Мой (не) идеальный предатель (страница 5)
Голос у малышки такой звонкий и беззаботный, а у меня всё внутри будто скользит вниз. Кровь отливает от лица, руки становятся холодными, а ноги…Ватными.
Боже. Он всё-таки решил действовать.
– Кто… Что ты сказала? – спрашиваю хрипло, хотя прекрасно услышала каждое слово.
Ева стоит у дивана, в руках зажат яркий резиновый шарик – тот самый попрыгунчик, который я ненавижу уже за одно его существование. Маленькая ладошка сжимает игрушку, будто это оберег.
Перед глазами мгновенно встаёт образ Артёма, где он в идеально выглаженной рубашке, с той своей полуулыбкой, от которой у меня когда‑то перехватывало дыхание, а теперь поднимается тошнота.
Какого чёрта он снова лезет в нашу жизнь? Почему именно сейчас, когда, казалось, всё наконец утихло? Шесть лет. Почти шесть долгих лет тишины. И вдруг – «дядя зайдёт позже».
Сердце колотится громко. В висках шумит. Хочется кричать, но вместо этого я сжимаю кулаки.
– Ева, – начинаю тихо, стараясь держать голос ровным. Но в нём все равно скользит раздражение. – Я сколько раз говорила тебе, что незнакомым людям нельзя открывать дверь?
Малышка вздрагивает. Губки моментально начинают дрожать, опускаются вниз, глаза становятся круглыми и несчастными.
– Но мама… – она робко делает шаг ко мне. – Прости, мамочка, я так больше не буду…
Я вздыхаю, но злость всё равно прорывается. Она не на Еву, конечно нет. Но именно она сейчас стоит рядом, именно она произносит слова, которые гудят в голове, как колокол: «дядя сказал, что зайдёт позже».
– Милая, – я вновь повышаю голос. – Мы с тобой в другой стране, понимаешь? В чужом месте! И бог его знает, кто может постучать к нам в дверь!
Я вижу, как дочь качается на месте, закусывает губу, и в груди что‑то болезненно сжимается.
Чёрт, Инна, перестань. Это же ребёнок. Она просто ребёнок.
Но мне трудно остановиться. Вижу перед собой не Еву, а Артёма – его ухоженные руки, самодовольное лицо, ту вечную уверенность, с которой он шёл по жизни, оставляя после себя выжженную землю.