– Возможно, но… – задумался Арсен. – Для убийства как-то мелко, хотя такая находка, конечно, тоже много вопросов вызывает.

Наставник, конечно, не надеялся, что подопечная знала язык этих двух преступников, однако у неё оказалась хорошая слуховая память, которая помогла ей воспроизвести фразы.

– Хм, язык похож на маркеловский. – сделал вывод Арсен.

– Вы его знаете, нант? – спросила Мэй.

– Любой образованный мирольский аристократ его знает. – осознавая погрешности, инспектор уловил контекст. – Если ты правильно услышала последние фразы, то эти двое смогли найти то, что искали… И это тебя спасло.

– Hala zаr Trebogir! (Слава Троебожию!) – Магритт поцеловал нательный образ.

Заметив, что подопечная стала менее нервной, Арсен перешёл к теме, с которой, по сути, всё и началось: причина приглашения от покойной. Подавляя в себе смущение, Мэй рассказала всё, как есть, ожидая возмущения, однако… Скептическая реакция нанта Болинга её очень удивила.

– Сама подумай, нана Мэй, нана Шефринг слишком молодая женщина для сводни… Была… Зачем ей создавать конкуренцию самой себе? – этот вопрос наставника заставил погрузиться подопечную глубоко в разум.

Слуховая память снова лихорадочно заработала. С её помощью, а также благодаря найденной шкатулке, Магритт сделала вывод: “Она хотела подобраться к вам, нант Арсен, как к чиновнику из министерства иностранных дел.”

– Мда уж… Но это звучит, куда более логично. – инспектор взял шкатулку. – Это я отнесу завтра в шестое отделение. Даже если нам не поручат дело, то…

Арсен осёкся, заметив печаль в глазах Магритт. Он всё понимал, поэтому не хотел грубо выводить её из этого состояние. Наставник практически вплотную подошёл к своей подопечной и участливо попросил: “Нана Мэй, посмотри на меня.” Сломив небольшое внутреннее сопротивление, Магритт так и сделала. Ей не хотелось казаться слабой перед наставником, поэтому она лишь позволила себе прошептать: “Они даже горничную не пощадили.”

– Я не знаю, что сказать… Пусть её кольца ада превратятся в монеты, которые откроют врата в Райский сад. – Арсен сделал круговое знамение. – Думаю, и без тебя найдутся те, кто её оплачет.

– И у наны Шефринг тоже? – голос Мэй предательски перешёл на тихий скулёж.

– Ты знала её всего несколько часов.

– Но ведь она тоже человек!.. Только не злитесь, нант Арсен, но… Перед тем, как уйти, я анонимно телефонировала в полицию.

– Что? – наставник невольно схватил подопечную за плечи.

– Я не могла их вот так оставить! – сорвалась Мэй.

Продолжая держать её, нант Болинг не придумал ничего лучше, кроме как позволить ей выплакаться. Он терпеливо ждал, поймав себя на мысли, что он впервые… Проникся жалостью к этой нейстрийке.

– Нана Мэй, – прошептал Арсен. – Думаю, тебе надо поспать.

– А вы мне дадите то снотворное? – Магритт смахнула последние слёзы со щёк.

– Извини, но я его уже выбросил. К тому же… Это плохая идея искать спасение в таких лекарствах. Нани Элси это быстро поняла.

– А, по-вашему, завтра будет легче?

– Сегодня на это можно только надеться, и… Просить милости у Творца Единого… Ну, или в твоём случае у Троебожия.

Тяжело вздохнув, Магритт убрала мужские руки со своих плеч и прошептала: “Hala zar te! (Спасибо тебе!)”

– Иди      спать, нана Мэй. – чуть более настойчиво произнёс инспектор.

Кивнув нейстрийка покинула гостиную. Арсен же, сев на диван, достал из своего портсигара сигарету. В этом не было спасения для него, но лично ему табак помогал привести мысли в порядок.

VI

На следующий день нант Болинг, обдумав произошедшее злоключение с Мэй, решил, что подопечную лучше несколько дней держать под своим взором, поэтому взял её с собой в шестое отделение. Во время пути Магритт казалась притихшей, что ещё сильнее настораживало наставника. Арсен делал мелкие попытки её привести в чувства, спрашивая о самочувствие, на что нейстрийка либо отвечала односложными фразами, либо же и вовсе молчала. Только на пороге шестого отделения в голову инспектора пришла более действенная идея.

Придя на службу, нант Болинг узнал от секретаря Джини, что заместитель Альпен находился на переговорах. Для Арсена это не стало неожиданностью, но всё же формальности нужно было соблюсти. Поэтому предъявление находки из дома наны Шефринг отложилось до вечера, и инспектор мог, наконец, уделить внимание своей подопечной.

Арсен отвёл Мэй в библиотеку для изучения магической теории. Магритт не была против, но всё же она сомневалась, что расшатанный разум смог бы воспринять новую информацию. Осознавая это, Арсен решил зайти с более знакомой темы. Всё это время Мэй молча наблюдала за своим наставником, который метался от одной книжной полки к другой. Вскоре он, наконец, нашёл большую энциклопедию о магических специализациях. Так как она находилась на самой верхней полке, инспектор использовал лёгкое воздушное заклинание, чтобы притянуть её к себе.

– Идём, нана Мэй. – прошептал Арсен, указав на свободные читательский стол.

Магритт лишь молча последовала за своим наставником. Устроившись поудобнее, инспектор открыл энциклопедию. После нескольких пролистанных страниц он нашёл нужный параграф.

– Думаю, нана Мэй, тебе будет это интересно. – наставник отдал подопечной книгу.

И нант Болинг оказался прав. Когда Магритт прочитала название параграфа, её глаза засияли, как два кусочка янтаря на солнце. Он был посвящён магам-оборотням. Перед мысленным взором на краткий миг предстал образ нанта Деккарта, точнее лже-Деккарта. С каждым прочитанным предложением девичье любопытство становилось всё сильнее, но в то же Мэй чувствовала, как её тело покрывалось мурашками. Это не временные иллюзорные заклинания, которые очень легко разоблачались. Становление мага-оборотня многолетние и мучительное. Тело этого человека должно было пройти через множество зелий и заклинаний. И с каждой ступенью обучения маг терял свою индивидуальность.

– Со временем их настоящий облик приобретает… Скажем так… Очень специфичные черты. – комментировал Арсен.

– У вас среди знакомых есть оборотень? – спросила Мэй.

– Знал двоих, но наше знакомство было недолгим… Такие маги обычно не доживают до тридцати лет. Грустно, конечно, но закономерно. Всё-таки такое насилие над здоровьем.

– Но что-то же тянет магов на путь оборотня…

– Хорошее жалование. Обычно на путь оборотня встают маги из крайне бедных семей. Так они помогают своей родне из трущоб… Ну, и… Некоторых, конечно, привлекает такая сила… При этом они забывают, что у оборотня и жизнь мучительна, и конец такой же.

– А вас она ни разу не привлекала, нант Болинг?

– Ха, нет!.. – Арсену стало не по себе. – Только не говори, что она тебя привлекла!

– Нет, конечно! – выпалила Мэй. – Для меня это слишком!

– Разумная девица!

– И много таких специализаций?

– Достаточно, но… Я бы не сказал, что они чем-то лучше оборотней. У всех свои противные стороны.

– Поэтому вы решили быть инспектором?

– Скажем так, – выдержав паузу, Арсен словесно сформировал свою мысль. – Мне не очень нравиться выявлять тех магов, которые не способны следить за собой и своей силой, но… Из невеликого выбора это самый приемлемый для меня.

– Ясно. – Мэй взглядом пробежалась по страницам энциклопедии. – Я ещё в сборнике заметила, что у некоторых заклинаний известны авторы. То есть… Можно придумывать что-то новое?

– Прогресс не стоит на месте даже в магии, нана Мэй. У кого-то есть талант в совмещение всех техник, в результате которого и создаются новые заклинания, обереги и прочее.

– А вы пробовали, нант Болинг?

– Нет. – прыснул Арсен. – У меня очень плохо с фантазией.

Как и рассчитывал инспектор, Магритт смогла отвлечься от ужасов прошлого дня. Даже более того, глаза нейстрийки так и горели от изучения новой информации. Если нант Болинг с самого начала своей карьеры в шестом отделении рассматривал всё это, как неизбежность, то Мэй казалась куда более увлечённой. Эта заинтересованность оказалась заразительной. Никогда в своей жизни Арсен не мог подумать, что у него может вызвать интерес, давно известная информация. И всё благодаря искренним эмоциям Мэй, да её глазам, которые от увлечённости светились как два кусочка янтаря на солнце.

Когда время, уделённое для магический теории, истекло, наставник со своей подопечной направился в свой кабинет. По пути им попался мальчик-почтальон, который разносил письма для сотрудников шестого отделения. Задержав его, Арсен расспросил о корреспонденции на своё имя. Парнишка, недолго пошарив в своей сумке, отдал ему стопку писем и продолжил свой путь. На заинтересованный взгляд Магритт Арсен ответил: “Все письма, отправленные в министерство иностранных дел на моё имя, перенаправляются в шестое отделение.” Он перебирал полученную стопку на ходу. Поначалу его краткие хмыканья на каждое письмо не предвещали ничего особенного, как вдруг… Инспектор резко остановился у порога своего кабинета, и в эту минуту взгляды наставника с подопечной встретились в напряжённом безмолвии. Ничего не понимающая, нейстрийка невольно сдвинула свои брови, когда инспектор показал ей конверт, который его и затормозил.

– Письмо от нанта Деккарта… – удивлённо произнёс Арсен, зайдя в кабинет.

– Sha? (Что?) – Мэй проследовала за наставником.

В нетерпении нант Болинг взял со стола нож для бумаги, и разрезал конверт. Прежде чем Арсен начал читать письмо, Мэй села напротив наставника, приготовившись его слушать.

Уважаемый нант Болинг,

Наверное, вы очень удивлены, получив это письмо, ибо ранее мы не были настолько в близких отношениях для эпистолярного общения. Однако ваша очаровательная племянница всё изменила. А посему покорнейше прошу отпустить нану Торффен со мной на променад в парк Людовейка завтра в полдень. Я буду ждать её у берега возле беседки, где играет гвардейский оркестр. Могу поклясться своей честью, что она вернётся к вам в целостности и сохранности.

Да благословит вас Творец Единый!

С огромным почтением к вам и вашей племяннице

Э.Д.

После прочитанного Арсен поднял голову на свою подопечную. Глядя на него, Мэй заёрзала на стуле, сказав: “Я… Я правда не знаю, что сказать.”

– Да я уж вижу по твоему лицу. – фыркнул инспектор.

Сжав края письма, нант Болинг перевёл взгляд на потолок. Магритт не могла понять, что творилось в голове инспектора, от того ей становилось всё более тревожно с каждой секундой. Нейстрийка прекрасно осознавала, как вся эта ситуация могла выглядеть со стороны, и всё же поначалу она старалась не впадать в панику, продолжая смотреть на своего наставника, пока тот задумчиво глядел в одну точку. Тем временем его руки настолько сильно сжимали письмо, что оно, казалось, могло в любую минуту разорваться.

– Нант Болинг! – в итоге не выдержала Мэй. – Если бы это был заговор, стала бы я вам докладывать об акценте лже-Деккарта? Сами поду…

– Успокойся! – резко оборвал Арсен, взглянув на свою подопечную. – Я же уже сказал, что вижу всё по твоему лицу… У нас только один вариант узнать, что этому оборотню от тебя нужно.

***