Девушка помотала головой и прищурилась. При ближайшем рассмотрении алым пятном оказался военный мундир, в котором находился мужчина. (Вообще странно было бы, если бы мундир носила женщина, но в тот момент Одри об этом не подумала). Незнакомца, а в том что она никогда не видела этого мужчину, Одри была уверена, нельзя было назвать красавцем. Черты лица были резкими, глаза – не слишком яркими, а волосы в свете свечей отливали рыжиной, что в купе с алым мундиром казалось вызывающим, но в то же время что-то в этом человека притягивало взгляд, и несколько мгновений девушка просто рассматривала его, пока обладатель мундира не повторил свой вопрос.

– Мисс, с вами все в порядке?

– Нет, – Одри оглянулась, заметила приближающегося викария и торопливо добавила: – Пожалуйста, пригласите меня на танец!

От столь неприличной просьбы брови незнакомца поползли вверх.

– Простите? – он задал этот вопрос таким надменным тоном, словно был принцем крови.

– Пожалуйста, – девушка умоляюще посмотрела на него. – Просто один танец…

– Но я… – незнакомец криво усмехнулся. Показалось, или в его глазах мелькнула грусть. – Если вы не заметили, я хромаю…

– У меня очень плохое зрение, – призналась Одри. – А тот человек, который вот-вот подойдет к нам только что сделал мне предложение, утверждая, что мое главное достоинство – скромность и нежелание танцевать, то есть выставлять себя напоказ, так что вы – мой последний шанс!

В серых глазах мужчины мелькнули озорные огоньки.

– Хотите сказать, я должен стать принцем, спасающим принцессу от чудовища?

– Скорее, чудовище от слепой курицы! Так что никто вас не осудит, если после танца вы сбежите, – уверила она.

– О, это все меняет! – весело улыбнувшись, он подхватил девушку под руку. – Мисс…

– Де Лакруа. Одри де Лакруа.

Услышав имя, обладатель мундира озадаченно нахмурился, но сразу же взял себя в руки:

– Позвольте пригласить вас на танец!

– Да, конечно, – Одри улыбнулась и повернулась к подошедшему викарию. – Надеюсь, вы нас извините?

– Но мисс де Лакруа… – опешил Торнотон. – Как можно…

Его уже никто не слушал. Оставив незадачливого поклонника на крыльце, Одри проследовала за сероглазым незнакомцем в середину зала. Она видела, как расступаются люди перед ними, слышала потрясенный шепот за спиной, но не обращала на это внимание.

– Готовы? – мужчина положил руку ей на талию в ту самую минуту, когда музыканты заиграли.

Вальс! Танец все еще считался не слишком приличествующим незамужней девушке. Одри вздрогнула, но тут же мысленно отругала себя за слабость. В конце концов, она уже не дебютантка, и может себе позволить один тур. Ослепительно улыбнувшись, она положила руку на плечо партнера. Он действительно хромал, вернее припадал на левую ногу, отчего движение получались рваными. Пройдя ровно круг, он остановился и смущенно улыбнулся:

– Думаю, нам лучше просто посидеть где-нибудь.

– Да, конечно, – кивнула девушка и добавила. – Простите, что заставила вас…

Он негромко рассмеялся:

– Заставили? Мисс де Лакруа, уверяю, любой вам скажет, что капитана Альберта Лингейта невозможно заставить!

– Вот как? – она снова улыбнулась. – А…

Договорить Одри не успела, массивная фигура тетушки возникла перед ними:

– Одри, мы уезжаем! Немедленно!

Это было сказано непререкаемым тоном. Бросив виноватый взгляд на капитана, он только улыбнулся в ответ, девушка пробормотала извинения и послушно побрела за тетей.

Им пришлось ждать, пока экипаж подъедет к крыльцу. Ни мистера Харрисона, ни Хамфри не было видно, как подозревала Одри, отец и сын остались за карточным столом, который расставили в одной из комнат. Она сомневалась, что играть в азартные игры в доме невесты – хорошая идея, но по обыкновению, предпочла держать свои мысли при себе. Тем более, что тетушка не давала ей сказать и слова. С момента, как они сели в карету, почтенная дама то и дело стонала, кладя руку, унизанную кольцами на пышную грудь, и все время повторяла:

– Какой позор! Какой позор!

– Позор? – нахмурилась Одри, когда миссис Харрисон замолчала, чтобы перевести дыхание. – О чем вы?

– Ты еще и спрашиваешь? – голос сорвался на визг. – Твое поведение! Это просто недопустимо!

– А… – девушка опустила взгляд, гадая, откуда тетке стало известно, что она сама пригласила капитана на тур вальса. – Но ведь никто не заметил…

– Не заметил, как ты кружилась в объятиях незнакомого мужчины? Еще и без моего дозволения? Тем более в такой день!

– Вы беспокоитесь об этом? – охнула Одри.

– Конечно, глупая девчонка! Как ты могла! Учитывая историю твоей матери! Что о тебе подумают Деккеры! Теперь Клэр точно не возьмет тебя к себе в дом, и Хамфри придется раскошелиться на экономку! – миссис Харрисон извлекла из ридикюля носовой платок и картинно промокнула глаза.

“Какая неприятность! – прошелестело в голове. – Мы просто в огорчении!”

– Перестань, – пробормотала Одри. К сожалению, это получилось как раз в тот момент, когда тетя замолчала, набирая в грудь воздух для очередной тирады. Миссис Харрисон выдохнула и в изумлении уставилась на племянницу:

– Ты это мне?

– Нет. Не важно, но тетя, неужели вас волнует только это?

– Благополучие Хамфри? Конечно! А что же еще?

– А как же я? – девушка в ужасе уставилась на нее. До этого момента она считала, что тетя, пусть и недалекая особа, но по-своему заботится о ней. Миссис Харрисон махнула рукой.

– Да кому ты нужна! Тем более теперь, когда твоя репутация в глазах всего общества окончательно погублена, и вряд ли ты выйдешь замуж. Но так обойтись с Хамфри! – она с ненавистью взглянула на племянницу. – Ты вся в свою мать! И вправду говорят, что яблочко от яблоньки! Джулия тоже ни о ком не думала, кроме себя.

“Хоть одна разумная личность в этой семье!”

Одри скрипнула зубами, а в карете стало еще темнее. Желание вскочить, затоптать ногами и закричать, что тетя не имеет права так с ней обращаться, и отзываться о ее матери охватило девушку, и ей пришлось собрать всю волю в кулак, чтобы совладать с собой. Она прекрасно понимала, что истерика ни к чему не приведет, и только обозлит миссис Харрисон еще больше.

“Давай убьем ее?” – с надеждой предложила Тьма.

Одри только покачала головой и отвернулась к окну, раздумывая, что ей делать дальше.

Даже если тетя сменит гнев на милость, оставаться в доме, где ею помыкали и относились хуже, чем к прислуге, она не желала. С другой стороны, что она могла сделать? Некрасивая, без гроша за душой…

С этими мыслями она вышла из экипажа, как только он остановился, и не оглядываясь на тетю, направилась в детскую. Обе девочки уже крепко спали. Переодевшись в ночную рубашку, Одри не стала ложиться в постель. Убедившись, что ее никто не видит, она присела на окно, задумчиво глядя на полную луну, видневшуюся над крышами домов, словно та могла подсказать ответ.

Девушка сидела так пока не забрезжил рассвет, а потом все-таки легла в постель. Ей снился бальный зал и она, кружащаяся в объятиях офицера в алом мундире. Черты его лица расплывались, но Одри знала, что это – капитан Лингейт.

Глава 2

Утро как обычно началось со скандала. Завтракая, Мери умудрилась испачкать платье Сьюзен, и та не осталась в долгу. Громкие крики из детской разбудили мистера Харрисона, который восстанавливал силы после бурно проведенной ночи.

– Одри, немедленно успокой девочек! – потребовала миссис Харрисон, возникая на пороге детской комнаты.

– Но…

– И без всяких “но”, просто сделай, что тебе говорят! – она вышла, хлопнув дверью. Опасаясь материнского гнева,Мери и Сьюзен тотчас притихли.

Одри, напротив, воспряла духом. Она направилась следом за тетей, намереваясь высказать ей все, что думала, но не успела, миссис Харрисон скрылась в спальне мужа. Входить туда было бы верхом неприличия, и девушка уже хотела отступить, когда раздался голос мистера Харрисона.

– … опять не справляется?

Понимая, что речь идет о ней, Одри замерла. Разговор слышался так явственно. словно девушка стояла в комнате. Опасаясь, что ее обнаружат, она затаила дыхание,

– Да, дорогой, – миссис Харрисон наверняка покачала головой, отчего ее второй подбородок заколыхался. – К тому же после вчерашнего я опасаюсь, какой пример она может подать нашим девочкам?

– Вчера после вашего отъезда викарий Торнотон говорил со мной.

– Вот как?

– Да. Он просил руки Одри и уверял, что сможет наставить ее на путь истинный. Хоть это и непросто.

– Думаю, для всех это было бы лучшим решением, дорогой.

Девушке показалось, что земля ушла из-под ног. Устраивая вчера демарш, Одри искренне полагала,что отпугнет незадачливого жениха, а не ускорит события.

– Хамфри сказал, что его невеста категорически против Одри в своем доме, – тем временем продолжала тетя, – а держать ее здесь… трудно представить, какой вред она может нанести нашим дочерям. Поэтому лучшее решение – выдать ее замуж.

– Я напишу викарию.

– Прекрасно, – судя по звуку шагов, миссис Харрисон намеревалась покинуть спальню супруга. Одри отскочила от дверей и на цыпочках бегом вернулась в детскую. Ни Мери, ни Сьюзен там не было. В любое другое время девушка бы озадачилась поиском кузин, но не сегодня. В голове шумело,а перед глазами все плыло. Она прекрасно понимала,что надо действовать, но не могла сообразить, как именно ей стоит поступить. Даже если Одри скажет “нет” викарию, тетя наверняка найдет способ сломить ее волю.

В отличие от рафинированных эргдейльских девушек, выходивших на прогулку в сопровождении гувернантки или горничной, Одри росла на Континенте, не раз присутствовала на деревенских свадьбах и знала, что происходит между мужчиной и женщиной.

“Тебе придется ублажать его…”

При мысли о том,что она должна будет стать женой этого человека, исполнять все его прихоти и каждый вечер ложиться с ним в одну постель к горлу подступила тошнота.

Девушка вскочила и закружила по комнате. Теперь она прекрасно понимала матушку, которая предпочла бежать, чтобы вырваться из-под чрезмерной опеки родственников. Бежать…

“Неплохая идея! Из тебя еще может выйти толк”.

Одри замерла,а потом кинулась к шкатулке, где лежали ее украшения: тонкая нитка жемчуга, одна бриллиантовая сережка, вторую пришлось отдать лодочнику,который перевез их с матерью через пролив, и медальон с портретом отца. Сняв дно, она достала деньги, которые иногда ей перепадали от щедрот душевных и пересчитала. Немного, но должно хватить на дорогу до Уэсли Грин, небольшого городка , находящейся на полпути между Ландием и Доубрисом. Именно там жила мисс Робертс, с которой Одри сохранила неплохие отношения. Бывшая гувернантка неоднократно намекала, что готова помочь девушке и дать рекомендации, когда Одри придется зарабатывать себе на жизнь самой. Что ж, настало время воспользоваться столь щедрым предложением. И сделать это немедленно, пока ее опекуны полагают, что она в неведении относительно своей судьбы.

Девушка вздохнула, надела на шею медальон и принялась за дело.

Сложив немногочисленные вещи (она взяла с собой только два платья и несколько смен белья) девушка надела шляпку, подхватила плащ, также доставшийся ей от Грейс и выскользнула из комнаты. Судя по голосам, миссис Харрисон в гостиной отчитывала дочерей, а те пытались возразить. Прислушиваться к спору Одри не стала, просто вышла из дома и зашагала по улице. Она знала, что ее отсутствие вряд ли кто-то из домочадцев заметит сразу, слишком часто тетя использовала ее вместо горничной, постоянно отправляя с разными поручениями, но все равно, сердце колотилось, как бешеное, а ладони вспотели от волнения.

Одри то и дело сторонилась прохожих, боясь, что кто-нибудь из знакомых мог заметить ее и потом доложить миссис Харрисон, куда направлялась ее племянница.