– Стоп, – сказала Марион, и он послушался, уставился на неё немного испуганно. – Тебя зовут Мизуки, правильно? – глянула она на девочку.

Та кивнула, не глядя.

– Мизуки, ты совершеннолетняя?

Снова кивок.

– Тогда будь добра, возьми сама свои документы. Потом отдашь мне то, что будет нужно для оформления твоего студенчества.

Немая сцена: мужчина хмурится, девочка поднимает наконец-то глаза и смотрит на Марион, не понимая.

– Бери и держи хорошенько, – Марион сопроводила слова мысленным повелением, и один беспрекословно отдал папку, вторая взяла.

– Но госпожа, юная девица сомнительного поведения не может сама распоряжаться собой и своими документами, – покачал головой мужчина.

– На территории Франкии – может, – отрезала Марион. – Далее. Мизуки, ты нарушала закон?

Отрицательный жест головой.

– Господин Сато, какого рода ограничитель силы надет на Мизуки?

– Браслет, – тот продолжает хмуриться.

– Снимите немедленно. На территории Франкии надеть кому-то подобный предмет можно только по решению суда, или по приказу командира, если нарушивший закон – военный.

Тот прямо в лице переменился – никак не подумал, что всё происходящее можно рассматривать как нарушение закона. Пусть потом подумает, на досуге. А пока пусть снимает.

Господин Сато испытывал жесточайшие сомнения, но сказал девочке:

– Дай руку.

Та беспрекословно протянула правую руку, и господин Сато снял серебряный браслет. Сразу же стало видно – девочка мощный маг, очень мощный. Без браслета она сразу же задышала – как будто до того момента вдохнуть полной грудью не могла. Да и в самом деле не могла, наверное.

– Господин Сато ещё что-то должен тебе? – спросила Марион.

Девочка покачала головой, а господин Сато сообщил:

– Банковская карта и данные счёта – в папке.

Девочка зажмурилась. Ладно, с этим разберёмся.

– Тогда, думаю, мы пойдём к машине. До свидания, – Марион царственно кивнула господину Сато. – Мизуки, пойдём. Это твой чемодан? – дождалась кивка, глянула на носильщика и велела тому следовать за ними.

Когда господин Сато остался где-то там, сзади, Марион продолжила.

– Мизуки, это моя дочь, Теодора Монтенеро. Она куратор твоей будущей учебной группы. А сейчас она увезёт нас домой. Я приглашаю тебя к себе – пока ты не разберёшься с тем, где и как ты собираешься жить.

– Это… обязательно? – тихо спросила девочка.

Без малейшего, к слову, акцента. Любопытно.

– Нет. Но что ты знаешь о том, где у нас живут студенты?

Молчание. Вздох. Очевидно, если и знает, то не слишком много.

До машины дошли в молчании, там Теодора дала носильщику денег, проследив внимательно за тем, как он уложил чемодан в багажник, потом открыла заднюю дверь.

– Прошу, – и улыбается девочке, правильно.

Та нерешительно глянула на Теодору, но села, не выпуская своей папки из рук. Марион же села рядом с Теодорой.

– Мы едем в дом Саважей, там нас ждёт мой супруг, герцог Саваж, он тоже профессор Академии. Он некромант, у вас на островах встречаются некроманты? – дождалась кивка, продолжила. – У нас их не слишком много, они редки. Ещё с нами живёт наш старший внук, Жан-Филипп, он твой ровесник, и ты будешь учиться с ним в одной группе. У Теодоры свой дом, она живёт отдельно, с мужем и сыном. Ещё у нас есть сын, отец Жана-Филиппа, он с семьёй постоянно живёт в Массилии, потому что у него там служба.

Девочка смотрела и молчала. Видимо, это её обычный образ действия.

Дома поджидали мужчины – Жанно уже вернулся с занятий, и старший Жан тоже, Марион просила обоих быть дома, как только освободятся. На улице у входа стоял мотоцикл внука, и этот самый внук хитро переглядывался с дедом. Что вытворили?

– Рад приветствовать вас, милое дитя, – Жан тепло улыбнулся девочке и поцеловал ей руку, чем вызвал изумление, граничащее с ужасом.

– Профессор Саваж – мой супруг. А это Жан-Филипп, наш старший внук, – тот откровенно ел девочку глазами. – Жанно, помоги донести чемодан наверх, в гостевую комнату. Теодора, проводишь? Обед через полчаса.

Жанно и Теодора повели девочку наверх, и Марион наконец-то облегчённо выдохнула.

– Что с ней такое? – спросил Жан. – Кто её испугал?

– Предстоит разобраться и, возможно, наказать, – вздохнула Марион. – Или не наказывать, но оградить девочку от общения. Выдумали тоже – надевать ограничитель на ребёнка, вместо того чтобы учить пользоваться тем, что ей свыше дано!

– Она уже в твоих надёжных руках, – улыбнулся Жан и поцеловал пальцы Марион. – Ты справишься, я даже не сомневаюсь. Пойдём, с кухни чем-то упоительно пахнет. Де ла Мотт сказал – ты пригласила их завтра к обеду?

– Точно. Пусть Жак тоже посмотрит на девочку, и обсудим, как мы принимаем её и куда. А пока – скажи мне, дорогой супруг, что вы с Жанно вытворили?

– Отчего же сразу вытворили? – усмехнулся тот.

– Чую, – как хорошо-то, что можно просто посмеяться просто семейным делам.

– Я решил попробовать, как это – через тени на мотоцикле.

– Тьфу на вас обоих, – рассмеялась Марион. – Старый да малый, одного поля ягоды.

– Мы родственники, – промурлыкал Жан.

– Кто бы сомневался. Ладно, пойдём. Я бы хотела переодеться к обеду.

В форме Легиона со знаками различия нужно ходить в иные присутственные места и давить непонятных сопровождающих, чтобы не обижали маленьких девочек. Дома можно принять более человеческий облик.

Пока всё по плану, а дальше будет видно.

21. Магу нужно учиться быть магом

Когда бабушка Марион сказала, что приедет девушка издалека и, скорее всего, будет учиться в их группе, Жанно очень заинтересовался. Откуда – издалека, почему посреди учебного года и вообще. Что умеет? Красивая ли? Он был готов поехать вместе с бабушкой и Теей в аэропорт, но бабушка сказала, что пусть они с дедом лучше не задерживаются в Академии и встретят их дома. И по такому случаю – оба преподавателя по специальности занимаются другим делом – на последнюю пару практики по боёвке бабушка назначила им другого, своего аспиранта.

Господин Верс оказался довольно молодым и очень консервативным. Сказано отрабатывать защитные заклинания и постановку защитных барьеров – это и будем делать. В разных конфигурациях, по отдельности и вместе.

– А на прочность когда будем испытывать? – спросил Флинн.

– Когда госпожа декан даст добро. У вас хорошо выходит, господин О’Флай.

У Флинна выходило просто отлично, у него сейчас всё отлично выходило – если он не просыпал и не прогуливал, а приходил и работал. Благое влияние госпожи панды?

Они с Франсуа после той встречи долго расспрашивали Флинна – какая она вообще, панда. Тот, правда, смеялся и говорил – клёвая очень, шерсть густая и мохнатая, и спать у неё под боком – просто супер. И ещё она научила его есть восточную еду из забегаловки на рынке – оказывается, там есть ресторанчик для своих, и она его знает, и там кормят как на месте, так и пакуют навынос, и по знакомству можно даже доставку заказать. У Флинна теперь такое знакомство было. И он с упоением рассказывал о молодых ростках бамбука в каком-то соусе, и о том ещё, что учился есть палочками, но пока у него коряво выходит, наверное, научится ещё.

Франсуа тоже поднабрался разного у водницы Джеммы – они ходили вместе в кино, и в прошлое воскресенье ездили куда-то за город, где много свободного пространства и широкая река, и что-то там тренировали. А ещё он рассказывал, что она серьёзно занимается фигурным катанием и звала его посмотреть её тренировку, он ходил. Это что, получается, отношения – они бывают на пользу? Не только для удовольствия?

У него пока выходило в основном для удовольствия. Он пару раз встретился с Финнеей, той тоже хотелось в первую голову удовольствия, и ещё силы от другого мага, совсем не сходной с её силой. Примерно того же хотелось и Рейвен, менталистке-второкурснице, она как-то раз приходила к ним на практику по боёвке в качестве факультатива. У неё были чёрные кудри с фиолетовым отливом и красивые фиалковые глаза. Она пропустила своё занятие, и бабушка назначила ей прийти к ним в группу на отработку. И поставила Жанно с ней в пару.

Он сначала думал – раз она второкурсница, то знает и умеет больше, но оказалось – нет, не больше. Она не слишком правильно держала руки, у неё не всегда выходила стабильная атака, даже огнём, не говоря уже о какой-либо другой силе. И ей пришлось многое объяснять, попутно ещё делая замечания соседям, когда они врезались в кого-то из них двоих или просто косячили.

– Ничего себе ты знаешь и умеешь, – восхитилась Рейвен в конце занятия.

Жанно улыбнулся, повёл бровью… наука деда пошла впрок, ему легко удавалось и вызвать интерес к себе, и сообщить о своём интересе. И всё это – молча. Конечно, похвала от девушки старше курсом была приятна, это тоже подогрело интерес. Он пригласил её в кафе после пар… расстались они в тот день глубокой ночью, и Рейвен даже свою соседку по комнате Эшли, целительницу, куда-то выпроводила. Жанно очень пожалел, что не умеет, как дед, проваливаться в тени, это было бы кстати. А так – пришлось уговаривать охранника выпустить его из общежития менталистов. И потом ещё осторожно выводить мотоцикл с территории студенческого городка, чтобы из-за громкого звука не схлопотать по голове за нарушение тишины и порядка. Это внутри здания можно хоть на голове ходить, на улице должно быть тихо, иначе у руководства Академии будут проблемы. А зачем создавать проблемы профессору де ла Мотту?

Рейвен и Финнея не требовали эксклюзивности и, в отличие от Лины Дюваль, хотя бы здоровались и улыбались. И, как понимал Жанно, были не прочь повторить.

Но у друзей было что-то совсем иное, но что?

И вот – бабушка анонсировала девушку, которая предположительно будет учиться в их группе. Интересно же! Жанно после практики с господином Версом пошёл к деду – бабушка прямо просила напомнить тому о необходимости быть дома вовремя.

Дед нашёлся в кабинете, где ему быть и положено. Очень изумился.

– Что, уже пора? – похоже, он тут делал что-то, чего в домашнем кабинете не вытворишь. – Может быть, ты пока поедешь, а я потом, по-быстрому?

– Тея позвонила, что они выехали из аэропорта.

Дед вздохнул.

– А ты как думал добираться?

– На колёсах, – пожал плечами Жанно и улыбнулся. – Могу подвезти.

– Это ты о чём? – с усмешкой приподнял бровь дед.

– С меня колёса и скорость, с тебя перемещение. И дома будем… вовремя.

– Годится, – закивал дед. – Где у тебя мотоцикл? На стоянке? Жди через четверть часа, я как раз тут закончу.

Путешествие через тени с дедом ощущалось сильнее и мощнее, чем с Леоном. Наверное, деду доступны какие-то другие пласты этого измерения? Но дома они были вовремя, дамы ещё не прибыли. Управляющий господин Маро беспокоился – когда там прибудет госпожа Марион, но дед отмахнулся – скоро, мол, всё в порядке.

Бабушка, Тея и гостья появились скоро, но… с гостьей было что-то не так. Необыкновенно красивая девушка-маг выглядела нездоровой. Смотрела затравленно, затаившись, будто ожидала подвоха. А когда дед с ней по своему обыкновению поздоровался, она стала ещё бледнее, если это вообще возможно. Может быть, она из тех, кто плохо переносит самолёт, бывают такие? И ей просто плохо, а они тут все навалились?

Бабушка скомандовала им с Теей проводить гостью в комнату, и Жанно подхватил чемодан – большой и вместительный.

– Вот здесь ванная, вещи можно разложить в шкафу, но необязательно делать это прямо сейчас, – говорила Тея. – Но не оставляй чемодан открытым, если не хочешь, чтобы в него забрались и полиняли на вещи, – и усмехнулась в ответ на очередной испуганный взгляд. – У нас нет котов, но есть ящерицы. Люци, покажись.