Выходит, переиграла меня? Судя по гневному взгляду грозного дракона, вполне возможно. Что ж, мне главное уйти отсюда целой и без ареста. А кому он верит – плевать.

– Лекарь! Лекарь идет! – раздается вопль из коридора, а затем и топот.

– Вириан! Отведи свою хозяйку в покои и до моего прихода никуда не выпускай! Слышишь? Исполняй! – приказывает дракон, и служанка тут же подбегает и подхватывает меня за руку.

– Пойдемте, госпожа, – молит она, а Люция тем временем кричит все громче и почти складывается пополам.

«А может, она не играет?» – приходит в голову страшная мысль, когда ноги уводят меня прочь.

Потому и оглядываюсь, и последнее, что вижу – хищную довольную ухмылку Люции, порочащую мой скорый конец…

Глава 17. Последнее условие

Мы с Вириан быстро возвращаемся в покои. Меня все еще потряхивает, но я уверена, что поступила правильно. Правильно для себя, по совести.

И пусть я проиграла битву, мне не будет противно смотреть на себя в зеркало. А сейчас надо бы собрать все оставшиеся вещи, ведь одни боги знают, что там решит дракон.

Потому и шагаю к шкафу и начинаю решительно снимать с вешалок платья, а сама все вспоминаю этот разговор взглядами с генералом. Он понял, что произошло, я это видела в его глазах. Но с этим драконом нельзя быть уверенной на все сто процентов. Вполне возможно, он отмахнется от правды и решит просто встать на сторону новой жены.

Поэтому и нужно подготовиться, чтобы не оказаться с голым задом на улице. Соберу все, что можно.

– Вириан, поможешь? – зову застывшую у дверей прислугу.

– Да-да, госпожа, – спохватывается она, но едва подходит, вновь застывает. – Что вы задумали?

– Разве не видно? Готовлюсь покинуть этот дом, – отвечаю, не отвлекаясь от дела. А Вириан опять принимается причитать:

– Ох, хозяйка, зачем же вы с огнем играли? Так дразнить генерала…

– Поверь, я еще сдержалась, – отвечаю Вариант, а у нее глаза на пол лица становятся.

– Может, в самом деле лекаря позвать, пока беды себе не нажили? Вы сами на себя не похожи.

– А что ты ждала от женщины, которая всю жизнь на семью положила, а ее заменили, даже не моргнув?

– Слез? – нерешительно отвечает Вириан, хотя вопрос был риторическим. – Может, подождете, пока он остынет и попросите прощения, того и гляди, не выгонит он вас, – предлагает мне помощница, я от шока едва вешалку не выпускаю из рук.

– Вириан, в этом доме мне жизни уже не будет. А на существование я не согласна. Надо будет – босиком по углям пройду. Лишь бы отсюда подальше. Ладно. С платьями я закончу сама, а ты пойди и разузнай осторожно, что там с новой хозяйкой, раз мне пока нельзя выходить, – говорю Вириан, и она тут же кивает и уходит.

А я, покопошившись еще минут двадцать, решаю взять передышку. После пункции и скандалов будто все силы выкачали.

Лучше принять душ, пока он все еще мне доступен. «Приду в себя, а затем продолжу», – решаю я и тут же направляюсь в ванную.

Увы, расслабиться даже в теплой воде с аромамаслами не удается. Все думаю, достаточно надежно ли я спрятала драгоценности и не отнимут ли их у меня? Да и не только об этом.

Законник болен, а где искать другого, не знаю. Неужели, придется бежать?

Быстро ополоснувшись, выхожу в комнату, Вириан все еще нет, и силы пока не вернулись. Решаю немного полежать, восстановиться, а затем продолжить сборы. Но только голова касается подушки, я проваливаюсь в сон.

Обычно мне ничего не снится, когда вымотана. Дочь даже пугалась, потому что я не двигалась, спала, как мертвая, после тяжелых смен. Сегодня случилось нечто похожее, потому и сон крепкий. Но все же сквозь него я слышу, как щелкает дверь. Наверное, Вириан вернулась.

Потягиваюсь лениво в постели, прежде чем открыть глаза, и тут ощущаю запах – хвоя, древесина и кайенский перец. И ауру, эту тяжелую, отлично знакомую ауру…

Дракон!

Тут же спохватываюсь, открываю глаза, а мужчина уже нависает надо мной огромной темной тенью, заслоняя собой почти весь свет ночников. И только его глаза с вытянутыми в вертикальные полоски зрачками мерцают огнем в полумраке в нескольких сантиметрах надо мной.

– С ума сошли?! – выпаливаю я, подобравшись к изголовью кровати, а у генерала ледяная маска сползает с лица.

Но удивление не держится дольше двух секунд.

– Кхм… – поправляет он охрипший голос. – Ты не двигалась. – продолжает невозмутимым тоном.

– Порадовались, что умерла? – спрашиваю я и тут замечаю, как тяжелый взгляд скользит по моей персоне от макушки до самых пят, цепляясь то за колени, то за обнаженные бедра, и останавливается на несколько секунд, на едва прикрытой груди. А потом наклоняется еще ближе!

Ты чего удумал, гад?! Ей-богу, спросонья ко мне лучше не подходить – нога, как в молодости рефлекторно действует на извращенцев, вырываясь вперед, но у генерала рефлексы не хуже моих.

Успевает поймать за лодыжку, зараза! Тут же двигаюсь назад, а он не выпускает!

– Пусти! – рычу, ибо становится страшно.

Вмажу второй ногой, полотенце могу потерять. Да и вообще, сколько мне лет, чтобы с ним силами мериться? Чертов рефлекс!

– Ты… Это специально? – выдавливает из себя дракон, его голос звучит еще ниже, чем раньше, больше похож на хрип.

А затем он смотрит мне прямо в глаза.

– Вы меня напугали, – чеканю холодно, чтобы этому дракону иного в голову не пришло. Но его голова точно работает не так, как нужно!

– Про попытку лишить меня шанса завести наследника я понял. Но к чему все это шоу? – Он наконец-то отпускает мою ногу и вновь скользит взглядом по съехавшему полотенцу.

Я тут же поправляю его, от греха подальше встаю с постели и ищу, чем бы прикрыться понадежнее.

– Думаете, ждала вашего прихода? Вы, кажется, забыли, что я требую развод. – Смотрю на него, а у самой сердце стучит в висках.

Этот дракон непорядочный, и каково его нелегкая так рано сюда принесла? Разве он не должен быть сейчас с Люцией? Ночь на дворе!

– Ты опять об этом, – шумно выдыхает дракон, а затем, кинув взгляд в сторону, застывает на миг. – Что это, Оливия?

– Что? – не понимаю вопроса и не понимаю, отчего так вспыхнули глаза генерала.

– Это! – рычит он так, что зубы скрипят и желваки выступают.

Ах, это… Он про не до конца собранные вещи?

– Вы же меня не выгоните отсюда ни с чем? Всё-таки вы достойный дракон! Необходимые вещи, с вашего позволения, я заберу с собой, – деловито выдаю я.

– А ты все жаждешь уйти, несмотря на то что я тебя не гоню? Даже после всего что случилось?! – злится он, и злобная аура вновь заполняет помещение.

Чур меня, чур!

– Как и хочу уйти из-за того, что случилось! Пока жива! Кстати, как ваша новая жена?

– Вопрос для протокола или в самом деле интересно?

Хм, а я не знаю ответ. Она меня бесит, но если вдруг беременна…

– Интересуюсь, не попаду ли в темницу, – решаю обставить все так. Пусть считает злыдней и выгонит. – Но для протокола.

– Не попадешь, и ты это прекрасно знаешь!

– Чтобы не запятнать честь фамилии? Или потому что вы допустили ту самую мизерную вероятность, что я не делала того, в чем попытались обвинить?

– Знаю, – выдает генерал, и в этот раз удивляюсь я.

Думала, он сейчас рвать и метать тут за Люцию будет, несмотря ни на что.

– Что? – переспрашиваю. И уже даже как-то не рада, что бой все же оказался за мной. Что, если передумает давать мне развод?

Бежать сложнее, чем развестись. Беглянок догоняют. Тем более такие драконы, как этот!

– Я знаю, что масло разлила не ты. Знаю и то, что ты хотела напугать Люцию, но, хвала богам, тебе хватило ума этого не делать! Иначе сейчас оправдаться было бы сложнее, – сообщает генерал.

И в этом он прав. Если бы Люция подскочила из-за паука, которого не существует, а потом схватилась за низ живота, мне бы точно голову снесли… Уберегли боги, а ведь так хотелось.

– Единственное, чего я до сих пор не знал, Оливия, – твой истинный характер, – заключает дракон. А затем смотрит так, что мне уже не покрывалом, а бетонной стеной от его взгляда хочется укрыться.

– Выходит, все эти годы только притворялась покладистой и благонравной? – звучит низкий, почти интимный голос.

А я не могу понять, к добру ли этот вопрос. Да плевать! Мне уйти отсюда надо поскорее. И желательно по обоюдному согласию, а не побегом.

– Если так, то исключите меня из списка сумасшедших и отпустите с миром?

– В графу «особо опасных манипуляторов» занесу, – выдает он мне и хоть смотрит строго, во взгляде считывается что-то похожее на интерес. – Но вот про отпустить…

О, нет-нет-нет! Не этого я добивалась!

– Товарищ генерал, раз мы уже поняли, что вовсе не такие, какие роли играли все это время, то давайте все же решим вопрос мирно. Я ведь и по-плохому могу!

– Это как? – еще больше интереса вспыхивает в его глазах. – В твоей хитрости отныне я не сомневаюсь, но вот подлости еще не замечал. А ведь у тебя был шанс извернуться и выйти победительницей на той лестнице, и ты отлично это знаешь.

Был, он прав. Я проигрывала в голове разные варианты, включая тот, что можно и самой что-нибудь разыграть, как Люция, но решила остановиться до того, как ступлю на кривую дорожку. Не пачкалась и не буду!

– Так почему ты ей проиграла, Оливия? – задает генерал еще один, к тому же самый неожиданный вопрос.

– А вы хотели, чтобы я победила? – Не могу не выразить шок. Это же… Какой-то бред!

– Я хотел увидеть, что вы обе скрываете под масками, – сообщает он. – Удивительно, что только сейчас ты проявила характер, хотя раньше вообще не ввязывалась в скандалы.

Опасно! Вот сейчас о-очень опасно! Что, если он догадается, что я не Оливия?!

– Так раньше и вы не приводили новых жен! – Встаю в ту самую позицию, которую логично заняла бы обиженная жена, и дракон взрывается.

– Оливия!! – рычит он на меня.

Ага, на новую жену иди кричи!

– Кайрон!! – выпаливаю в ответ, точно так же вздернув голову!

– Что?..

«Что?» – пробегает паническая мысль. Мне, конечно, много раз хотелось ему врезать и сказать все, что думаю… Но я же понимаю, что если доведу до ручки, то и себя могу похоронить. Перешла черту?

– Как ты меня назвала? Повтори! – велит генерал, и становится еще тревожней, но отступать уже некуда. Можно смягчить оборот, но не пасовать уж точно.

– Бывший муж, лорд Кайрон, – с хлипким спокойствием выдаю я, а воздух в комнате густеет с каждой секундой.

– Назови по имени! – требует дракон, и радужки его глаз начинают пульсировать, вытягиваясь в вертикальные линии.

Мать моя, я никогда к этой чертовщине не привыкну! И повторять его имя не буду, уж слишком что-то оно его зацепило. И совсем не в том ключе, который мне был нужен.

– Что за детский сад?! Вы пришли объявить свое решение по случившемуся на лестнице, так и объявляете, а затем… Прочь! – Указываю на дверь, но дракон меня будто бы уже и не слышит.

Уж слишком плотоядно он смотрит. Того и гляди… Присвоит как вещь!

– Оливия, – едва сдерживает рык, наступает на меня черной мощной тенью, и я с трудом заставляю себя не пасануть, не отступить. Дам слабину сейчас, покажу страх – мне конец!

– В кого ты такая упертая? – Останавливается слишком близко и наклоняется, чтобы смотреть мне в глаза, изучает будто под микроскопом, а его горячее, жгучее дыхание впивается в онемевшие щеки.

– Видимо в вас! – Поднимаю голову выше, как бы сообщая: «я тебя не боюсь!».

И в этот раз страх, действительно, отступает. В голове гуляет та самая дурь, которая делает нас всех бесстрашными в молодости.

Та самая дурь, потеряв которую мы сваливаем в спокойную, тихую и… Монотонную жизнь. Желание брать свое! Желание сражаться и побеждать! Азарт, черт возьми! Слепая, необоснованная вера в собственные силы, которых, может, вовсе нет. Но эта вера и сделала нас теми, кем мы стали когда-то.