Лучший среди некромантов первого курса Леон Шеню лучшим быть не привык. Он и в Академию попадать не рассчитывал, думал, что магический колледж в Авиньоне – его предел, а что дальше – ну, в колледже, наверное, расскажут, что дальше. Где-то же работают такие, как он. Наверное.

Леон не мог сказать точно потому, что других некромантов видел только в новостях. В школе маги встречались, но – один-два на класс. С ним учились два парня-стихийника, они были наглые мажоры и Леона ни во что не ставили, потому что некромант – это не настоящий маг, так они говорили. А настоящий – если стихийник или хотя бы целитель, а это что?

Впрочем, «это» тоже умело кое-что, просто громко кричать не хотелось. А умело потому, что – мама. Мама читала какие-то книги по магическому образованию, и ещё в последние пару лет была подписана на какой-то специальный канал – на тему «как жить, если ваш ребёнок некромант, а вы нет». Вообще, это, конечно, проблема, потому что некромант и любой другой маг стыкуются как-то очень слабо. Он даже иногда подумывал – ну зачем вообще мама связалась с отцом, отец которого, дед Леона, был некромантом? Этого деда к моменту рождения Леона уже не было в живых, отец существовал где-то параллельно на вольных хлебах, и когда узнал, что у него родился сын с такой наследственностью, разве что передал амулет, который всю жизнь носил дед – со словами «носить не снимая, иначе беда». Леон, если уж совсем честно, пробовал выяснить – что за беда, и иногда украдкой снимал. Что ж, тем, кто оказывался рядом, становилось страшно. Этот момент можно было использовать – просто не слишком часто, а лишь когда становилось совсем туго. Он и использовал, только помалкивал.

Но мама – она пробивная, она искала, у кого узнать-спросить, и возила Леона в Массилию на консультацию – к крутому магу-некроманту, Леон только-только в школу тогда пошёл. И тот некромант, а был он уже старый, долго с Леоном разговаривал – что тот видит, что слышит, как силу зовёт и что с ней делает. Тогда Леон многое про себя понял и фактически на том багаже до выпуска из школы и дожил. И ещё смотрел тот канал, что мама нашла – там парень-некромант рассказывал про силу и предлагал разные упражнения – что с той силой можно делать. Причём попасть на записи упражнений можно было, только если ты сам маг-некромант – такая там стояла защита. И правильно, остальным нечего.

А потом к маме в фирму приехал господин де Котель, у них случились отношения, и он предложил маме выйти за него замуж. Мама изумлялась – надо же, никогда замужем не была, теперь-то для чего? Но господин де Котель был непреклонен – ему, видите ли, очень хочется назвать маму своей женой. И представить родным и знакомым. И вообще, давайте поедем в столицу. Ты будешь работать там же, где и я, отличные финансисты нужны всем. А Леон пойдёт учиться в Академию…

Может быть, на это они оба и купились – на Академию? И мама, и Леон? Или не только? Мама улыбалась и говорила – Леон, ты уже большой и можешь поступать как захочешь, я поддержу. Если хочешь – оставайся здесь, квартира твоя, и поступай в колледж. А если хочешь – поехали в столицу, и там попробуй сдать экзамены в Академию. Если вдруг сдашь не слишком хорошо – у них тоже есть колледж, можно сначала в него, и там подтянуть то, что не выйдет сейчас. После их колледжа поступают абсолютно все.

Леон подумал и согласился на Академию. В конце концов, там же, наверное, есть общежитие. И если этот… господин де Котель будет совсем неприятным, то можно же не жить в его доме.

Эх, знал бы он, что дом окажется… в общем, в таком доме весь их школьный класс можно поселить, со всеми братьями-сёстрами и родителями. И ещё место останется. До того момента Леон не представлял, насколько богат господин де Котель.

А ещё оказалось, что у господина де Котеля раньше была другая жена, которая уехала от него, а с ним осталась дочь. И эта дочь была ровно такого же возраста, как Леон – тоже окончила школу и поступила в Академию.

Анна де Котель оказалась холодной и высокомерной, и при этом невероятно красивой. Не худая – Леону не нравились худые, не маленькая, не крашенная во все цвета радуги – блондинка с большими серо-зелёными глазами. Она вежливо здоровалась и прощалась с Леоном и мамой, и всё. Общаться она не желала. Ну, значит, не больно-то и хотелось. В школе красивые девчонки вели себя с Леоном ровно так же. Не привыкать.

А потом были вступительные экзамены, и их принимал декан факультета, старый, но очень сильный некромант. Леон сначала стушевался – не видел никогда столько силы, а потом зажмурился, нырнул в тени на секундочку, вернулся… и выполнил все задания. Да ещё, как оказалось, лучше всех других, а поступали, как он потом узнал, и такие, у кого оба родителя некроманты – да-да, так тоже бывает.

Письмо о зачислении ему принесли тогда же, когда и Анне. Леон изумился – надо же, как бывает, он не надеялся. Но – получилось.

Ту неделю, которая оставалась до начала занятий, он усиленно знакомился со столицей. Они с мамой сходили в Королевский музей – посмотрели на сокровища, картины, статуи и всякие вещи, принадлежавшие великим людям. Господин де Котель сказал, что ему бы ещё съездить в музей магии, что в Верлене – но это нужно ехать на выходные и оставаться там, уже не успеется. Может быть, позже. А может быть, они съездят с Академией.

Ещё Леон расчехлил свой скейт и даже нашёл несколько отличных мест, где кататься – дома-то он только совсем зимой ездил на трамвае, а всё остальное время – на скейте, и так уже два года. Значит, будет ездить и тут. Не на зачисление, конечно, туда нужно всем вместе, и одеться торжественно, как на выпускной в школе – а дальше уже проще.

Вообще, на зачисление пришла невероятная толпа народу. Это некромантов поступило шестеро, а на стихийный факультет – человек сорок, наверное, и на прикладной столько же. Менталистов он насчитал семерых, боевиков – десять, а целителей – двенадцать. Парней и девочек было примерно поровну, и если у боевиков и некромантов девочек случилось по одной, то на прикладном факультете их оказалось большинство.

Девочка-некромант поражала воображение. Такая же, как он, но – девочка. Коротко стриженная, очень бледная, симпатичная. Откуда-то аж с Полуночных островов. Там нет своей Академии? Она смотрела на всех недоверчиво – наверное, он смотрит так же.

Из оставшихся двое парней были близнецами. Оба болтали с невероятной скоростью обо всём на свете – между собой и со всеми подряд. Леон и представить не мог, как так вообще можно. И ещё один парень был совершенно темнокожим, и он молчал, пришёл с бабушкой. А второй выглядел старше их всех, и на прямой вопрос близнецов прямо ответил: да, он после колледжа, после школы не решился, думал, не возьмут.

Вводная лекция понравилась Леону – чётко, ясно, по полочкам. Ничего такого, что показалось бы страшным и невыполнимым. И хорошо.

Но наутро он не стал дожидаться, пока Анна де Котель вызовет такси или как там она ещё собирается ходить на занятия, а пожелал маме хорошего дня, подхватил скейт и был таков. Сегодня можно было надеть не рубашку с галстуком, а футболку и куртку, и наушники, и капюшон на голову, и хорошо. Дорогу он в целом разведал, но нужно же ещё и проехать, так?

Он успел вовремя, хотя пару раз забурился-таки не туда. Ничего, привыкнет. А то ещё и воспользуется кратчайшим путём между двумя точками, а какой кратчайший путь для некроманта? Через тени, ясное дело.

Пока же он без труда нашёл маленькую аудиторию возле кафедры основ некромантии, и оказалось, что он даже ещё и не последний. Последними, буквально за полминуты до появления профессора, ввалились близнецы – громко хохоча и хлопая друг друга рюкзаками по голове. Интересно, как это – когда у тебя есть близнец? На что это вообще похоже?

Профессор появился из теней, и он не видел в этом ничего особенного.

– Добрый день, мои юные друзья, – начал он. – Я очень рад вас видеть, и тех, кто родился и вырос в столице, и тех, кто приехал к нам издалека, – профессор посмотрел на девушку Грейс и на Леона. – Наша с вами задача на ближайшие четыре года – раскрыть талант каждого из вас и понять, где и как вы с наибольшей пользой сможете его применить. Возможностей много, больше, чем вам сейчас может показаться. Потому что некроманты могут всё – и ещё чуть-чуть. Не верите? – он оглядел изумлённых слушателей. – Давайте смотреть, так ли это…

Со слов профессора выходило, что некроманты способны сделать столько разного, сколько и не снилось обычному даже магу, не просто человеку. И во время обучения они будут пробовать – всё-всё, только внимательно и осторожно. Чтобы не навредить ни окружающим, ни себе.

У профессора супруга – боевой маг. Они даже вчера на зачислении стояли рядом и держались за руки – когда не приветствовали каждый своих студентов. А ведь им обоим столько лет, что дух захватывает! Интересно, как они смогли ужиться, думал Леон, с некромантами ведь никто не уживается – кроме родителей?

Впрочем, может быть здесь, среди себе подобных, он что-то поймёт. Как такие, как он, живут и уживаются с другими. Это было невероятно интересно – где они все учились, у кого и чему, и как что-то понимали про себя? Может быть, позже он наберётся смелости и с кем-нибудь поговорит.

После лекции профессора Саважа нужно было идти на теорию магии, общую для всего потока. Леон, как всегда, замешкался, протормозил и едва не столкнулся у входа в большую лекционную аудиторию с девочкой. Извинился, пропустил её вперёд, глянул…

Девочка была… нереальная. Её волосы с каким-то лиловым отливом заплетены в косички, голубые глаза скользнули по нему, не задержавшись, тонкие пальчики сжали сумку… откуда она, с какого факультета?

Леон проследил за ней взглядом – села с другими девчонками, кажется – с прикладниками. Ну и ладно.

Сам же он нашёл свободное место в первом ряду – ему без разницы, где сидеть, почему бы и не здесь. И приготовился слушать профессора де ла Мотта.

4. Шаг в неизвестное

Жиль де Роган стоял перед распахнутым шкафом и мрачно смотрел в его недра. Ему казалось, что шкаф смотрит на него в ответ и усмехается.

Задача выглядела нерешаемой. Сестра Анриетта сказала – взять с собой то, что понадобится в новой жизни. А то он бы уже прямо после сегодняшних занятий отправился к ней, и только бы отец его и видел. Но сестра глянула хмуро, сказала: глупо пренебрегать тем, что уже есть, поэтому – запас одежды на разные случаи и что ещё важного есть дома? Чтобы не бегать потом или не страдать от того, что нет под рукой.

Вообще, оказалось, что мечтать, как хорошо будет сбежать из дома, проще, чем взять и сделать. Сегодня идеальный момент – отец уехал из города на три дня, и брат Франсуа с ним, никто не вздумает спрашивать, куда это Жиль собрался. А он собрался… далеко. Точнее – в квартиру, принадлежавшую до замужества госпоже Одетт Лимура, матери их всех – и правильных Катрин и Франсуа, и неудачных Анриетты и Жиля. Точнее, это отец так говорил, что Катрин и Франсуа правильные, потому что получили образование и работают – где надо и как надо. Анриетта ушла из дома на улице Сен-Жан сразу же, как поступила в Академию, и Жиль сейчас собирался сделать то же самое. Он ещё вчера спросил сестру – можно ли ему пожить там же, где она, на улице Хрустального Камня, и она со смехом обняла его и сказала – да конечно же, можно, о чём вообще разговор! Это и его дом тоже, и пусть он приходит!

Жиль сложил в рюкзак ноутбук, телефон, зарядки, немного денег – они были подарены ему отцом на окончание школы, и он пока не смог придумать, куда их лучше применить, но самостоятельная жизнь – это же отличнейшее применение! А деньги понадобятся.