– Я занят, сейчас идут пе-ре-го-во-ры, – прорычал Сейнерил, отчетливо выделив последнее слово. – Тебя не было полчаса, теперь ты подожди, пока я закончу.

– Я рад, что это не ты пытался убить меня только что в винном погребе, – «пострадавший» отсалютовал бокалом и опрокинул в себя.

– Что за чушь ты несёшь? – Рил встал из-за стола, его выдержка приказала долго жить.

Спустя десять минут подробного рассказа, как его пытались убить, Лем очень удивился, что друг все-таки вышел из себя и начал превращаться в дракона, чуток совсем: когти, чешуя, дым, гарь, поджёг немного мебель. Зря он так, особенно, если проводишь переговоры об обеспечении безопасности торгового пути в Северные земли. Глядя, как представители разных гильдий бочком покидают помещение, Лем укоризненно покачал головой:

– Ну кто так ведёт переговоры? Где твоя хвалёная выдержка? Ладно, не переживай, сорвались переговоры и сорвались, было бы что обсуждать. Придут еще раз.

– Вот ты и договаривайся с ними, а с меня достаточно, – прорычал Сейнерил, возвращая себе образ человека.

Потом развернулся и шагнул в открывшийся портал. Лем недоуменно пожал плечами и только хотел уйти, как его носа коснулся этот ненавистный запах разложения. Его глаза моментально полыхнули адским пламенем. И он вышел на охоту. Затянувшаяся игра ему надоела, пора узнать, кто это, и наказать заблудившуюся душу.

Охотник шёл мягким шагом, неотвратимо настигая добычу. Последняя дверь, которая отделяет его от цели, разлетелась в щепки, и тут же уши заложило от женского визга и драконьего рыка. Хм, вот я и нашёл источник запаха. Девушка.

– Ну знаешь, Лем, это переходит все границы! Вон из моего дома! – Рил атаковал его магией.

– Что? Почему? – запах звал его вперёд, но не будешь же калечить друга, значит, время ещё не пришло.

– Вон! – зарычал Сейнерил и запустил в него каскадом молний.

Лемуар щелкнул пальцами, развеивая заклинание, и шагнул в портал, ведущий к нему домой, в зимнюю резиденцию.

– Привет, девочки-с, – поздоровался он с тыквами, встречающими его на лестнице особняка.

Правильно было бы сказать, с падшими душами девушек, запертыми в тыквах, но он так давно не видел их лиц, что ассоциировал каждую с той тыквой, в которой они обитали. Ведь рожицы он самолично вырезал разные. У тыквы Виолы, например, было злобное выражение, а у Мэри – безудержно весёлое. Рядом с каждой тыквой стояла табличка с именем и цветок в горшке. Все девушки любят цветы, даже падшие, даже души. Один из них оказался опрокинут.

– Что, такие не нравятся? Ничего, найду твои любимые, обещаю.

В особняке он лег прямо в одежде на диван и задремал. Проснулся от магической весточки, упавшей ему прямо на лицо. Точно от Рила. Да, приглашает.

Лорд Северных земель был у себя в кабинете, и не один. У него на столе сидела прекрасная девушка небольшого роста, богато одетая блондинка с волосами, словно иней, покрытый пеплом. Она была идеальна во всём – от макияжа до способов соблазнения. Соблазнения Сейнерила. Лем по своему опыту знал, что соблазнение необходимо для достижения цели. Только вот, какая цель была у этой девушки, ему предстояло выяснить, потому что разило алчностью, мерзостью и жаждой власти именно от нее. Это от неё шёл тот нестерпимый запах, который раздражает его весь день. Но сожрать её сейчас значит не узнать, в чём дело. Опять ждать.

Лемуар поклонился и, отметив краем глаза заторможенный вид друга, сосредоточился на девушке. Сейчас нельзя терять время, можно пропустить едва видный магический след.

– Леди, вы так прекрасны, – Лем провел рукой по ее волосам, и только выдержка не позволила ему измениться в лице и уничтожить ее, – разрешите поцеловать вашу хрупкую ручку.

Целовал не зря: вот и колечко-артефакт, который вытягивает магию. След, тянущийся от Сейнерила к колечку, состоял всего из нескольких остаточных крупинок, но этого было достаточно. Цепкий взгляд выхватил детали: бокал вина в руках Рила, царапина на его щеке с запекшейся каплей крови и растерянный взгляд девушки. Девушки, от которой разит трупами, кровавыми жертвоприношениями и древней магией.

Лем белозубо улыбнулся, выпуская руку девушки из своей с секундной задержкой.

Девушка выглядела растерянной. Еще бы этой пройдохе не растеряться, он же должен был при взаимодействии с артефактами стать очередной её марионеткой.

Рил наконец отморозился:

– Оливия, это мой друг Лем.

– Мы как раз обсуждали нашу помолвку, – девушка нервно улыбнулась и поправила пиджачок.

– Оливия, не при гостях же, – тут же скривился Сейнерил.

Лем щёлкнул пальцами, и в руках у него появились дымящиеся стаканы:

– Разговоры на тему помолвки всегда выматывают. Леди, разрешите угостить вас тыквенным латте, чтобы восстановить силы. Рил, про тебя не забыл, твой стакан.

– К чему галантность?

– А я выпью твой бокал вина, – и залпом опрокинул отравленную жидкость в себя.

– Рил, дорогой, ты никогда не рассказывал о своём друге, – Оливия заметно нервничала, но ее взгляд вдруг стал хищным. – Тыквенный латте делают слишком далеко отсюда, чтобы так легко его достать. Получается, у твоего друга магии в разы больше!

Лем, не скрываясь, ухмыльнулся. Сравнивать магию мальчиков – это моветон. Взгляд Сейнерила сразу покрылся льдом, обиделся. А Лем еле сдерживался, чтобы не расхохотаться. Только что девочка нашла более жирного жениха. И это он!

– Оливия, выйди, – не терпящим возражений голосом сказал Сейнерил.

Дождавшись, когда за ней закроется дверь, Рил бросил заклинание полога тишины и уставился на друга:

– Или я влюбился, или нет.

– Купи себе всё-таки защитный амулет, сам ты уже не справляешься.

– Думаешь, Оливия применяет магию, чтобы влюбить в себя?

– Пошли прогуляемся, проветришь своего ревнивого дракона и узнаешь, как сильно она тебя любит. С учётом новых вводных, что у меня в разы больше магии, чем у тебя.

– Вот гад!

*

Прошло уже десять минут, как они вышли из портала, но не сказали друг другу ни слова. Друзья стояли на краю высокого утеса и смотрели на пролетающие рядом с ними облака. Наконец Рил вздохнул и обречённо произнес:

– Никто не убивает, наверное, надо жениться.

Лемуар расхохотался:

– С такой обречённостью? А как же любовь? Страсть?

– В моём возрасте уже только расчёт, выгода и смазливое личико, – хмыкнул друг.

– Может, Хэллоуин так на тебя действует? Осталась пара часов!

– Всё может быть, но проветриться всё равно надо, – проворчал Рил и спрыгнул с утёса.

Лем захохотал и закричал ему вслед:

– Ты ещё узнаешь, что значит страсть!

*

А спустя несколько мгновений воздух перед утесом разрезал величественный белый дракон. Сейнерил то нырял в пропасть, то взмывал ввысь, разрезая облака. Он наслаждался свободой и спокойствием. Лем тоже успокоился и присел на край обрыва.

Но только он расслабился, как вдруг небо с треском разрезала одна молния, другая и сразу несколько. И, что самое неожиданное, они попали точно в белого дракона и подбили его. Молнии! Подбили! Лемуар не верил своим глазам: да будь эти молнии магические, всё, что они могли сделать Сейнерилу, так это доставить неудобство в виде щекотки. Но подбить! Сердце тревожно забилось, глаза в ужасе смотрели, как друг падает, а голова уже вовсю просчитывала, через сколько дракон разобьётся и чем можно помочь на таком расстоянии и под постоянным обстрелом.

На поиск стрелка уйдет время, терять его не стоит. Молнии всё еще летели прямо в цель, значит, лечить дракона надо сразу, некогда будет вытаскивать из того места, куда забросит его портал. Подскочив на ноги, Лемуар не мешкая открыл портал прямо в небе. Просто портал, гасящий скорость. Белый дракон упал в него и выпал на несколько метров ниже, значительно левее. Идея была гениальная, стрелок не мог предугадать, откуда выпадет жертва и не успевал ориентироваться. Лем только успевал ловить Сейнерила, выпавшего из одного портала, в другой. Строить порталы в небе, без привязки к опоре, мог только сильный маг, сил на это уходила уйма. Лем уже взмок, осунулся в лице, под глазами появились чёрные круги, но выдохнул лишь тогда, когда друг стал падать в портал совсем рядом с ним. Этот портал был последним и вёл к зимней резиденции Лемуара, в которой он останавливался каждый Хэллоуин, когда навещал лорда Северных земель официально.

И Лем, разбежавшись, прыгнул с обрыва. Прыжок был адреналиновый, но он попадал прямиком в этот же портал, успев ухватить друга за хвост. Но в самый последний момент… обессилевшего мага пронзила молния – та самая, магическая, проделав в нём огромную дыру. И вот уже Лем, падает в портал, теряя сознание. Успел. Успел уйти в портал целиком прежде, чем тот схлопнулся. А где-то в горах крепко ругнулись.

*

Прошло не более получаса с того момента, как из портала прямо на кровать вывалился огромный бездыханный дракон, а сверху, как украшение на торте, – демон без сознания. Дом был полностью пропитан магией, поэтому в комнату тут же сбежалась вся обслуга во главе с лекарем.

– Ну наконец-то интересный случай! – ворчал он себе под нос.

– Опять подрались, – ворчал старый дворецкий Морей.

– Кровать не воскресишь, – ворчала экономка, искоса поглядывая на дыру в стене, через которую на улицу свисала лапа дракона.

Последней вошла девица с завитыми кудрями и боевым раскрасом на лице. Она подошла к хозяину дома, тяжело вздохнула и, присев рядом, обхватила его лицо ладонями и стала целовать. Никто и не заметил, когда вливаемая магическая сила стала давать эффект. Но через пять минут это было не тело, а страстный мужчина. Он сам прервал процедуру, щёлкнул девушку по носу и заявил:

– Спасибо, конечно, красотка! Но я справился бы и сам. Зато с тобой веселее!

Девица фыркнула и тут же вышла.

– Шутит, шутит – загомонили горничные и кухарки.

– А на кого же я вас оставлю? – удивился хозяин и подмигнул им.

– Лорд Сейнерил очнётся через десять минут, – отчитался взмокший лекарь.

– Как вообще могло случиться, что его поразили магические молнии?

– Это было заклинание на его крови. Такое заклинание пробивает любую защиту. Если это были молнии, то расчет был один – что он разобьётся.

*

В зимнем особняке Лемуара накрывали на стол.

– Мы кого-то ждём? – спросил растерянно Сейнерил.

– Конечно, твою любимую, – усмехнувшись, заявил Лем. – К твоему порезу на лице в день моего приезда имела доступ только она. Или ты раздаёшь кровь налево и направо?

– Ты сохранишь ей жизнь, если я попрошу?

– Конечно, нет, – фыркнул Лем, – она начала убивать девушек-дракониц. И ладно бы это, но проводятся кровавые жертвоприношения. Я знаю только один ритуал – обретение божественной силы. Нельзя дать ей его совершить. А, если она заберёт твою магию, то это только приблизит катастрофу. Так что береги магию смолоду, иначе выкачают – и не заметишь.

Лем засмеялся и взял в руки недоделанную тыкву.

– Опять ты с тыквой возишься? У тебя их столько, что шагу ступить невозможно, – сменил тему Рил.

Лем белозубо улыбнулся. Раскрывать секрет он не собирался, у всех свои тайны.

– Лем, опять огонь в твоих тыквах беснуется, – нахмурившись произнес друг.

– Сквозняк, – легкомысленно улыбнулся Лем и, спокойно щёлкнув пальцами, заставил огонь в каждой тыкве замереть.

– Я чую магию, Лем!

– Конечно, я только что ею пользовался, чтобы стабилизировать пламя и убрать сквозняк.

Сейнерил заметно расслабился, а Лемуар укоризненно посмотрел на души, запертые в тыквах. Чуют приближение ночи свободы, Хэллоуина, вот и шумят.

*

Оливия влетела в дом спустя ровно тридцать три минуты. Открыть портал поблизости она не могла, и ей пришлось топать и топать по снегу ножками, обутыми лишь в изящные туфельки.