую половину клана Роксби.

Но почему-то все всегда ее прощали. Было в ней что-то такое… нет, не то чтобы обаяние, а скорее безумная, безрассудная уверенность, весьма притягательная. Его семья, ее семья, вся чертова деревня – ее обожали все. Ее улыбка была широкой и искренней, смех заразительным, но, боже милостивый, как случилось, что он оказался единственным в Англии, кто понимал, какую опасность она представляла для общества?