Я порвал со своей «королевской» семейкой навсегда и скрылся. Мне нравилось жить в тени, подальше от фамилии и влияния семьи. Но несколько недель назад Гидеон пустил по всем каналам информацию о том, что ищет меня. Мне стало любопытно, что ему от меня нужно. Говнюк слишком умный, знал, что до меня дойдет слушок. Связавшись с ним, я узнал, что меня ищет не он, а Росс. Новый глава семейства Кинг не давал мне спокойно жить, даже не зная, где я нахожусь. Каждый аэропорт в стране снабжен моими фотографиями, и я не могу незаметно покинуть Штаты. Попытавшись улететь так далеко, как мне бы хотелось, я окажусь схваченным и связанным в родовом поместье.

Хочу просто исчезнуть, чтобы ни братья, ни СМИ не пытались выследить меня.

«Куда же пропал младший принц?»

Спросите Росса и его прихвостня, сукины дети.

Пусть Нику и не досталось, но он тоже находится в моем списке людей, которых я ненавижу. Только сумасшедший Гидеон пока не попал туда.

Окидываю взглядом парковку кафе с крыши соседнего здания, в котором Росс назначил встречу. Трое стоят у заднего выхода, парочка телохранителей пытаются незаметно нести пост внутри, а последняя группа охраняет главные ворота. Не понимаю, к чему такое столпотворение. Росс и сам может зарезать больше врагов, чем эта команда. Видимо за последние годы ситуация окончательно вышла из-под контроля.

Но мне плевать, уже давно. Мне будет плевать, даже если я останусь последним Кингом. Я вышел из игры, когда собственный брат показал, на что он готов ради победы.

Спускаюсь с чердака и иду на встречу с Дьяволом. Во рту как-то непривычно сухо, а по спине ползут капельки пота, хотя мне и не жарко. В последний раз я чувствовал себя так, когда шел к отцу в кабинет после наказания, гадая, простит ли он меня или нет.

Не знаю, чего хочет Росс, но знаю, что он готов предложить. Свободу. Каким бы способным хакером я ни был, его могущество простиралось далеко.

Узнав меня, телохранители отступают. Технически я тоже их босс, но если понадобится, они убьют меня без раздумий. Странно, что здесь нет Джона Би. Я помню, что он почти единственный, кому мой брат более или менее доверял. Он хороший человек, и я не понимаю, как он мог служить Россу.

Кафе пустует, и только за дальним столиком в отдельной кабинке сидит он. Обычно он внимателен, как чертов хищник, но меня он словно не замечает. Росс, опустив голову, что-то бормочет себе под нос. Кажется, он окончательно сошел с ума.

Когда звук моих шагов все-таки долетает до его ушей, Росс выпрямляется. Мои губы расплываются в злорадной и чертовски широкой улыбке. Мне очень нравится то, что вижу. Измученная, сломленная и слабая оболочка человека. Его дерьмовый внешний вид греет душу не меньше, чем воспоминания с кладбища, где похоронены наши родители и где я чуть не убил его.

– Здравствуй, брат, – голос Росса стал хриплее, чем я помнил.

Плюхаюсь на стул напротив него и цокаю.

– Не забывайся, ты мне не брат, Росс, – холодно отвечаю я. Мне не до семейных драм. Я здесь лишь для того, чтобы узнать, что должен сделать для освобождения от своего вечного поводка, называемого фамилией Кинг. – Я не убиваю тебя лишь потому, что хочу узнать детали сделки, так что выкладывай.

Росс поджимает губы, борясь с самим собой. В кафе довольно светло, и его синяки под глазами выглядят действительно чудовищно. Похоже, он вообще не спит.

Росс кидает на стол папку, и я беру ее. В ней несколько досье: симпатичная женщина лет тридцати, маленький мальчик и очень красивая девушка. Сразу замечаю идентичные голубые глаза всей троицы – они точно родственники. У всех стоят даты смерти. Судя по данным, женщина умерла на месяц раньше, чем блондинка и мальчик.

И что это должно значить?

– Ты должен найти двоих из этого списка: девушку и мальчика, – объясняет Росс.

Непонимающе хмурюсь. Я, конечно, лучший для такого задания, но и мои силы небезграничны. Поиск трупов не входит в круг моих способностей.

– Ты окончательно спятил? Где я найду их? В аду? Они мертвы, – рычу я. – Это ловушка? Проклятье, я убью тебя, если ты притащил меня сюда, чтобы схватить.

Росс часто качает головой, словно не хочет слышать меня. Его взгляд стеклянный, а тело напряжено. Если бы я переживал за него, то отвел бы к врачу. В нашей семье Николас отвечал за игры со всякой дрянью, но я не удивлюсь, если и Росс на что-то подсел. Он действительно плохо выглядит.

– Точно умерла только она, – Росс указывает на миловидную брюнетку. – Она мать остальных. Я делал эксгумацию, и ДНК не сошлись. Селена… может быть еще жива. Она должна быть жива.

Селена. То, как он произнес ее имя… В точности, как наш отец, когда говорил про маму. Сейчас Росс был его копией. Они с Ником всегда были очень на него похожи, в отличие от нас с Гидом. Возможно, поэтому отец не так много проводил время с нами. Не мог смотреть на сыновей, пошедших в мать, в его жену, которую он не уберег.

– Кто она? – спрашиваю я, глядя на фотографию.

Наверное, она одна из самых красивых девушек, которых я видел. Бесспорно, она могла привлечь Росса, но, черт, она младше меня, не говоря уже о нем. Но и слишком взрослая, чтобы быть его дочерью, хотя и ее мать не выглядит на фотографии достаточно зрелой.

Нет, здесь дело в другом.

– Это неважно, – Росс пытается звучать отстраненно, но эмоции берут верх, что несвойственно для него. – Ты должен найти ее, и я отпущу тебя навсегда. Не буду пытаться наладить связь и вымаливать прощение. Ничего, только найди ее и приведи ко мне.

Мои глаза невольно расширяются от осознания. Проклятье! Да Росс любит ее! Не могу поверить своим мыслям, но я вижу, что это правда. Росс точно любит эту девушку. Он готов от всех бессмысленных попыток вернуть меня в семью, и это прямое доказательство моему предположению.

– Ты ее любишь, – решаюсь произнести странные слова вслух, и мой брат тут же поднимает настороженный взгляд на меня. Ядовитый привкус старого предательства разливается на языке. – Может быть, мне лучше найти ее и сделать то же самое, что случилось с Лорой, а? Око за око, как говорят. Или девушку за девушку.

Лицо Росса наливается пылающей яростью, и глаза темнеют. Он на грани того, чтобы вцепиться в меня. В прошлый раз он не сопротивлялся, но и легкая победа – скучная победа.

– Ты не посмеешь, черт возьми, – рычит Росс.

Громко фыркнув, закидываю ноги на стол и спрашиваю:

– И почему же? Наше семейство никогда не беспокоилось о невинных.

Росс глубоко и шумно вздыхает и теребит цепочку на своей шее. Не помню, чтобы он носил какие-то аксессуары помимо колец отца.

– Лора не была невинной, и ты уже должен был понять это спустя столько лет, – напускное спокойствие в его голосе звучит так же неубедительно, как и аргумент о Лоре. Росс протягивает мне фотографию мальчишки и добавляет: – Если она пострадает, то этот паренек останется круглым сиротой. Как мы. Тебе это надо? Поверь, Доминик, нести груз смерти на своих плечах тяжело. Он бывает неподъемным.

Щурюсь на него. Манипулировать нашим дерьмовым детством низко даже для Росса. Какого хрена он пытается учить меня какой-то морали? Не Россу судить о том, что правильно, а что – нет. Кидаю снимок в папку.

– Не пытайся дергать за ниточки, сукин сын, я не твоя марионетка! – цежу я сквозь зубы. – Я сделаю это, но только для того, чтобы ты навсегда отвалил от меня. Еще мне нужны деньги с моего трастового фонда. Надеюсь, их ты у меня еще не отнял.

Росс устало потирает глаза.

– Конечно, нет, они на месте, я бы не посмел, – отвечает он, на что я снова фыркаю. Он способен на все. – Когда ты начнешь?

Достаю один из своих сотовых из кармана и запускаю одну любимую программу на телефоне. Она запрещена в США, да и во всех остальных цивилизованных странах, но я хакер. Запрещенное – моя работа.

– Когда ты отдашь приказ своим шавкам перестать за мной следить и зачислишь на мой счет десять миллионов, так сказать, предоплату за твою красотку, – говорю я, протягиваю ему номер своего закрытого счета и встаю со стула.

Больше нам не о чем говорить. На другой телефон приходит уведомление о зачислении денег.

– Сделано. Мои люди не задержат тебя, – Росс тоже поднимается на ноги. – Пожалуйста, верни ее.

– Так она сама сбежала от тебя? – не удерживаюсь от едкого смешка. – Отличный способ вернуть девушку! Ты остался тем же козлом. Рад, что что-то остается неизменным. А Николас все так же скачет вокруг тебя с белой пудрой под носом или бутылкой виски? Что у него в почете ныне?

– Я сделал, что ты просил, – Росс стреляет в меня взглядом, от которого в детстве я бы наделал в штаны. – Теперь изволь выполнить свою часть сделки. Если интересно, как дела у Ника, то узнай сам. Он не выходит на связь после ее фальшивой смерти.

Причем здесь…? Мои глаза вновь округляются. Такого я не ожидал.

Николас видимо решил, что не хочет подлизывать Россу, а занять его место, раз посмел… посягнуть на его женщину. Что-то, возможно, и изменилось. Плевать. Как только я найду эту крошку, моя жизнь в этой проклятой стране закончится. Беру папку и ухожу из кафе, ничего не сказав Россу на прощание.

Прости, Селена, но кто-то из нас вернется к Дьяволу в любом случае. И, черта с два, это буду я.

Наше время, Тандер-Бей, Канада

Селена забивается в угол своей кровати, стремясь оказаться подальше от меня. Я вижу, как в ее глазах скапливается страх. И боль. На нее накатывается весь ужас моей лжи. Почти два года, с тех пор, как мы познакомились, я пытался ее защитить, я был ее другом, а теперь все, возможно, разрушено. Сердце болезненно сжимается в груди, когда я распознаю настоящий ужас во взгляде Селены. Она смотрит на меня так, словно я сделаю ей больно, и я не виню ее. Меня мог послать кто-нибудь из «Руки». Если Росс уничтожит ее морально, то Вальдес лишит жизни. Ни один вариант не подразумевает спасение.

Селена теребит палец без фаланги, и я понимаю, что она уже перебрала в голове все самые ужасные сценарии. Сжав челюсти, отодвигаюсь на край постели, чтобы дать ей понять, что не причиню ей боль.

– Кто ты, черт возьми? – обняв себя, рычит Селена.

Мне хочется называть ее Келли, именно так, как она мне представилась. Я полюбил ее как Келли, хотя и знал ее настоящее имя. Селена, несмотря на другое имя, стала для меня самым близким человеком, а я отплатил ей обманом.

Когда я поняла, что не смогу вернуть Селену в Нью-Йорк, я должен был бежать. Оставаться в нашей маленькой и странной семье значило подвергнуть каждого из них опасности, и я поступил как эгоист, оставшись. Или как Росс, приказавший привести Селену к нему против ее воли.

– Селена, я не обижу ни тебя, ни Оливера, ни Марси, тем более, – я любил их всех, а моя племяшка… для выражения моих чувств к ней любых слов всегда будет недостаточно.

По лицу Селены скатывается слезинка. Она забыла, каково это, когда тебе лгут, после побега. Мы жили в нашем красивом и безопасном мирке вдали от мира, желавшего нарушить наше спокойствие. Мы выбрали самообман, опирались друг на друга, как на единственную опору. Селена не была готова к тому, что я подведу ее.

Черт, я собирался рассказать ей правду когда-нибудь на пенсии. Дети бы разъехались по колледжам, построили бы свои семьи, мы с Селеной продолжили бы жить в Тандер-Бей, нашли бы совместное хобби. Я думал про макраме. Только тогда я бы рассказал ей, кто я на самом деле.

Четвертый брат. Младший член семьи, которая разрушила ее жизнь.

Провожу руками по бедрам, вытирая пот. В горле стоит ком, мешающий мне говорить. Я не хочу спускать на нее лавину правды, но у нас мало времени.

– Меня зовут Доминик, – выдавливаю я. – Доминик Кинг.

Селена ахает, и слезы начинают тихо литься по ее щекам. Я хотел бы обнять ее, чтобы успокоить, но уверен, что она не позволит мне. Лишь в самых худших снах я видел, как Селена плачет по моей вине. Наивно было полагать, что это случится только во снах, да?