Во время пути Арсен ещё раз проинструктировал Магритт по правилам поведения. Инспектор не сбавлял строгости, но по сравнению с прошлым днём он казался куда более тактичным. Мэй, конечно, запомнила на подкорке все основы правила хорошего тона, но страх забыть что-то важное в самый неподходящий момент никуда не делся.

Когда же экипаж остановился на территории посольства, Арсен повременил с выходом. Он снова взглянул на подопечную, но только теперь выражение его лица стало куда проще.

– Я понимаю, нана, что об этом тебя просить слишком жестоко, но… – немного поколебавшись, Арсен едва слышно попросил. – Хотя бы из вежливости попробуй им всем улыбаться.

– Улыбаться? – голос Мэй не смог удержаться от дрожи. – В-вы… Думаете, это возможно?

Инспектор лишь тяжело вздохнул. Он вышел из экипажа сам и помог подопечной. На входе в посольство гостей встречал посол с женой.

– Нант Болинх, рхад вашему визиту! – радушно поприветствовал посол. – Кхто эта милая девица с вами?

– Мы счастливы были принять ваше приглашение, нант посол. – учтиво поклонившись хозяину приема и поцеловав руку его супруге, Арсен приступил к представлению. – Это моя племянница Сейла Торффен. Нана Сейла, посол Терновой империи Дитрих Циммерих, и его супруга Квинна Циммерих.

– Рхад знакхомству, нана Торхффен! – посол поцеловал руку гостье. – Вы вперхвые на подобном прхиёме?

– Да, нант посол! – кратко ответила Мэй, после чего сделала книксен его жене. – Нани Циммерих.

– Добрхо пожаловать, нана Торхффен, – она кивнула в ответ. – И с дебютом!

Успешно пройдя приветствие с хозяевами, Арсен вместе с Магритт зашли во внутрь.

В белом зале с позолоченными узорами и зеркальными вставками, в котором теснились гости, Магритт тут же почувствовала себя крайне некомфортно. Словно она попала в дорогую консервную банку с редкими деликатесами. Если бы не Арсен, крепко державший подопечную при ходьбе, Мэй от головокружения потеряла бы землю из-под ног. Со многими гостями нант Болинг был знаком: с одними шапочно, с другими же более тесно. Наставник водил подопечную от одного человека к другому. Всего лишь формальная вежливость: поздороваться, представить “племянницу” и обменяться последними новостями, – но для Мэй она была кругу ада подобна. От начала приёма прошло меньше часа, однако нейтрийке он уже казался мучительно медленный. Некоторые гости замечали её зажатое поведение, на что Магритт, глядя с поволокой, говорила чуть слышно, чтобы не сорваться на дрожь: “Немного не привычно. Я тут в первый раз.” В ответ все они понимающе улыбались. Будь на то воля Арсена, он так бы и держал при себе Мэй всё мероприятие, но у него также имелись свои обязанности. После утомительных приветствий инспектор, оглядев зал, предложил своей подопечной отойти к столу с мятным пуншем. Она с большим облегчением на то согласилась.

– Но помни, нана Сейла, – между наставником и подопечной установился краткий зрительный контакт. – Я с тебя глаз не спущу, даже если ты этого не будешь чувствовать.

Мэй слишком сильно нервничала, чтобы испугаться. Нейстрийка лишь, как учил её инспектор, учтиво поклонилась. Получив в ответ ухмылку нанта Болинга, она ушла к столу под его пристальный взгляд.

Подойдя к пуншу, Магритт попросила официанта налить один стакан. Начав цедить напиток, она снова оглядела это шумное сборище. Погрузившись в свои мысли, Мэй не могла понять, за какие грехи Троебожие её испытывает. На ум приходил только отец, но никакие силы не могли убедить нейстрийку в том, что любимый tata замарал свои руки в крови перед смертью, и ей было неважно, что кричали вокруг.

В реальность Магритт вернуло вторжение в личное пространство: “О чём хрхустите, нана?” Резко обернувшись, она увидела тонко сложенного кучерявого шатена средних лет, чей вытянутый нос украшали маленькие изящные усы. Краткий испуг Мэй залила большим глотком пунша.

– Прхошу прхощение, нана, если моё поведение вам покхазалось бестакхтным. – незнакомец учтиво поклонился. – Прхосто по долху службы я тут знаю мнохих, но ваша очарховательное личикхо я вижу вперхвые.

– Я тут в первый раз, нант. – Мэй опустила взгляд на стакан. – Всё это… Мне так ново.

– Я понимаю, нана. – мужчина обладал очень располагающей улыбкой, из-за которой он не казался излишни навязчивым. – Тут птички чирхикхают, что нант Болинх прхедставиляет свою племянницу. Полахаю, это вы и есть.

– Да. Ма… – нейстрийка осеклась, чуть не представившись своим настоящим именем. – Сейла Торффен. Прошу прощение, нант, я немного волнуюсь.

– Не трхевожьтесь, нана Торхффен. Это не умоляет вашего очархования. – мужчина поцеловал руку собеседнице. – Рхазрешите прхедставиться. Мое имя Эрхл Деккхархт. Я ассистент посла Циммерхиха.

– Рада знакомству, нант Деккарт. – Мэй учтиво поклонилась.

В зале повисла тишина, которая была нужна для того, чтобы распределитель объявил вальс. Эрл тут же этим воспользовался, чтобы пригласить новую знакомую, а Магритт хотелось хотя бы на короткое время забыться. Взяв Мэй за руку, нант Деккарт повёл её в центр зала, где формировался танцевальный круг. Перед тем, как заиграла музыка, Эрл наклонился к уху партнёрши по вальсу и прошептал: “Не переживайте, нана Торффен! Если вы не доверяете своим ногам, то можете встать на мои!” Из-за этой фразы забыться не получилось. Во время вальса Магритт старалась не подавать виду, однако очарование Деккарта в её глазах как ветром сдуло.

Арсен, как и обещал, наблюдал за своей подопечной, при этом общаясь с гостями, стоявшими рядом. Он был доволен тем, как Мэй хорошо держалась в танце, хоть ей и не доставала грациозности. Иногда наставник и подопечная ловили взгляды друг друга. Так инспектор смог уловить неладное, которое почувствовала Мэй.

Магритт едва дожила до конца танца. Когда Эрл оставил её, Мэй более резкой походкой дошла до наставника. Оглядевшись по сторонам, она произнесла: “Дядя Арсен, говорят при посольстве прекрасный сад. Может мы там прогуляемся до ужина?” Обменявшись любезностями с гостями, инспектор взял подопечную под руку и вместе с ней покинул зал.

Когда Арсен вместе с Мэй вышел в сад и отошёл на такое расстояние, на котором их не смогли бы подслушать, она нервно выпалила: “С нантом Деккартом что-то не так!” От этого заявления нант Болинг скептический поднял бровь.

– Нана, ты как будто из монастыря сбежала! Естественно, кавалеры будут к тебе присматриваться как к девице на выданье! Хотя… – Арсен призадумался.

– Странно, конечно, что среди них нант Деккарт… Хотя… Возможно, он так хочет опровергнуть слухи о своих… Противоестественных наклонностях.

– Ага, и акцент он тоже меняет ради этого?

– Что?

– Что слышали! Перед танцем он, видимо, сам не заметил, как переключился на мирольский акцент.

– Подожди, нана… Ты точно уверена?

– Нант Болинг, я понимаю, что вы после вчерашнего урока этикета не очень высокого мнения о моих умственных способностях, но уж я то могу отличить терновый акцент от мирольского.

Нервозность подопечной стала настолько явной, что Арсен не выдержал и схватил её за плечи, процедив сквозь зубы: “Успокойся!” Однако не это заставило остудить пыл Мэй. Снова встретившись взглядом с инспектором, Магритт замерла словно статуя. Эта темнота в глазах была подобна ночи, которая резко накрыла её. Наставник же, ослабив хватку, огляделся по сторонам.

– Думаю, стоит прогуляться. – нант Болинг взял под руку свою подопечную. – Скоро ужин, а тебе на нём нужно быть синонимом спокойствия.

Мэй пробурчала согласие под нос и позволила Арсену вести себя по саду. Холодное дыхание осени она едва чувствовала на своей коже. Ветер разносил на себе запах цветов, ещё не успевших увянуть, и яблони, к которой маги приближались. Среди них также затесался аромат сандала, смешанный с табаком, который никак не ассоциировался с осенью, но тем не менее Магритт он казался очень приятным. Вскоре она осознала, что это так звучал одеколон нанта Болинга. Дабы не поддаться смущению, нейстрийка подняла голову. На чёрном беззвёздном небе едва виднелись облачные очертания благодаря городскому освещению. Этот цвет ассоциировался с покрывалом, которым Noa навеки укутывал представившиеся души. Когда маги дошли до яблони, Мэй начала более глубже дышать. Свежий ветер с множеством ароматов, среди которых выделялся сандал с табаком, производил успокаивающий эффект. С каждой секундой тревога становилась всё меньше и меньше. Арсен же наблюдал за ней со всей присущей ему сосредоточенностью, но иногда, чтобы сильно не смущать свою подопечную, он позволял себе отвлекаться, поглядывая на ветки яблони, которые качал ветер. В один из таких моментов порыв, став сильнее, сорвал несколько жёлтых листочков. Один из них приземлился на макушке Магритт, чего она не почувствовала. Без задней мысли Арсен осторожно убрал листок с головы подопечной. От неожиданности Мэй отшатнулась на полшага, удивлённо захлопав глазами. Инспектор же, продолжая оставаться невозмутимым, спросил: “Полегчало?” Магритт кивнула, и он, удовлетворившись этим немым ответом, повёл подопечную обратно к посольству.

– Есть у меня мысль, как можно проверить Деккарта. – Арсен поймал на себе вопросительный взгляд Мэй. – Возможно, поймёшь на ужине… И всё же я не исключаю, что это может быть лишь попыткой поднять репутацию.

– Даже если так, то что?

– Тогда я деликатно дам ему понять, что ни у родителей наны Торффен, ни у меня нет денег на преданное.

Наставник с подопечной как раз успели прибыть к ужину. К счастью для магов, Эрла посадили достаточно близко к ним, однако время ещё не пришло. Так как Сейла являлась новым лицом в свете, она часто ощущала на себе краткие любопытные взгляды. Это, а также трудные уроки Арсена, помогли ей достойно вести себя за столом. И всё же Мэй могла бы быть менее напряжённой, если бы не великосветская беседа, в которой она совершено ничего не понимала.

– Нант Болинг, – обратилась одна из гостей. – Немного даже непривычно, что вы без своей очаровательной супруги. Вам не тоскливо?

– Бывает, но у меня так много дел, что я не чувствую тоску в полной мере. – ответил Арсен. – И всё же безопасность нани Элси является моим главным приоритетом.

– Ваша забота о супрхухе прхельщает. – к беседе присоединился Эрл. – К счастью, вы не одиноки. Конечно, нани Болинх неповторхима, но я также уверхен, что юная нана Торхффен не даёт зачахнуть в уныние своему дяде.

– Я не мог отказать её родителям, когда они в этом сильно нуждались. – окинув взглядом Мэй, инспектор обратился лично к Деккарту. – Кстати, нант Деккарт, вам привет от нани Розен.

– Нани Рхозен? – удивился Эрл.

– Как же? Не уж то вы забыли про бедную вдову из Сонейда, которую вы финансово выручили.

– А-а, нани Рхозен, конечно… Вы её встрхечали? Кхакх она?

– Она и её дети в добром здравии. До сих пор за вас молиться Творцу Единому.

– Наты, нани и наны, прхошу минуточкху внимания. – обратил на себя внимание посол Циммерих, ибо настало время для первого тоста. – Думаю, будет прхавильно поднять прхевый бокал за наших хрхабрхых солдат из Трхёххлавохо союза. За стрхемительную и ярхкую победу!

Гости в ответ подняли тост, оглушив зал: “За победу!” В кратком наплыве патриотизма никто не заметил, как Магритт молча стояла, не подняв бокал, который она крепко сжимала в руке.

***

Покидая посольство, Мэй чувствовало себя опустошённой. Несмотря на это, она нашла в себе силы заговорить с Арсеном, когда они вместе на экипаже возвращались в его дом.

– Нант Деккарт оказывается меценат. – удивилась Магритт.

– Да… В моём воображении. – вызвав у подопечной непонимание, Арсен пояснил. – Нану Розен я придумал за пару минут. Зато теперь у нас есть основания подозревать, что в терновое посольство проник оборотень.

– Оборотень? Это тот, который в волка…

– Не путай с ликантропами! Оборотни специализируются исключительно на человеческих перевоплощениях. Вопрос в другом: терновое посольство знает о нём или же…

Арсен призадумался. Хоть он не закончил вопрос, но всё же Магритт понимала его подозрения.