Лив не собиралась носиться по городу все отведенные ей два часа. Она дошла до квартала, разрушенного взрывом, и замерла около разлома в асфальте, отделяющего ее от обгорелых костей. Оливия не могла перестать пялиться на скелеты ламий. Эти существа были гораздо больше и мощнее человека. За свою жизнь Лив не видела вживую ни одной твари, а все благодаря расположению города Шэдоу. Но глава Уайлдер был прав – относительно спокойной жизни жители Шэдоу и некоторых других городов были обязаны в первую очередь Ониксу. Жить там – все равно что сидеть на пороховой бочке посреди бушующего пламени. Рвануть могло в любой момент.

– И как такое могло появиться на свет? – услышала Лив позади и обернулась.

Та самая темнокожая женщина из автобуса неторопливо шла к ней, тоже разглядывая ламий.

– Я Кристи, – представилась она.

– Оливия. Вам удалось увидеть карту? – не очень надеясь на ответ, спросила Лив.

Женщина вздохнула и запахнула на груди тонкую черную куртку.

– Разве что на минуту, не больше. В этом городе был транспортный цех, но он работал не круглый год, насколько мне известно. Добывать металл очень опасно, даже в периоды спячки ламий это делают с осторожностью. И с каждым столетием монстров как будто становится все больше. Мы не развиваемся, а выживаем.

– Но кое-кто еще успевает развлекаться, – пробормотала Оливия, пряча ладони в карманы ветровки. Пальцы наткнулись на деревянную рукоятку, и девушка машинально сжала ее.

Кристи развела руками и пнула камешек, попавшийся ей на пути.

– Чем выше статус, тем круче веселье. Мы пьем домашнее пиво и танцуем под гитару, а элита вытворяет кое-что похлеще. А что касается Монтеселло… я успела запомнить, что на западной его окраине находился фармацевтический завод, а рядом – госпиталь. Можно было бы укрыться там, но сколько времени до них добираться?

– Усмирители гораздо быстрее нас. Какую фору они дадут нам? Час? Два?

– За два часа, пожалуй, добежать можно.

Лив качнула головой и убрала с лица непослушные пряди.

– Почему мне кажется, что все не так просто, как мы думаем? Город большой, и как будто бы спрятаться здесь и правда не составит труда. И все же победителей катастрофически мало.

Кристи пожала плечами, но по выражению ее лица Оливия поняла, что женщине это тоже не нравилось. Она бросила взгляд на часы и сказала:

– Пора возвращаться. Не стоит нам злить Охотников.

Глава 4

Когда они вновь собрались на поляне, город уже захватили сумерки. Лив невольно бросила взгляд на стол Охотников. Желудок сжался и глухо заурчал. Последний раз она ела рано утром, и то всего лишь пару-тройку ложек каши. Тогда от волнения есть почти не хотелось, зато сейчас голод все же давал о себе знать.

И тут до Лив начало доходить… Их никто не собирался кормить, а игры будут длиться две ночи и один полный день. Но девушку беспокоило даже не столько отсутствие еды, сколько обезвоживание. Неужели игра для них уже началась?..

Похоже, остальные участники тоже заподозрили неладное, потому что кто-то из мужчин громко спросил:

– Когда нас покормят?

Уайлдер, первым подошедший к участникам Пряток, в притворном удивлении изогнул брови.

– Разве это входит в наши обязанности?

– Но вы говорили, что нам не нужно ничего с собой брать! – занервничала Кристи. – А как же пища? Мы проторчим тут двое полных суток, без воды нам уж точно не обойтись!

– Мы же не звери, – подал голос Чарльстон. Однако выражение его лица при этом говорило об обратном. – В городе вы найдете несколько точек с едой и питьем. Оттуда можно брать все, что вам захочется.

Лив и Бобби переглянулись, остальные же тихо зароптали, но вскоре гул усилился. Кристи машинально выступила вперед и выпалила:

– Мы ведь не можем выходить из своих укрытий. Как же нам… как же нам тогда прятаться?

– Ну так не выходите, – пожал плечами Даллер, поигрывая ножом. – Вас никто не заставляет. Просто помните, что на вторые сутки без воды у вас появится спутанность сознания или обморок, затем упадет давление и возникнет слабость. А вот сердцу придется работать с удвоенное силой, чтобы качать густую кровь. К концу Пряток у вас могут отказать органы, так что решайте сами, насколько сильно вам нужна вода.

Наглые ухмылки Охотников говорили сами за себя. Голод и обезвоживание – это все часть игры. Это препятствия, которые участникам придется преодолеть. И если без пищи Оливия смогла бы продержаться, то вода нужна была ей не меньше воздуха. В горле как назло стало сухо, и Лив с трудом сглотнула, глядя на графин на столе Охотников.

За этим столом до сих пор сидел Оникс. Мужчина надел кепку, и теперь его лицо скрывалось за козырьком. Лив невольно отметила широкие плечи и ладони, тыльные стороны которых были покрыты татуировками.

– Еще кое-что, – произнес Уайлдер, неторопливо вышагивая по поляне. Он кивнул военным, и те вдруг направились к игрокам с чем-то темным в руках. – Каждому из вас сейчас наденут браслеты. Они будут показывать нам то количество шагов, которые вы сделаете. Это единственное, что мы будем знать о вас. И не стоит возмущаться, – цокнул он, услышав недовольные возгласы. – Вы сами могли убедиться, насколько большой этот город. Искать вас здесь – все равно что пытаться найти гнездо ламий в горной долине.

– Обнаружить ламий гораздо сложнее, – впервые заговорил Оникс, поднимаясь. Его голос не был громким, но Лив все равно отчетливо услышала каждое из сказанных им слов.

– Ну ладно, я немного преувеличил, – закатил глаза глава Шэдоу. – И все равно шансы спрятаться так, что вас никто не найдет, довольно высоки.

А между тем военный добрался и до Оливии, защелкивая на щиколотке гладкий черный браслет. Лив присела и покрутила «украшение», вскоре обнаружив на нем крошечный монитор с цифрой «0». Она вновь выпрямилась и задумчиво оглядела остальных. Итак, выходило, что Охотники будут знать, сколько шагов сделали игроки, а значит, и какое расстояние они прошли. Что им это даст? Многое. Очень многое… Это сужает круг поисков. Впрочем, остается надежда на то, что они могут попасть пальцем в небо с направлением и будут искать игрока не в той стороне. Но… Оливия вспомнила про их с Ноксом везение и тяжело вздохнула. И все же шанс был. Оставалась крошечная вероятность сбежать от Охотников и запутать их. Лив напомнила себе, что не стоит опускать руки.

– Есть еще вопросы? – уточнил Даллер, прохаживаясь вдоль ряда участников и бросая пристальные взгляды на девушек. Своим вниманием он не обделил и Лив – замер напротив нее именно в тот момент, когда она наклонилась к браслету.

Медленно подняв голову, Оливия столкнулась с насмешливым взглядом парня, а тот довольно громко протянул:

– В таком положении ты нравишься мне еще больше.

Лив стиснула зубы и поднялась, стараясь держать голову прямо. Парень ухмыльнулся, заметив возмущение в ее глазах, и подмигнул, неторопливо продолжив свой путь дальше. Оникс наблюдал за этой сценой, скрестив руки на груди и по-прежнему не показывая своего лица. И вдруг Оливия спросила:

– Могу ли я убить Охотника, если он заметит меня?

Главы городов обменялись взглядами и почти синхронно рассмеялись. Однако остальные участники навострили уши, потому что ответ все же был им интересен.

Даллер вернулся обратно к Лив, вновь остановившись напротив нее, однако в этот раз даже ближе, чем раньше. Девушка отчетливо видела, что зрачок в его голубых глазах расширился, поглощая радужку.

– Это не запрещено, Оливия. – Ее имя он произнес медленно и тягуче, словно обращал ее внимание на то, что он особенно заинтересовался именно ей. – Если тебе удастся вырубить Охотника или обмануть, то можешь бежать и прятаться вновь. – Даллер качнулся вперед и тихо, так, чтобы слышала только Лив, добавил: – Только зачем тебе бежать от меня? Со мной будет весело, и я тебя не убью, обещаю.

Оливию передернуло. Последнее слово прозвучало настолько двусмысленно, что у Лив бешено заколотилось сердце. Наверняка мужчина не соврал. Он не убьет ее, если найдет. Зачем? Ему хочется позабавиться, и, похоже, в его фантазиях он уже этим занимался. С ней.

И тут она совершила ошибку. Машинально подняла руку, касаясь ладонью кармана, в котором был спрятан нож. К сожалению, от Даллера это не укрылось. Он устроил ладони на ее талии и повел их вниз, ощупывая ее тело. Когда его пальцы наткнулись на твердый предмет в ее ветровке, он растянул губы в улыбке, сам расстегнул карман и вытащил нож, продемонстрировав его остальным мужчинам.

– Я тоже люблю лезвия, Оливия. Мы точно подружимся, – шепнул он.

Час. Всего час форы дали им Охотники.

Лив бежала во тьму разрушенного города, слыша топот ног остальных игроков. Все бросились в рассыпную, стоило им услышать вой сирены – сигнал, оповещающий о начале Пряток. Оливия несколько раз запнулась, не видя в темноте дальше вытянутой руки. Пришлось сбавить скорость, что лишь усилило ее тревогу. Сам город казался ей затаившимся чудищем, в разинутую пасть которого она добровольно устремилась. Где прятаться? Куда бежать? В голове резко стало пусто, и Лив перешла на шаг, делая глубокие вдохи. Нужно было решаться: прячется ли она в одном из пустующих домов или бежит как можно дальше, например, к бывшему цеху?

Но приступ все решил за нее. Перед глазами появилась белая пелена, а голову словно сдавило обручем. Лив в панике огляделась и смогла лишь войти в пустой проем, ведущий в какой-то старый магазин. Она даже не успела разглядеть, что находится вокруг, как зрение отказало, и Оливия сползла по стене на пол. Она принялась считать про себя, отказываясь думать о том, что чертова слепота отобрала у нее так необходимую ей фору.

А город-призрак словно ненадолго ожил. Лив слышала вдалеке топот и хруст гравия или скелетов под ногами, но вскоре все стихло. Игроки убежали далеко вперед, а она же сделала не больше полутора тысяч шагов. Слишком мало.

Оливии оставалось лишь вести счет, и в этот раз слепота не покидала ее долгих восемь минут.

– Спасибо, что не двадцать шесть, – по сложившейся привычке тихо рявкнула Лив на свою болезнь, вновь поднимаясь на ноги.

Зрение до сих пор оставалось не совсем четким, но она все равно побежала, быстро покидая свое укрытие. План сложился сам собой – она укроется в каком-нибудь многоэтажном доме. Охотники не смогут проверить каждую квартиру, и у нее будет шанс остаться незамеченной.

Когда по ее прикидкам до конца отведенного им часа оставалось около двадцати минут, Лив свернула к пятиэтажному дому с раскуроченной стеной. Нырнув в распахнутую дверь, она бросилась к лестнице и успела преодолеть семь ступеней, а вот восьмая буквально ушла у нее из-под ног. Лив вскрикнула и провалилась по колено, больно ударившись бедром. Кое-как выбравшись из «ловушки», она растерянно замерла. Что ей делать теперь? Продолжать подниматься? Или лучше покинуть этот ненадежный дом?

Оливия выбрала второе. Она вновь выбежала на улицу, но уже не так резво. Нога болела, и Лив не рискнула нагружать ее еще больше. Она подошла к соседнему строению, которое оказалось бывшей мастерской. Не успела Оливия углубиться в просторное помещение с покрытыми пылью станками, как по улицам Монтеселло пронесся короткий гудок.

Это означало, что Охотники вступили в игру.

***

Оникс проверял ножи и пистолет в кобуре уже стоя у выхода из парка. Он не собирался терять ни секунды, чтобы не позволить Даллеру или любому другому Охотнику добраться до Оливии Гамильтон первым.

– Видел, как рванул Вествик? – хмыкнул Чарльстон, остановившись рядом с Ониксом. Они все хорошо изучили лица и фамилии игроков этого года. – Думаешь, несется на самую окраину?

– Все пытаются убежать как можно дальше, – кивнул парень, поворачивая кепку козырьком назад.

– Гамильтон сделала меньше всех шагов. Интересно, это такая стратегия или милашка просто впала в ступор?

Оникс неопределенно дернул головой и замер у края тротуара, уже готовый сорваться с места.

– Эй, здоровяки, – крикнул провидец. – Оставьте мне хоть парочку девчонок! В прошлом году я едва успел найти троих участников и все, как назло, оказались мужиками. А я не на такое подписывался, между прочим.