Дорога до Монтеселло заняла около двух с половиной часов. Восемнадцать лет назад этот город был разрушен и разорен ламиями. В тот страшный год их уродилось слишком много – столько, что полчища их неслись вглубь материка, в том числе и под землей. Монтеселло охраняли как усмирители, так и военные, и все их силы были брошены на уничтожение монстров, но их число было настолько велико, что глава города принял решение взрывать целые кварталы, несмотря на то, что там оставались люди. Это была самая настоящая катастрофа с жертвами, исчислявшимися тысячами. Город пострадал так сильно, что проще было расселить оставшихся в живых людей, а Монтеселло превратить в поселение-призрак… И вот теперь там решили устраивать Прятки. Оливии казалось все это бесчеловечным, но ведь люди сами вызывались играть, их никто не заставлял. Усмирители дали им самим право решать, проводить ли эти игры, и каждый год желающие неизменно находились. Так кого тогда винить в том, что Прятки продолжают пользоваться популярностью? Эта игра оказалась нужна и одной, и другой стороне: кто-то отпускал контроль над своей силой, а кто-то надеялся решить все свои проблемы.

Оливия украдкой оглядела тех, кто, как и она, вызвался участвовать. На лицах многих людей читалось напряжение, смешанное с решимостью. Те, кто вызвался играть в Прятки с Охотниками намеревались сделать даже невозможное, потому что выигрыш уж точно стоил того. Оливия тоже собиралась выложиться на полную, но, безусловно, она не забывала, что находится в более уязвимом положении, чем все остальные. Очередной приступ слепоты во время Пряток мог стоить ей жизни… Однако осознание этого лишь подстегивало злость Лив. Она не позволит проклятой слепоте запороть шанс на спасение семьи.

Вскоре вдалеке показались серые развалины – окраины города Монтеселло. Оливия коснулась пальцами стекла, внимательно разглядывая все, что только могла увидеть со своего места: разрушенные многоэтажные и частные дома, остовы обгоревших машин, дырявые крыши. Где-то там их уже ждали главы пяти городов – четыре усмирителя и один провидец. Последний не обладал большой физической силой, но, должно быть, обожал игры с живыми мишенями. В случае обнаружения игрока, Охотник мог сделать с ним все, что ему вздумается: застрелить, мучить, резать, насиловать и истязать. Захочет – убьет его на месте, а может увезти в свой город в качестве раба и распоряжаться его жизнью, пока не надоест.

Автобус миновал ржавую табличку с названием города и потащил своих пассажиров мимо останков Монтеселло. На асфальте вперемешку с осколками стекла и кирпича лежали кости. Лив не смогла отвести от них взгляда. Кто это мог быть?.. Те, кто жил здесь когда-то или же это убитые в Прятках?

– Это ламии, – вдруг выпалил парень, сидевший впереди, и Лив судорожно выдохнула.

Он был прав. Некоторые скелеты явно не принадлежали человеку. Это были останки жутких монстров, некогда уничтоживших город.

– Надеюсь, мы с ними не столкнемся, – пробормотала темнокожая женщина позади Оливии.

– Сейчас они должны впасть в спячку, отложив перед этим яйца, – ответил Бобби Колман. – Зато потом начнут нападать, как сумасшедшие.

– Сам ведь знаешь, иногда кто-то из монстров просыпается раньше времени, – возразила женщина.

– Ну, то не наша проблема. Не зря ведь у нас есть усмирители. И военные с горами оружия, которое мы производим днем и ночью. Скоро только его и будем жрать…

Многие невольно переглянулись. Ситуация с продовольствием и правда оставляла желать лучшего. Климат не давал шанса на долгий период посевов, поэтому урожай был ограничен. С мясом и животными тоже частенько возникали проблемы, а тем, кто обитал в бедных кварталах, и вовсе не стоило надеяться на забитый холодильник и сытую жизнь.

Один мужчина с седой бородкой почесал полысевшую макушку и протянул:

– Как-то не очень честно получается. Охотники знают Монтеселло как свои пять пальцев, который год тут народ гоняют. Готов спорить, что все пригодные для Пряток места они давным-давно выучили. Но никто из нас никогда не бывал в этом городе.

Народ ненадолго притих, но вскоре Бобби подал голос:

– Нас двадцать три, а Охотников всего пятеро. И не забывай, что город немаленький, в нем раньше тысяч десять проживало, так ведь? Зданий тут хоть отбавляй. Мне вообще кажется, что спрятаться так, чтоб никто не нашел, – плевое дело!

Женщина, занимавшая кресло позади Оливии, скривилась.

– Умник! А чего ж тогда никто из тех, кто участвовал пять лет назад от Шэдоу, не вернулся победителем? Двенадцать человек погибли во время игр! Да и что нам с того, что Охотников лишь пять? Каждый из них по силе равен медведю, а бегают они в два раза быстрее человека.

– У нас будет фора, – не унимался Бобби, тряся рыжими кудрями. – Вы что, правил не знаете? Сейчас нас ознакомят с планом города, дадут время прикинуть, куда спрятать свои задницы, и только с наступлением ночи Охотники вступят в игру.

– Две ночи и один день, – вздохнул бородатый мужчина. – Почему теперь кажется, что это так долго?

А между тем автобус, скрипнув тормозами в последний раз, остановился у въезда в парк. Участники шустро покинули салон, Лив тоже не отставала. Оказавшись на улице, она застегнула ветровку, поежившись от прохлады. Отчего-то в Монтеселло оказалось холоднее, чем в Шэдоу.

Пятеро военных, сопровождавших игроков в пути, жестами велели им направляться в парк, но Лив уже и без того услышала оттуда смех и даже негромкую музыку. Выглянув из-за спин идущих впереди участников, Оливия вскоре увидела шатер, раскинутый прямо на поляне. Посередине находился длинный стол, уставленный едой и крепкими напитками, а пять стульев занимали пятеро одаренных. Лив с трудом сглотнула и сжала пальцы в кулаки.

Четверо мужчин казались похожими, словно близнецы: крепкие, широкоплечие, высокие. Однако не у всех лица были открыты. Двое скрывали их за глубокими капюшонами. Пятый Охотник наверняка был провидцем. Он не обладал невероятной физической силой и на вид ничем не отличался от обычных людей. Разве что татуировкой. У каждого одаренного на шее имелся рисунок, и у этого мужчины Лив разглядела широко открытый глаз – символ провидца.

Он с легкой улыбкой рассматривал новых жертв и крутил в пальцах нож с длинным и узким лезвием. Оливии не понравилось выражение его лица, да и взгляд у парня был дрянной. С такой физиономией только и остается, что носиться по ночному городу с холодным оружием.

Тем временем один из усмирителей – глава Шэдоу – поднялся со своего места и направился к игрокам нетвердой походкой. Лив невольно задалась вопросом, сколько же они выпили за это время, раз даже крепких усмирителей так развезло…

– Не думаю, что вам нужна длинная и ободряющая речь, – даже не подумав снизить градус наглости в голосе, начал Уайлдер, – но представить вам Охотников я все же обязан. Красавчик слева – Чарльстон. – Палец его указал на парня с коротким ежиком русых волос. Оливия машинально отметила шрам на его щеке, а затем перевела взгляд на следующего Охотника в черной шапке, прикрывавшей лишь макушку. Именно он был провидцем. – Это Да́ллер, и это его шестые Прятки.

До Оливии наконец дошло, что Уайлдер называет Охотников по городам, из которых они прибыли, опуская реальные имена мужчин. Впрочем, ей до них не было дела.

– Следующий Охотник – это О́никс, – продолжил глава города Шэдоу. Лив взглянула на широкоплечего мужчину, который даже не потрудился снять капюшон. Он упирался локтями в стол, а ладони сцепил в замок перед скрытым тенью подбородком. – В Ониксе живут парни со стальными яйцами, потому что гнезда ламий находятся прямо у них на пути. И последний наш Охотник – это Декстер. – Уайлдер махнул рукой на мужчину, голову которого тоже скрывал капюшон. Но стоило главе Шэдоу представить его, как мужчина чуть сдвинул ткань на макушку и озорно подмигнул игрокам. Его лицо было вытянутым и бледным.

Не только участники отдали предпочтение темной одежде. Трое Охотников были одеты в серую военную форму, а двое – это Декстер и Оникс – сидели за столом в обычных черных спортивных костюмах.

– Вон на том столе, – кивнув влево, сообщил Уайлдер, – лежит карта Монтеселло. У вас есть двадцать минут на ее изучение, после чего вы можете немного прогуляться по улицам, но к пяти часам мы будем ждать вас на этом самом месте.

Оливия бросила взгляд на розовые наручные часы – прошлогодний подарок Эми. Сама Лив не выбрала бы такой цвет… Отогнав тоскливые мысли о родных, Оливия поняла, что на все им выделили около двух часов, и она не собиралась тратить их впустую. Остальные участники уже бросились к карте и окружили стол, и тут Лив столкнулась с первым испытанием – она не могла увидеть ровным счетом ничего. Мужчины не давали девушкам добраться до карты, жадно вглядываясь в каждую улицу на схеме. Лив растерянно огляделась. Пятеро глав городов тихо переговаривались и поглядывали в сторону участников. Внезапно она поймала на себе взгляд парня в шапке, не прикрывающей его уши, – Даллера. Прорицатель улыбнулся ей так, что у Оливии сжался желудок. Не нужно быть провидцем, чтобы узнать, о чем он думает – это было написано у него на лице. Парень был не прочь поразвлечься с симпатичной девчонкой, не сдерживая своих желаний. Лив даже думать не хотела, какие извращения мелькали в его сознании, пока он улыбался ей.

Даллер подался ближе к Ониксу, по-прежнему не снявшему капюшон, и наверняка отпустил какой-то комментарий насчет Оливии. Оникс побарабанил пальцами по столу и что-то ответил другу, после чего оба засмеялись. По крайней мере, Даллер точно разразился смехом, а Оникс поменял положение тела и теперь сидел боком к Оливии.

– Да дайте же и нам хоть глазком взглянуть!

Лив вздрогнула и обернулась к участникам. Женщины уже вовсю лупили мужчин по спинам, но те упорно отталкивали их, не желая уступать ни миллиметра. Мысленно выругавшись, Оливия сорвалась с места и побежала в город. Какой прок тратить время и силы на борьбу с упрямцами? Лучше увидеть все своими глазами, пока у нее есть такая возможность…

Совсем неподалеку от поляны в парке находился полуразрушенный многоэтажный дом. Добравшись до него, Лив побежала наверх, надеясь, что ее топот по щербатой лестнице не приведет к обвалу. По этажам гулял ветер, хлопая оставшимися дверями и пытаясь сорвать обрывки старых обоев. Лив отчего-то стало страшно тут. Сам дом казался ей сонным монстром, которого уж точно не следовало будить. Она считала этажи, а дыхание уже сбилось. Лив хрипло выдохнула и замедлилась. Седьмой этаж… Кажется, этого достаточно?

Она вошла в темный проем, спустя мгновение оказавшись в заброшенной квартире: сиротливо замершая мебель, потемневшие стены, створка единственного в комнате шкафа распахнута. Лив не хотелось разглядывать место, где некогда жили люди, но в один ужасный день погибли или лишились возможности вернуться домой. Девушка подошла к окну, перевела дух и принялась разглядывать город. Жилые дома, магазинчики, небольшое здание школы с заросшим сорняком двором, скверы и даже пруд. Восточная часть города сильно пострадала от взрывов. Там Лив заметила разрушенные здания и огромные ямы в асфальте.

Оливия покусала губу. Сейчас она склонна была согласиться с Бобби, ведь отсюда казалось, что спрятаться в немаленьком городе от пяти человек не должно составить труда. И все же тех, кто побеждал в Прятках, можно было по пальцам пересчитать.

Нахмурившись и чувствуя смутную тревогу, Оливия медленно направилась к выходу, но вскоре остановилась, так и не переступив порог. Ее взгляд метнулся к кухне, и Лив, немного подумав, вошла туда, собираясь кое-что сделать. Провидец Даллер играл с лезвием, так почему бы и ей не вооружиться? Она обнаружила в ящике короткий нож и спрятала его в кармане ветровки. Если вдруг военные вздумают обыскать участников еще раз перед началом игры, ей придется несладко… Но и возвращаться с пустыми руками не хотелось.

Оливия взглянула на часы. Время для изучения карты уже вышло. Она вернулась на первый этаж и увидела остальных участников, решивших осмотреть улицы. Военные тоже прогуливались неподалеку, приглядывая за игроками, а Охотники так и не покинули свой шатер.