В это время нам принесли салаты и Ахмед, взяв приборы, начал есть. Я же смотрела на него еще с минуту. Потом взяла вилку и принялась ковырять креветку.

После обеда мы поднялись в офис, где Мамаев сказал мне следовать за ним. Я вошла в кабинет, встала по струнке смирно.

Он сел в свое кресло, посмотрел на меня долгим взглядом.

– Чтобы больше не общалась с Рашадом в рабочее время. Ты пока не его жена, а я пока твой шеф.

– Но…

– Повтори.

– Не общаться с Рашадом в рабочее время… А почему именно с Рашадом? – не удержалась я. – Вы против нашего общения?

– Да, я против.

– Почему? – тут я действительно удивилась. Рашад мой будущий муж. В чём дело? Во вчерашнем поцелуе? Ахмед думает, что я недостойна его сына? Что?

– Потому что в рабочее время все твое внимание принадлежит мне. А ездить по клубам с моим сыном я тебе очень не советую. Вы еще не женаты. Могут пойти слухи. Ты ведь не такая девушка?

– Я вас поняла, – выдохнула я.

– Можешь идти.

– Хорошо… Спасибо за обед, – поблагодарила я и вышла из его кабинета. Закрыв дверь, уставилась на неё. И что это, спрашивается, было?

ГЛАВА 10

Очередной рабочий день, и я снова сортирую документы. На этот раз делаю это прямо в кабинете Мамаева. Он так захотел.

Хотела бы я сказать, что мне все равно, где выполнять свою работу, но это не так. Его присутствие смущает и волнует одновременно. Я чувствую себя неловко и в то же время радуюсь, что надела сегодня красивое, хоть и строгое платье.

Мы снова обедали вместе. И он снова за меня платил. На мое предложение оплатить свой обед, Ахмед лишь хмыкнул и бросил чаевые официанту на стол. Платить за себя мне не позволил. С одной стороны мелочь, а с другой приятно.

Он заботится обо мне. Правда, я не знаю, с какой целью. Что ему от меня нужно? Почему именно я? Может ли быть такое, что я ему нравлюсь?.. Как женщина?..

– Любимый, привет! – подпрыгиваю на стуле от звонкого голоса Выдры и удивленно поворачиваюсь к открытой двери. Она ввалилась в кабинет без стука, не замечая меня, прошла мимо и впилась своими накрашенными алой помадой губами в его губы. Ахмед отстранился.

– Азмани, выйди.

Я обиженно поджала губы и пошла к выходу. В любом случае наблюдать за ними я не собираюсь. Но как же это мерзко! Не знаю, почему терпеть не могу эту женщину, но ничего с собой поделать не могу. Она меня раздражает и бесит. Невыносимо.

Захлопнув за собой дверь, иду в стойке. Сажусь в свое кресло и принимаюсь бесцельно перекладывать бумажки с места на место. Минут через десять слышу, как открывается дверь лифта. Поворачиваюсь к нему и вижу идущего ко мне Рашада.

– Привет, – он улыбается, тянется, чтобы поцеловать меня в щеку, но я уворачиваюсь.

– Привет, – ворчу недовольно. Зачем он пришел? Нервы мои трепать? – Что тебе нужно, Рашад?

– А чего так грубо, Азмани? – его доброжелательная улыбка исчезает и на ее место приходит недовольное выражение. Нехороший взгляд скользит по моему платью. – И чего это ты так разоделась? Для кого это?

– Я должна перед тобой отчитываться? – смотрю ему в глаза, не испытывая ни капли стыда. Как хочу, так и одеваюсь.

– Должна. Ты моя будущая жена. Я не хочу, чтобы ты одевалась, как шалава.

– Да пошел ты! – выплевываю ему в лицо и в этот момент Рашад замахивается. Пощечина больно обжигает кожу, и я, ахнув, откидываюсь на спинку кресла. Испуганно смотрю на Рашада, а тот приближается ко мне.

Дверь в кабинет Ахмеда открывается и оттуда выходит Выдра. Она меня и спасает, спасибо ей. Рашад отступает назад к стойке. За женщиной выходит сам Ахмед. Похоже, провожает свою любовницу.

– Пока, милый, – Выдра целует его, встав на носочки, а потом довольная убегает к лифту.

Ахмед переводит взгляд на нас с Рашадом. Я до сих пор держусь за щеку, и он, похоже, обо всем догадывается. Идет к нам.

– Что здесь происходит? – спрашивает строго, смотрит на Рашада.

– Зашел невесту свою навестить, – отмазывается последний. Подонок.

– Он меня ударил! – в слезах признаюсь я и убираю руку от покрасневшей щеки.

В эту же секунду кулак Ахмеда врезается в лицо его же сына. Рашад падает навзничь, неловко поднимается с пола. Пошатывается и держится за скулу.

– Пап… Ты что?.. – спрашивает, ошарашенно глядя на Ахмеда.

– Еще раз ее тронешь, я тебя покалечу, – полным гнева голосом произносит Ахмед и бьет его еще раз. На этот раз Рашад не падает, но его прилично заносит. – За деньгами пришел? Их не будет. Ты себя неправильно ведешь. Иди работай. Могу взять тебя в компанию грузчиком. Может тогда поумнеешь, – Ахмед не кричит, даже голоса не повышает. Но даже мне страшно от его слов. От тона, которым они произнесены.

Я забываю о своей щеке, растерянно жмусь в кресле. Молча наблюдаю, как Ахмед хватает Рашада за шиворот и тащит к лифту. Тот не сопротивляется. Это было бы бесполезно.

Затолкав сына в лифт, нажимает кнопку и разворачивается ко мне. Идет широким шагом, сквозь зубы ругается на чеченском.

– Ты! – на ходу тычет в меня пальцем. – В мой кабинет, быстро! Работать!

Я отрывисто киваю и, схватив стопку папок, несусь за ним в кабинет. Тихонько устраиваюсь на краю стола и принимаюсь перебирать бумаги, как заведенная. Не поднимаю глаз около получаса, а когда заканчиваются бумажки, несмело гляжу на Ахмеда.

– Я закончила. Что дальше?

– Можешь ехать домой, – отвечает он, не отрывая взгляда от своего компьютера.

– Так рано? – удивляюсь я. Обычно он отвозит меня домой сам… Не то чтобы я этого сильно хотела, но… ладно. Не суть.

– Да. Отдыхай сегодня. И, Азмани, – поднимает голову, смотрит на мою щеку. – Не говори отцу о том, что Рашад тебя ударил. Я сам с ним разберусь.

ГЛАВА 11

Гляжу на себя в зеркало, осматриваю щеку. Покраснение прошло. Только в душе остался осадок. Рашад меня ударил. И это я еще ему не жена. Что же будет после свадьбы? Я стану той несчастной, которую истязает муж? Вот уж нет. Убью его, но ни за что не стану терпилой.

Однако, отцу я ничего не сказала. Могла и должна была… Но не сказала. Потому что так сказал Ахмед. И я не понимаю, почему послушалась его.

– У тебя все хорошо, Азмани? – мама входит в мою комнату, внимательно смотрит на меня.

– Да, все нормально. А что? – отхожу от зеркала, застегиваю пижаму.

Мама долго смотрит на меня.

– Почему не спустилась на ужин?

– Я не голодна. Спать хочу. Устала.

– Мне кажется, что ты что-то скрываешь.

– Ничего я не скрываю. Мам, иди к Ясмин. Я хочу отдохнуть, – болтать у меня нет настроения и мамин интерес слегка раздражает. Все у меня нормально.

Мама еще пару секунд смотрит на меня, а потом кивает.

– Ладно. Как знаешь, – тихо уходит, закрыв за собой дверь.

Я облегченно вздыхаю, падаю на кровать. И в этот момент на телефон приходит сообщение от Рашада.

«Прости меня, если сможешь. Я вспылил. Только не обрубай все концы. Пожалуйста.»

Я ничего ему не отвечаю, ибо нет такого желания. Пошел он. Я не прощу ему эту пощечину. И если бы не его отец, мой папа уже развевал бы по ветру прах моего обидчика.

Но меня просил молчать Ахмед… И я не могу ослушаться, как бы странно это не звучало. Почему-то это выше моих сил. Знать бы почему. Неужели я увлеклась мужчиной, старше меня на столько лет?..

Облизнув губы, открываю в телефоне контакт Ахмеда. Быстро стучу по экрану пальцем.

«Спасибо, что заступились за меня, Ахмед Рамзанович. Я ничего не сказала папе.»

Отправляю сообщение и прикусываю нижнюю губу. Зачем я это сделала? Вот дура! Писать в такое время чужому мужчине… Это верх бесстыдства.

*****

«Спасибо, что заступились за меня, Ахмед Рамзанович. Я ничего не сказала папе.»

Глядя на её сообщение, долго водил по экрану. Отложил ноутбук, выдохнул. Отвечать ей, конечно же, не стал. Но хотелось.

– Милый, ты закончил с работой? – Альбина отложила свой телефон, пересела ему на колени. – Мы можем заняться более приятными делами? – её рука поползла по его торсу вниз, остановилась у паха.

Ахмед откинулся на спинку дивана, закрыл глаза. Тут же перед взором нарисовалась Азмани. Ее невинный взгляд, большие испуганные глаза и влажные, блестящие губы.

Надавил на плечи Альбины, заставляя ее сползти на пол. Та быстро поняла, что от нее требуется, расстегнула ширинку и опустила голову над его пахом.

По телу прошла дрожь. Приятная дрожь. Потому что представлял он не Альбину. Последняя, кстати, очень хорошо знает свое дело.

Очнулся уже в кровати, скатился с Альбины и шумно выдохнул.

Альбина легла ему на плечо, закинула на него длинную ногу.

– Мне было хорошо. Как всегда. Но сегодня ты такой… Горячий, – прошептала, вырисовывая на его груди замысловатые знаки.

– Мне тоже понравилось, – проговорил мрачно.

Впервые во время секса он представлял другую. Азмани. Он представлял ее. Невесту своего сына.

Вздохнул, сел на кровати, отстранив от себя Альбину.

– Тебе пора.

– Уже? – удивленно спросила та.

– Да. У меня много дел.

– Но сейчас ночь… Предлагаешь мне вызвать такси?

– Мой водитель уже отдыхает, так что, да.

– Но…

– Альбина! – рыкнул грозно, злясь на самого себя.

– Ладно, я поняла… – она сползла с кровати, принялась одеваться. – раньше ты не прогонял меня посреди ночи. Я сделала что-то не так?

– Все нормально. Просто я буду занят и не хочу отвлекаться.

Альбина обиженно поджала губы и принялась вызывать такси.

После того, как она уехала, Ахмед вновь открыл сообщение Азмани. Налил себе выпить и, сев на диван, откинул голову назад. Эта девчонка никак не покидает его мысли. И это уже превращается в навязчивую идею. Она превращается в навязчивую идею. Плохо. Или нет?

Покачал головой, глядя на ее «Ахмед Рамзанович» и нервно усмехнулся. Он действительно занимался сексом с Азмани, а не с Альбиной. Был в ней, чувствовал ее. Ее запах. Видел перед собой ее взгляд. Держал ее запястья. Альбина была всего лишь куклой. А он сношал Азмани. Именно сношал. По-другому это не назвать. Хорошо, что Альбина привыкла к его темпераменту, иначе это походило бы на изнасилование.

Уснул с телефоном в руке, глядя на ее сообщение. И снилась ему она. Маленькая, испуганная Азмани.

ГЛАВА 12

– Как твои дела, Азмани? – спросил Ахмед, проходя от лифта к стойке ресепшена.

Я поднялась с кресла, вежливо улыбнулась.

– Все хорошо. А вы как?

Он задумчиво почесал идеальную бороду.

– Отлично. Я буду у себя, но меня ни для кого нет. Все сегодняшние встречи перенеси на завтра. И принеси кофе.

– Ладно, – кивнула я и проследила за ним взглядом. Ахмед выглядел невыспавшимся. О чем-то думал.

Я вошла в его кабинет, рука с чашкой кофе задрожала. Уже привычная реакция. Я дошла до его стола, но тут каблук подвернулся, я оступилась и чашка с кофе опрокинулась на рубашку Ахмеда.

Он зашипел от боли, отстранился от стола. Опустил взгляд на темное пятно.

– Ой… Простите, Ахмед Рамзанович. Я не хотела, – я испуганно вытаращила на него глаза и застыла.

– Салфетки подай, – бросил он спокойно.

– Ага… Сейчас! – я бросилась в приемную за салфетками, еще раз споткнулась об порог и не упала только потому, что схватилась за дверь.

Но салфетки все же принесла.

Он посмотрел на испорченную одежду, встал с кресла. И начал при мне расстегивать рубашку.

Я застыла, глядя на кубики его пресса. Возраст, как оказалось, совсем не портил Мамаева.

– В шкафу чистая рубашка. Подай.

Я отрезвела, открыла шкаф и достала оттуда белоснежную рубашку. Подала ему, стараясь не пялиться.

И тут он схватил меня за руку, резко притянул к себе.

Я ахнула и автоматически уперлась ладонями в его обнаженную грудь.

– Ахмед…

– Тихо, – он приблизил свое лицо к моему, а я сглотнула.