Незнакомец медленно опустил меч. Не говоря ни слова, Хань Юньси с совершенно серьезным, даже строгим видом занялась лечением. Осушив рану ватным тампоном, она приступила к нейтрализации яда. Процедура включала две стадии – детоксикация и расщепление токсинов. Сперва нужно было найти яд и вывести его из организма, а после, используя лекарства, заняться оставшимися токсинами. Детоксикация была главным козырем Хань Юньси. Из существующих способов выведения – иглоукалывания и медикаментозного лечения – она предпочитала сначала воздействовать на акупунктурные точки и только потом давать противоядие.

После тщательного осмотра стало ясно, что яд можно полностью вывести из организма незнакомца. Но как досадно, что для этого под руками не оказалось более действенного средства.

Не говоря ни слова, Хань Юньси достала иглы и сосредоточилась на поиске акупунктурных точек – их надо было выбирать, исходя из пораженной части тела и вида токсина. Обычному врачу сейчас пришлось бы изрядно потрудиться, но для нее это была абсолютно рядовая задача.

– Будет больно, терпи.

Мужчина ничего не ответил, лишь смерил ее взглядом. О Хань Юньси болтали многое: она уродлива, труслива, малодушна и абсолютно бесталанна. Как же получилось, что ее красота восхитила народ, перед лицом опасности она не потеряла присутствие духа, а в техниках иглоукалывания ей не было равных?

Увлеченная лечением, Хань Юньси не замечала на себе пристального взгляда. Ее брови слегка подрагивали, пока она сосредоточенно, профессионально и осторожно искала акупунктурные точки. Весь ее вид излучал неоспоримое достоинство, вселяющее в окружающих благоговейное преклонение перед ее мастерством. Наблюдая за ней, незнакомец отметил про себя, что эта девушка больше не вызывала у него раздражения.

Когда она ввела в акупунктурную точку несколько игл, из раны засочилась черная кровь, которой со временем становилось все больше и больше, но Хань Юньси, казалось, не замечала этого. Отточенными движениями она тщательно вытирала ее, чтобы избежать вторичного заражения. Только когда цвет крови переменился на ярко-красный, девушка убрала иглы, продезинфицировала рану и наложила лекарство и марлевую повязку. Вся процедура заняла у нее не больше получаса.

Хотя она не собиралась брать на себя ответственность за жизнь этого человека, все равно изо всех сил старалась помочь. Что же касается яда, который все еще находился в его теле, то в отсутствие необходимых лекарств можно было только уповать на судьбу. Все, что Хань Юньси могла сделать, – использовать временное противовоспалительное средство. У нее совершенно не было возможности искать настоящее лекарство: все же это были личные покои великого князя, и жених мог прийти в любой момент. Если ее поймают с другим мужчиной, ей не сносить головы!

Поэтому пусть незнакомец поскорее уйдет и больше никогда не возвращается! Хань Юньси отдала ему несколько пакетиков лекарственных трав и серьезно сказала:

– Наноси их один раз в сутки. Через несколько дней ты полностью избавишься от недуга, а теперь уходи поскорее.

Неожиданно мужчина нахмурился и спросил:

– Хань Юньси, и куда я должен уйти в нашу первую брачную ночь?

– Что?

Глава 12
Скрытая угроза

Бац!

Лампа вновь упала. Лицо побледнело от страха.

«Брачная ночь? Это что, великий князь? Что он имеет в виду?!»

Лун Фэйе встал и направился в спальню, задумчиво взглянув на Хань Юньси. Пытаясь разобраться в случившемся, она последовала за ним.

– Вы… Лун Фэйе?

– Какая наглость, – холодно ответил он.

Мало кто в этом мире осмеливался обращаться к нему по имени. Он вернулся в спешке, не подозревая, что Хань Юньси могут отправить сюда, в его личные покои.

Хотя она до сих пор не могла поверить в происходящее, была почти уверена, что он не врет. Хань Юньси проклинала себя за глупость: как мог наемник открыто демонстрировать лицо? Как мог он проявлять такую выправку? К тому же ей не удалось полностью вывести яд из его организма, даже незначительная доза может стать смертельной. Все-таки этот парень – великий князь, и, если он умрет, ее отправят в загробный мир вместе с ним.

– Ты действительно Хань Юньси? – Лун Фэйе, казалось, читал ее мысли.

С одной стороны, эта девушка хранила слишком много секретов. С другой – очень многие желали ему смерти, и, если бы она была одной из них, он уже был бы мертв.

Пока великий князь разглядывал ее, Хань Юньси с горечью размышляла о том, что, как бы он ни пытался всматриваться, ему все равно никогда не узнать о ее путешествии во времени.

– Отвечай, – приказал Лун Фэйе.

Хань Юньси, вздохнув, подошла ближе и прислонилась к колонне.

– Великий князь, это не так важно. Гораздо важнее, что в вашем теле все еще остался яд.

– Что ты сказала? – Лун Фэйе напрягся.

– В вашем организме еще остались токсины, которые нельзя вывести с помощью иглоукалывания. Необходимо противоядие, которого у меня нет. Если не то верите, сделайте глубокий вдох и почувствуете колющую боль на два цуня ниже сердца, – серьезно сказала Хань Юньси.

Лун Фэйе тотчас же глубоко вздохнул – ее слова оказались правдой. В этот момент в его глазах будто сверкали молнии.

– А ты смелая!

– Я все еще не уверена, что вы и есть великий князь. Вы можете быть наемным убийцей, так что, если пострадаете, вполне заслуженно.

– Заслуженно?

Лун Фэйе пристально посмотрел в глаза Хань Юньси, но она стоически выдержала его взгляд. «А эта женщина не промах». С абсолютно непроницаемым видом он холодно добавил:

– А теперь? Скажи мне, какое лекарство необходимо?

Хань Юньси сомневалась. Все его поступки были крайне подозрительными: несмотря на серьезную рану и отравление, он не обратился к придворным лекарям, а прятался в своем павильоне в надежде, что ни одна душа не узнает о случившемся. Говорят, счастья на несчастье другого не построишь, к тому же все, о чем размышляла Хань Юньси, абсолютно противоречило врачебной этике… однако незавидное положение не оставляло ей другого выхода.

Она прекрасно понимала, что, войдя во дворец, не сможет избежать интриг и выжить в одиночку, поэтому необходимо было найти того, кто будет ей опорой. Таким человеком мог стать самый могущественный представитель императорской семьи в Тяньнине – великий князь Лун Фэйе.

Хан Юньси лукаво улыбнулась:

– На самом деле, ваше высочество… лекарство, которое я дала вам, будет действовать десять дней.

– И что же дальше? – Лун Фэйе по-прежнему испытующе смотрел на нее. Теперь девушка выглядела невинно и робко.

– Завтра я хотела пригласить наложницу И, чтобы выказать ей свое почтение. Может ли ваше высочество сопровождать меня?

В первый день после свадьбы невеста должна пригласить старшее поколение на чаепитие. Если этот парень согласиться пойти вместе с ней, значит, признает ее принцессой. Заручившись его поддержкой, в будущем она сможет избежать многих проблем.

– А если не захочу? – холодно спросил Лун Фэйе.

Хань Юньси, опустив голову, невинно ответила:

– Яд в вашем теле не такой уж и редкий… С ним может справиться любой придворный лекарь.

– О, ты очень умна!

Если бы Лун Фэйе мог так просто обратиться к придворному лекарю, стал бы понапрасну тратить здесь драгоценное время? Эта девушка скрытно угрожала ему?

Улыбнувшись, Хань Юньси пролепетала:

– Спасибо за похвалу, ваше высочество.

В бессилии Лун Фэйе нахмурился и, не найдя ответ, через некоторое время махнул рукой:

– Следи за языком. Ступай.

Хань Юньси была вне себя от радости. Дело было сделано!

– Слушаюсь. Спасибо, ваше высочество.

Она взволнованно вышла из спальни и старательно опустила полог. Однако в полной темноте к ней пришло осознание, что сегодня была их первая брачная ночь. Так куда же идти?

Глава 13
Опавшие лепестки на белой простыне

Эту ночь Хань Юньси провела в библиотеке. К счастью, погода стояла хорошая, и было нехолодно. Лун Фэйе уже не было в спальне, когда девушка проснулась, и она в беспокойстве расхаживала по его покоям туда-сюда. Неужели великий князь не сдержит обещания? Вчера он не дал конкретного ответа, поэтому сердце у Хань Юньси было не на месте.

Она и не подозревала, что в это время Лун Фэйе пил чай во внутреннем саду. Увидев ее выходящей из дворца великого князя – растрепанную, босую и со спутанными волосами, – он недовольно буркнул:

– Даю тебе половину большого часа, собирайся и выходи.

– Хорошо. Обещаю, что не посрамлю честь вашего высочества, – улыбнулась она и поспешно закрыла дверь.

Половины часа было вполне достаточно, чтобы успеть понежиться в ванной. Опомнившись, Хань Юньси задумалась о сложных церемониальных прическах древности, которые были настолько замысловатыми, что никак не удавались. Потребовалось немало времени, чтобы распустить вчерашний пучок. В отчаянии Хань Юньси смогла только расчесать длинные волосы с челкой и заплести косы. Она хотела украсить их, но, к сожалению, украшения, полученные в качестве приданого, были не очень хорошего качества. Хань Юньси прекрасно понимала, что если наденет нечто подобное, то потеряет лицо и подведет новоиспеченного супруга. Так что, раз уж необходимо было выбирать из второсортных украшений, лучше вообще ничего не надевать.

Она почти уложилась в отведенное время. Драпированное бледно-голубое платье выгодно оттеняло светлую кожу, придавая ей более освеженный вид. Простая прическа хорошо сочеталась с одеждой. Хотя вещи на Хань Юньси были недорогими, выглядели они изысканно и элегантно – точно привлекут всеобщее внимание.

На самом деле природная красота не нуждается в украшениях, ее суть заключается в простоте и естественности.

– Ваше высочество, я готова, что думаете?

Лун Фэйе долго смотрел на Хань Юньси, а затем, не сказав ни слова, встал и пошел прочь.

– Вот уж скряга! Разве он умрет, если скажет что-нибудь хорошее? – прошептала она, еле поспевая за великим князем.

Но она не знала о том, что тот никогда не смотрел на женщин дольше нескольких мгновений.

Вчера, когда лицо было скрыто покрывалом невесты, Хань Юньси не могла увидеть павильон Лотосов во всей красе: прекрасные цветы, рукотворный ручей и бамбуковая роща превращали его в уединенное и изящное место.

По пути им не встретилось ни души. Только у главных ворот им наконец попалась старая женщина, личная служанка наложницы И. Лишившись на мгновение дара речи, она быстро поклонилась и поприветствовала Лун Фэйе:

– Здравствуйте, ваше высочество, готова исполнить любую вашу просьбу.

Не удостоив ее вниманием, великий князь проследовал дальше. Хотя Хань Юньси теперь носила титул принцессы, она все еще не была готова к подобным почестям и решила последовать примеру супруга – пройти мимо, точно рядом никого не было. Как вдруг служанка преградила ей дорогу.

– Принцесса-матушка^[11], согласно древним традициям, госпожа должна осмотреть лохунпа^[12], а затем показать ее вдовствующей императрице.

Простынь для первой брачной ночи также называли простыней опавших лепестков, она служила доказательством девичьей невинности. Сколько же порядочных девушек были погублены из-за этого обычая! Далеко не всегда в первую брачную ночь на белоснежной ткани оставались алые следы.

Если Хань Юньси не принесет ее, то должна будет признаться либо в том, что провела ночь в одиночестве, либо в том, что не была девственницей. Первое обречет ее на постоянные усмешки со стороны придворных, второе – страшное преступление, караемое смертью, ответственность за которое понесет не только она, но и вся семья Хань.

Войти во дворец – точно нырнуть в морскую пучину: на каждом шагу подстерегала опасность. Вчера Хань Юньси не сомкнула глаз, а сегодня снова столкнулась с проблемой.

– Принцесса, пожалуйста, принесите лохунпа, – поторопила служанка.

Глядя на неподвижную фигуру супруга, Хань Юньси на мгновение заколебалась. Как ни крути, отвертеться не получится, придется рисковать. Опустив голову, она застенчиво спросила:

– Ваше высочество, она же в ваших покоях?