Банк Времени. Солар (страница 61)
Праздничный завтрак провели без Руса. Зато обстановка стала на порядок спокойнее, и мы рассудили, что будет правильным заменить завтрак на праздничный ужин. Мало ли какая ситуация вчера была?
Но лично у меня закрались нехорошие мысли насчет Пантеона Удовольствий… Рус его вообще-то никогда не жаловал, но как говорится, иногда и ящерица – дракон! Обязательно выясню, как ему удалось сбежать от опеки Тина и близнецов. И оказаться Сас знает где, Сас знает с кем!
А пока, не теряя времени, я отправилась в свою комнату. Есть у меня к призракам пара вопросов.
***
Родовая усыпальница Габорнов встретила своего потомка тихой грустью. Золотой осенью, скорбно разметавшей листья по высохшей траве и меланхолично шепчущей деревьям не стесняться сбрасывать одеяние.
Мужчина вздохнул. С тоской вспоминая вчерашнее лето, угрюмым взглядом окинул потемневшие надгробия, и, стараясь не задерживаться на неуютной аллее, приблизился к надгробной статуе Императрицы Леонеллы.
Подул холодный ветер. Взметнулись сухие листья, дыхнули сандалом и амброй, словно намекая, что осталось совсем немного времени наслаждаться ускользающей осенней красотой. Но восхищаться магической природой здесь было некому. До смены сезонов в фамильном склепе Императору не было никакого дела.
Откинув капюшон черного церемониального балахона, он стнежностью вглядывался в мраморное лицо статуи. Одинокая слеза скатилась по щеке, когда прижался лбом к холодным рукам скульптуры и прошептал:
– Ave Leonella, torto kaaassho miro Taheomir. Foreno!
Спустя несколько мгновений светлый мрамор потеплел, и лицо статуи стало приобретать человеческий облик.
– Ты звал меня, Тахо? – тихо раздался самый родной голос.
– Да, мама,– глухо ответил венценосный сын, до сих пор прижимающийся к ее рукам. Император боялся поднять лицо. – Прости.
– Ты ведь знаешь, я не могу здесь долго находиться – моя связь с Кругом Мёртвых еще очень слаба и меня не отпускают надолго на Зов… Тахо, у тебя что-то случилось?
Император отпрянул от статуи. И, с нескрываемым обожанием скользя по абрису почти живого лица матери, прошептал:
– Да… Нет… Я хочу кое-что выяснить!
– Я тебя слушаю, Тахо.
– Я чувствую крепнущую связь с одним человеком… и это меня беспокоит.
– Почему?
– Я не понимаю природы этой связи. И я не хочу повторения того, что произошло более пятнадцати лет назад.
– Это та девушка? Которая вчера была здесь? – губ Императрицы коснулась легкая улыбка.
Император вздрогнул.
– Как ты узнала?
– Она мне понравилась,– проигнорировав вопрос, вымолвила Леонелла. – У нее доброе сердце и острый ум. Да, Дориан нам всем рассказал про нее, а ее красоту я вчера сама оценила.
Тахеомир Третий усмехнулся.
– Я так понимаю, выбор Кианы Белой Дамой – это его заслуга? Что ж, передай ему благодарность.
– Ты так до сих пор с ним не общаешься? – с беспокойством спросила Императрица.
– Я всегда готов, но это Дориан со мной не общается! Дуется вот уже несколько месяцев, словно маленький ребенок… молчит, не высказывает никакого желания и намерения появиться. Я уже перестал его звать, бессмысленно. А между прочим, хотел перед ним извиниться!
– Растешь, – иронично заметила Леонелла.
– Передай ему, пожалуйста, что я был неправ, – поджав губы, откликнулся Император.
– Хорошо, – взгляд черных глаз Императрицы потеплел. – Что касается связи… Тахо, расскажи подробнее, что ты чувствуешь.
После того, как Император описал все свои мысли и ощущения, Леонелла задумалась.
– Здесь может быть два варианта. Либо девушка – Зеркало, Настоящее Зеркало, либо она – та, кто разделит с тобой все тяготы короны и станет Императрицей Солара и матерью твоего ребенка.
– Зеркало? – недоверчиво переспросил Тахеомир Третий. – Я очень мало об этом знаю.
– Поговори с Альто, он сможет тебе все рассказать, – голос Императрицы стал затухать, – меня зовут… Я не могу здесь больше находиться. Теперь я откликнусь только на Зов Альто или очень сильного Мага Смерти…
Император облегченно выдохнул.
– Я думал, что уже больше никогда тебя не увижу и не смогу поговорить.
– Я всегда буду рядом, Тахо…
Глава 37
Любопытство по поводу синих колец было сильным. Да какое там, нетерпение заставляло пританцовывать на месте и, нестись сломя голову, к своей цели. Но все же, вначале я решила поговорить с Бальзатаром. Обещание есть обещание.
Закрыла глаза, глубоко вздохнула и тихонько позвала пра-пра.
Появление призрака не заставило себя ждать. Явился Бальзатар мгновенно, даже можно сказать, эффектно: из призрачного радужного портала, в полном блеске и при параде. Вместо привычной глазу одежды – облаченный в золотой балахон, почти как у Тахеомира.
Я засмотрелась. В честь праздника, что ли принарядился?
Зависнув в воздухе над краем кровати и дождавшись моего приветствия, предок удовлетворенно хмыкнул.
– Я все сделала так, как Вы просили!
– Спасибо, Киана! – расчувствовался пра-пра.
– Катринелла сказала, что помнит Вас… – и я полностью передала все подробности встречи, упустив лишь момент, в котором за Бальзатара призналась Императрице в любви. Мало ли. Но Бальзатар пришел в восторг.
– Ты молодец! Если честно, не думал, что у тебя получится, – смущенно добавил он.
Чтоооо?!
Моему возмущению не было предела. Парочка гневных взглядов в сторону этого… этого… древнего интригана (!!!), и Бальзатар даже как будто уменьшился в размерах. Какого Саса я тогда так старалась?!
– Нет, я действительно очень рад, что тебе удалось поговорить с Императрицей! Только понимаешь ли, Киана… Зов умерших требует огромной концентрации, неограниченного потенциала и очень высокого магического резерва. Я ведь не знал, как у тебя с этим обстоит дело, вот пришлось проверить… – призрак сконфуженно заерзал над кроватью.
Однако… Хороша проверка! Да я..! Да мне..! Хотелось очень нецензурно высказаться. Но решив, что, его проверка, скорее всего, была оправданной, я внезапно успокоилась.
– Кстати, сложностей с Зовом Катринеллы у меня не возникло. Это действительно было очень просто сделать. Сложнее было ее найти.
И я подробно описала проведенный ритуал. После моего рассказа в глазах Бальзатара вспыхнуло нечто, похожее на уважение.
– Значит, я не ошибся!
«Конечно не ошибся», – усмехнулась я про себя, – «хвали меня!»
– А еще у меня есть это! – картинно достала из кармана домашнего платья коробочку, которую носила с собой все утро. Хвастаться, так красиво.
– И что там? – с любопытством произнес пра-пра.
– Вот!
В ответ я открыла крышку и с довольным видом предъявила Бальзатару кулон Морт. После чего начались удивительные вещи. Призрак ошеломленно уставился на кулон и робко, как ребенок за конфетой, потянулся к артефакту. А я не могла прийти в себя от изумления. По мере приближения к кулону полупрозрачная невесомая рука призрака стала обретать более человеческий и живой вид, и это выглядело так жутко, что теперь уже я пораженно смотрела на Бальзатара.
– Спрячь его! – вдруг вскричал призрак и заметался по комнате. – Быстро!
Я тут же захлопнула крышку коробочки и резво убрала обратно в карман.
– Но это же кулон Морт…
– Я знаю что это! – вскричал Бальзатар. – Как он у тебя оказался?
И в очередной раз отлетел от меня, в противоположный конец комнаты.
– Подарили, – растерялась я. – Что-то не так?
Ожидание – не мой конек. Привлекая внимание, я в нетерпении постучала по столу, однако, Бальзатар с ответом не торопился. И его нервное молчание заставило начать испытывать беспокойство. Что я знаю о Магии Смерти? Да ничего! Успокаивал лишь факт, что Тин не мог подарить мне что-то опасное.
Наконец, пра-пра взял себя в руки и все-таки вернулся к своему почти привычному месту над кроватью.
– Хороший подарок для Мага Смерти, – уже спокойным тоном ответил он. – Но для умерших представляет очень большое искушение… Очень… Будь осторожна с артефактом!
– Как это? – не поняла я.
– Кулон усиливает магические потоки Мага Смерти и корректирует любые ошибки при произнесении заклинаний, проведении ритуалов и прочее. Действительно очень ценный и нужный артефакт для мага, особенного начинающего. Был создан одним из первых Стражей Смерти, вышедшим, между прочим, из нашего рода, – с гордостью принялся объяснять мне Бальзатар.
Я удивленно присвистнула, и меня моментально одарили недовольным взглядом.
– Ты же леди!
Угу. Выпад я проигнорировала, тоже мне блюститель этикета нашелся! Сейчас было важно другое.
– Но как же мне могли передать его в дар? Это ведь собственность Стража Смерти!
Весьма и весьма любопытно.
– А очень просто! – тут Бальзатар снова включил свой менторский тон. – У всех кулонов-стабилизаторов есть срок, который они служат своему владельцу. Артефакт сам определяет сколько он будет помогать тому или иному магу. Кому-то повезет быть обладателем кулона полгода, кому-то десять лет, а кому-то целых триста. Всякое бывало. Так что это не собственность Стража Смерти. Страж такой же временный владелец, как и все остальные.
– Ого… А как я узнаю, сколько времени кулон отвел мне?
– Да очень просто – кулон из черного станет прозрачным. Это будет означать, что пришло время передать его новому владельцу. Видимо, так и произошло с его предыдущим хозяином и, таким образом, артефакт оказался у тебя.
– А Вы тоже владели этим кулоном? – меня снедало все большее и большее любопытство.
– Да, – ответ был краток, и Бальзатар погрустнел.
– Долго?
– Достаточно, Киана. Его создал наш кровный предок… Поэтому к своим потомкам-владельцам кулон Морт весьма благосклонен. А вообще, запомни – родство по крови грубо, но прочно, и… оно всегда работает!
Работает? Это хорошо… Значит и я смогу быть владелицей этого чудо-артефакт подольше?
– Бальзатар! А кому Вы передали кулон после того как он исчерпал себя?
Пра-пра отвел глаза.
– Если честно, то даже не представляю, кому он достался потом. Я ушел в Круг Мертвых, будучи владельцем кулона Морт.
– Ой, простите… Я не хотела, – я пристыженно замолчала.
Хотелось задать еще много вопросов, но я не знала, имела ли моральное право интересоваться? Пусть тела у призраков нет, но есть сознание и память о прошлом. И она может быть весьма болезненной. Но как же, Сас, любопытно.
– А почему Кулон Морт является искушением для призраков?
Нет, все-таки любопытство – зло. Я замерла в напряженном ожидании.
Бальзатар печально посмотрел на мой карман, где лежала вожделенная коробочка и нехотя ответил:
– Если ты очень близко приблизишь кулон к призраку, то на какое-то время мы сможем ощущать себя живыми и даже выглядеть ими. Но это отнимет у тебя много сил. Считай, что призрак в этом случае становится вампиром, а ты донором. А кулон – передатчиком. Это того не стоит.
Возможно. Бальзатару виднее, у него явно больше опыта в этих вопросах. Ну, вот и выяснили…
И я подумала о Нидарах.
– Бальзатар, а Вы не против присутствовать при моей беседе с Нидарами?
Пришла к выводу, что еще одно мудрое сознание и опыт мне не помешают. Да и пра-пра как-то сразу приободрился и обрадовался, все же многовековое отшельничество и молчание не такая веселая штука.
Нидары пришли сразу. Призраки, казалось, только и ждали, когда их позовут, и против присутствия Бальзатара не возражали, наоборот были ему рады. Особенно Нидара. Я заметила, как она исподтишка бросала на моего статного предка нежные взгляды. «Наверное по эту сторону жизни они вполне могли бы друг другу понравиться», – пронеслась грустная мысль. – «А сейчас только общение и дружба остается».