Однако еще несколько минут в обществе этих акул сведут меня с ума. Мне нужен перерыв, поэтому, когда все отвлекаются на приезд очередного гостя, я убегаю к лестнице, ведущей на пляж, которую я приметила в первый день. Шум и музыка доносятся и досюда, но стены ограждают меня от хищных взглядов. Наконец-то с облегчением выдыхаю и немного расслабляюсь. Достаю из сумочки сигареты и зажигалку. Подгибаю подол платья, запрыгиваю на каменную балюстраду и закуриваю.

Вид на ночной пляж обворожительный. Свет луны падает на гладь залива, легкая рябь пробегает по воде, когда легкий, но прохладный ветерок завывает в воздухе. От этой красоты настроение мгновенно поднимается – теперь в сегодняшнем вечере два плюса. Кроме потрясающей природы я счастлива покупке платья, туфель и аксессуаров, в которых я сейчас. Это самая красивая одежда в моей жизни! И мне не стыдно ни за один потраченный цент. Платье сшито из светло-голубого шелка, длиной сантиметров на десять выше колена, вырез треугольный, отлично подчеркивающий декольте. Длинные широкие рукава, юбка-солнце и милая лента на талии в тон делают из меня настоящую принцессу. Еще я впервые обзавелась черными лодочками и сумкой-багет из настоящей кожи. Не очень гуманно, но так красиво.

Стряхиваю пепел с сигареты, болтая ногами в воздухе и глядя на завораживающий залив. Становится зябко, но уходить не хочу. Спокойствие и умиротворение наполняют тело. С заднего двора доносятся смех и веселые вскрики. Хоть кто-то там ведет себя искренне? Вряд ли. Хорошо, что Оли не видит всех этих лицемеров. Он слишком чистый для подобной компании. Я выросла в поганом мире, и это сказалось на мне отразилось не лучшим образом. Каждый порыв агрессии в сторону мамы, злоба окружающих заставляют шипы крепче впиваться в мое сердце.

Иногда я кажусь себе комом ненависти, а не восемнадцатилетней девушкой.

– Вижу, я не один терпеть не могу это сборище лицемерных клоунов, – раздается позади меня голос.

Вздрагиваю от неожиданности и поворачиваю голову в сторону непрошеного гостя. На лестницу кошачьей походкой заходит мужчина в костюме песочного цвета. На вид ему около тридцати. Он высокий, почти такой же мускулистый, как Росс. В темноте вижу очертания его лица: заостренные скулы, квадратные челюсти, идеально прямой нос, чувственные пухлые губы, изогнутые в ухмылке, трехдневная щетина и яркие озорные глаза. Не скажу, что он смазливый до невозможности. Скорее он умело пользуется своей внешностью. В позе мужчины так и чувствуется уверенность в себе и даже самодовольство. Костюм точно сшит по его меркам, а на укладку светло-русых волос в стиле «я-только-после-секса-но-успел-причесаться» ушло точно больше, чем мне на сушку волос. Мужчина не выглядит пугающим, но опасность может скрываться в его обольщении. Он явно не брезгует пользоваться своей привлекательностью для манипулирования людьми.

Ничего не говорю и продолжаю внимательно рассматривать незнакомца, который приближается чуть ли не вплотную ко мне. Мужчина отвечает мне таким же пристальным взглядом и останавливается у балюстрады, почти прижимаясь к моим ногам.

– Не угостишь сигареткой? – вскинув одну бровь, спрашивает он.

Наклоняю голову, делаю затяжку и протягиваю ему свою сигарету после своих губ. Выдыхаю дым ему в лицо и жду, что он сделает дальше. Мужчина хмыкает, ставит руки с двух сторон от меня, подается вперед, не отрывая от меня взгляд, обхватывает своими губами сигарету и делает затяжку. Запрокинув голову, он выдыхает клубы дыма и хрипит:

– Я Николас. Скажешь мне свое имя, дорогуша?

Фыркаю от такого обращения и, потушив сигарету, отвечаю вопросом на вопрос:

– Зачем тебе мое имя? Разве такие, как ты, не называют всех дорогушами, детками и пупсиками?

Николаса раззадоривает мой сарказм. Он не отстраняется ни на миллиметр. Чувствую сладковато-пряный аромат его парфюма. Николас смотрит на меня, словно я какая-то диковинная игрушка, которой никогда не было в его коллекции. Думаю, он привык, что женские бедра сами раздвигаются перед его самодовольным членом.

– Твое я обязательно запомню, – ухмылка превращается в настоящую хитрую улыбку, и уголки моих губ тоже дергаются и приподнимаются. Николас проводит пальцем по моему колену. – Улыбка тебе идет, дорогуша.

Поджимаю губы, чтобы скрыть реакцию на его банальный комплимент. Есть у этого мужчины какая-то скрытая магия очарования. Думаю, я могла бы улыбнуться, если бы он назвал меня такой же красивой, как рыба. Качаю головой, аккуратно отталкиваю от себя Николаса и предлагаю:

– Я скажу свое имя, если ты перестанешь флиртовать со мной, хитрец.

Николас шуточно дует губы, вскидывает голову, подняв подбородок, и немного отходит, но все же он довольно близко. Рассматриваю Николаса, не зная, почему не могу отвести взгляд. Что-то в нем привлекает меня на интуитивном, бессознательном уровне. Опасность? Вполне возможно, учитывая, каких мужчин всегда выбирала мама. Да и я сама, если говорить честно. Оба моих бывших парня были «плохишами» на байках, в кожаных куртках и с косяками в карманах.

– Ты мне задолжала свое имя, дорогуша, – мурлычет Николас. – Шепни мне его на ушко, если стесняешься.

Закатываю глаза. Ветер становится холоднее, и по ногам пробегают мурашки. Растираю бедра и руки, пытаясь согреться. Николас замечает это, снимает с себя пиджак и накрывает им мои ноги. Благодарю его и не могу не бросить взгляд на его тело, которое становится виднее сквозь полупрозрачную рубашку. У него чистая кожа, без единой татуировки. Рельефы мышц выпирают сквозь тонкую ткань сорочки, которая обволакивает тело Николаса чуть ли не как вторая кожа. Он однозначно следит за своей фигурой и внешним видом.

Настоящий принц.

– Серсея, – наклоняю голову и делаю шуточный реверанс. – Как Серсея Ланнистер.

Николас кривится. Я рада, потому что сама не люблю этого персонажа. Не могу сдержать хихиканье, и мой новый знакомый с облегчением выдыхает и смахивает со лба несуществующий пот, выступивший от якобы нервов. Мы дурачимся, и мне это нравится.

– Обманывать нехорошо, дорогуша, – Николас цокает и качает головой. – Хочешь, чтобы я угадал?

– Хм, – задумываюсь я и, пожав плечами, заявляю: – Почему бы и нет? Даю тебе три попытки.

В голубых глазах мужчины загорается огонь – он принимает вызов. Николас складывает руки на груди и внимательно осматривает каждый сантиметр моего лица, затем и тела. Взгляд мужчина задерживается в четырех местах: на глазах, губах, декольте и бедрах. Не вижу смысла отчитывать его, потому что я уже начинаю понимать, что это его натура. Обольстительная и любящая женщин. Или секс с ними.

Скорее всего, второе.

– Шэрон? – делает первую попытку Николас.

Хмурюсь: разве я похожа на девушку, которую зовут Шэрон? Потом до меня доходит его отсылка к фильму «Основной инстинкт», и я вспыхиваю от легкого смущения.

– Я не буду показывать тебе свою киску, принцесса! – шиплю я.

Николас снова подается вперед. Его лицо оказывается опасно близко ко мне, дыхание щекочет мои губы, но я не теряюсь и кидаю на него хмурый и строгий взгляд.

– Мне нравится, как ты говоришь «киска» и не смущаешься, – мурлычет Николас.

Отсутствие багрового лица неудивительно, потому что я привыкла слышать и говорить грязные словечки, работая стриптизершей. За «порочный» ротик в сочетании с костюмом ангела доплачивают. Однако секс у меня был лишь с моим последним парнем и всего пару раз, так что Николас неправильно воспринял мой опыт.

– У тебя еще две попытки, – шепчу, отвлекая мужчину от темы секса.

Николас ухмыляется, тянется заправить мои волосы за ухо, как во всех мелодрамах, но я бью его по ладони и взглядом предупреждаю, что так делать не надо. Конечно, он не принимает мое возражение всерьез и не отступает. Уверена, Николас не оставит попыток прикоснуться ко мне или залезть в трусики.

Опять же, второе вероятнее.

– Кэтрин? – с хитрой полуулыбкой предполагает он.

Так звали героиню Шэрон Стоун.

Ахаю и снова ударяю Николаса, но на этот раз отвешиваю ему подзатыльник. Мы оба заливаемся смехом. Очень искренним и веселым. Мне это нравится. Возможно, Николас не настолько озабоченный. Флирт с ним поднял мне настроение. На несколько минут я забываю о странных ощущениях, которые вызывает во мне Росс, об их с мамой отстраненности, неожиданной помолвке и о человеке в «тайной» комнате.

Его легкость безумно заразительна.

– У тебя последняя попытка, принцесса, – шепотом напоминаю Николасу о нашей игре, улыбнувшись в ответ.

Мужчина подмигивает мне, наклоняется к моему уху и, понизив голос, говорит очень томным голосом:

– Я оставлю ее на потом.

Подношу губы к его уху и с такой же интонацией парирую:

– С чего ты решил, что у тебя будет еще один шанс?

Николас отстраняется. Его лицо отражает калейдоскоп эмоций: интерес, азарт и желание раскусить меня. Пожалуй, стоит завязывать с флиртом, пока он остался на невинной стадии. Накидываю пиджак на плечи, потому что ноги отогрелись, а руки замерзли.

– Почему ты сбежал с вечеринки? Такой принцессе, как ты, там явно есть чем или кем полакомиться, – язвительно спрашиваю я.

Раз уж Николас называет меня дорогушей, то он будет принцессой. Ему подходит. Николас усмехается и складывает руки в карманы. Его взгляд впервые перемещается с меня на залив. Мужчина следит за движением волн и почему-то напрягается. Его челюсти крепко сжимаются.

– Николас? – осторожно зову его.

Он на секунду зажмуривается, а потом принимает прежний облик веселого искусителя.

– Я не любитель зрелищ с лизанием задницы мистеру Кингу, – отвечает он, вновь смотрит на меня и подмигивает. – Да и в принципе я предпочитаю мероприятия с музыкой повеселее.

Не сдерживаю фыркающий звук. Получается, не одна я заметила, как все смотрят на Росса с открытым ртом.

– Меня же смущает не только стадо лжецов, но и холодные отношения невесты и жениха, – почему-то решаю сказать правду. Вдруг Николас знает что-то, что поможет мне вытащить маму из этого сомнительного союза. – Кто в двадцать первом веке до свадьбы живет в разных спальнях?

Слежу за Николасом, пытаясь вычислить какую-нибудь реакцию. Мужчина лишь пожимает плечами, и я не могу ничего понять по его лицу. Хорошо же в высшем обществе умеют держать эмоции под контролем.

– Кто знает, что творится в их головах? – ответ слишком расплывчатый. Вот и попался, Николас! Он что-то знает. На его губах расплывается сексуальная ухмылочка, и он щебечет: – С тобой я бы пожил в одной комнате, дорогуша.

– Я бы запустила в тебя туфли, – шиплю я, злобно зыркнув на него, – но они мне слишком нравятся, чтобы портить прекрасную обувь о твое смазливое личико, принцесса.

Ночь окончательно поглощает тепло майского дня, и я вздрагиваю от холода. Николас подходит ко мне. Прежде, чем я успеваю что-нибудь сказать, он обхватывает обеими руками мою талию, поднимает с балюстрады и ставит на ноги. Его пальцы не спешат отпустить меня.

– Думаю, нам стоит найти тебе плед.

Наши взгляды встречаются, и мое сердце слегка ускоряет свой ритм. Ощущаю небольшой трепет в теле от того, как Николас смотрит на меня. Его флирт сработал, черт бы его побрал. Я повелась на сладкие речи и красивое лицо.

Чудесно.

– Селена, – выпаливаю я, и щеки почему-то заливаются легким румянцем. Николас вопросительно выгибает бровь. – Меня зовут Селена.

Мужчина улыбается, склоняет голову, берет мое запястье и оставляет чувственный поцелуй на тыльной стороне ладони. Прикосновение мягких губ ласково щекочет кожу.

– Приятно познакомиться с богиней луны в свете полной луны, – Николас подталкивает меня к выходу. – А теперь давай тебя согреем.