Из дома как раз выходила невысокая, крепко сбитая женщина. За руку она держала Литу.

– Тишина! – Дарина едва не подпрыгнула на месте от того, как громко и властно это было сказано. С трудом верилось, что обладательница голоса в действительности такого маленького роста. – Во имя Четырех, успокойтесь немедленно!

Дети притихли. Дарина и сама сейчас бы не решилась хоть звук издать.

– Будущие служители Стихии, а ведете себя как толпа разгулявшихся берущих на городской ярмарке! – женщина смотрела на присмиревших подопечных. Голос ее резко переменился: – Да, милая?

Лита тянула ее за руку, указывая на Дарину и Кая. Наставница прищурилась и зашагала в их сторону. Дарине под этим взглядом вдруг захотелось развернуться и бежать, но она продолжала стоять, расправив плечи.

Лита, вопреки всем страхам Дарины, казалась спокойной и даже довольной. Она отпустила руку наставницы и, улыбаясь, подбежала к ним.

– Так это с вами Лита вчера прилетела? – женщина продолжала цепко оглядывать их. – Я – Кора, присматриваю за будущими чтящими и обучаю их хитростям мысленной связи. Ваша племянница на редкость талантливая девочка.

Лита, поняв, что говорят о ней, разулыбалась еще шире. Дарина глазам своим не верила.

– Да. – В голове все путалось. – Мы прилетели вчера, я Мария, а это… Тим. С Литой… – Дарина не знала, как подобрать слова. – С Литой не возникло неприятностей?

– А должны были возникнуть? – Кора улыбнулась. Улыбка у нее была просто чудесной – широкой, искренней, светлой.

– Порой с ней и целой армии не управиться, – ответил Кай.

Дарина сдавленно хмыкнула.

– Ну, меня-то в этой армии не было, правда? – Кора положила ладонь Лите на голову. Чем-то наставница неуловимо напоминала Даю, хотя внешне совершенно на нее не походила. – Мы чудесно поладили. Ей нужна твердая рука. И опытный мастер по связи, конечно. Лите и самой очень непросто с собой, вы же ведь понимаете? – Она перевела взгляд на Кая. – Знавала я одного Тима… Много лет назад. Это твоим зрением Лита была?

Кай кивнул. Дарина и сама не знала, почему первым у нее в голове всплыло именно это имя. Стоило обговорить все заранее.

Кора вдруг подошла и взяла Кая за подбородок. Он вздрогнул и поморщился.

– Так я и думала. Потерпи немного, знаю, неприятно, но сейчас пройдет. – Она опустила руки. – Глаза у тебя в порядке, повредить пытались рассудок. Не мое, конечно, это дело, но вовремя ты ноги унес, должен был остаться в итоге хуже тряпичной куклы: и не жизнь, и не смерть… Тебя ведь целители смотрели, да? – Кора не стала дожидаться ответа и тут же продолжила: – А должны были мастера связи, и из тех, что посильнее. Лите тяжело все время помогать тебе видеть, да и неправильно это. Найди меня после ужина, хорошо? Посмотрю, что можно сделать.

Над головой Дарины пролетел еще один снежок. Во взгляде Коры заплясали опасные искры.

– Мне пора. За Литу не переживайте. – Она улыбнулась, но изменившийся тон не предвещал ее воспитанникам ничего хорошего: – Так, кто это сделал?

– Пожалуйста, еще секунду, – сказала Дарина, лихорадочно соображая.

Если Кора видела все воспоминания Литы, то скрывать от нее что-то просто бесполезно, как бы жутко это ни звучало. Стоило хотя бы попробовать попросить помощи, что бы там Кай ни говорил по поводу наивности таких помыслов.

– Можно… – Дарина заглянула в глаза Коре, стараясь вложить во взгляд свою мольбу: – Можно для всех остальных Лита станет называться вашей внучатой племянницей? Если… – Даже думать о таком было страшно. – Если вдруг здесь окажутся чужаки, недобрые люди… А они могут оказаться. Чтобы единственная девочка в месте, где их не берут на обучение, не привлекала столько внимания. И считалась живущей под вашей опекой.

Даже если Кора сейчас откажет – Дарина хотя бы попыталась немного обезопасить Литу. Ей-то уж точно проще затеряться, чем Каю с Дариной.

Кора сильно нахмурилась и несколько невыносимо долгих мгновений молчала. Дарина уже успела увериться, что в лучшем случае услышит отказ, а то и накличет на себя беду, когда наставница наконец коротко и уверенно кивнула, так ничего и не сказав.

Может, не стоило вот так подчиняться минутному порыву и раскрываться перед незнакомым человеком? По недовольному лицу Кая явно читалось, что именно об этом он и думал. Ну, что сделано, то сделано.

Дарина быстро опустилась на колени перед Литой. На сердце все еще было неспокойно.

«Все хорошо? Тебя не обижают?» – мысленно спросила она, проведя рукой по ее аккуратно заплетенным косам. Стыдно признаться, но впервые за много месяцев Лита выглядела такой спокойной и опрятной.

«Почему ты Мария, а Кай – Тим?»

«Это… Это такая игра. Поможешь нам?»

Лита очень серьезно кивнула.

– Нам правда пора, – Кора взяла ее за руку. – После ужина у нас свободные часы, можешь навещать ее хоть каждый день. А сейчас завтрак.

– Завтрак! – громко выкрикнул один из будущих чтящих, веснушчатый и вихрастый. – Еда!

Кора вздохнула.

– Не знаю, что труднее – прокормить вас или обучить хоть чему-то путному.

Под грозные прикрикивания и наставления Коры ученики направились в сторону дома, из которого Иво вчера вынес корзину с ужином.

Кай и Дарина остались стоять на месте.

– Лита так и не показала тебе Высокий Храм, – Дарина опустила плечи. Все то время, пока они разговаривали с Корой, она держала спину прямо.

– Ну, мы здесь вряд ли на один день, – Кай казался совсем подавленным. – Вернемся к Бартену?

– Давай.

Они медленно побрели к дому, в котором остановились. После свежего утреннего воздуха совсем не хотелось обратно в сырость и полумрак тесных комнат.

– Мне кажется, Кора знала, о чем говорила, – Дарина с наслаждением подставила лицо солнечным лучам. – Она сможет тебе помочь.

– Это Майя, – опустив голову, Кай безвольно шагал следом.

– Что?

– Это не тройка, теперь точно знаю. Именно Майя со мной так поступила, – голос Кая звучал надломленно. – Тройка бы убила, и все. А она… ну, мстила, наверное, за мой уход? Хотела сделать так, чтобы и я оказался точно таким же, какой была она после яда. Уверен, способность мыслить Майя бы мне при этом оставила. Хуже смерти, очень на нее похоже.

Дарина вздрогнула.

– Ну ты же не можешь знать наверняка…

– Дар, не нужно, – оборвал ее Кай. – Правда.

* * *

Когда они вернулись, Бартен все еще сидел на прежнем месте. Он сдвинул все тарелки на край стола и разложил перед собой аквакарточки свитка, вынесенного Миком и Рут из книгохранилища.

Теперь Дарина знала, что карточки сделали с позволения Мика на старенький акваппарат Кая. Орион помог с этим, но что делать дальше, было совершенно непонятно.

Бартен даже не повернул головы в их сторону. Он раз за разом водил пальцем по строкам, бормотал себе под нос и что-то выписывал на лежавший рядом клочок бумаги.

Дарина справедливо рассудила, что им с Каем от завтрака пользы окажется больше. Ме́ста за столом почти не осталось, но Бартен и не думал подвинуться. Под его ворчание и вздохи Дарина отвоевала немного пространства.

Кай едва притронулся к еде.

– Считаете, там про Знание? – Дарина кивнула на записи Бартена. Она тоже пыталась разобрать эти аквакарточки, еще в Стреле, но ни один символ даже отдаленно не выглядел знакомым.

Бартен раздраженно посмотрел на нее.

– Уверен, что нет. Я уже говорил, могу еще раз повторить: подмена творцов не самая большая беда в этой стране. Свод был переписан, в этом нет сомнений. Если поймем зачем – выясним, может, что с этим делать.

– Здесь кто-нибудь знает исин? – Кай задумчиво катал пальцами крошки по столу.

– Да, а еще говорит со Стихиями, создает армию из истинных даллов и на самом деле давно уже сверг Аврума и отстроил Себерию заново! Праматерь, нет, конечно же! – Бартен смотрел на них почти с сочувствием. – Честно, я иногда поражаюсь, как вы не то что до конца войны дожили, а не самоубились, едва взяв в руки по огнестреле.

«Мы все еще можем уничтожить его и бежать. Ты же помнишь, где осталась Стрела?» – Кай вроде шутил, но лицо его оставалось бесстрастным.

Дарина подумала о крошечной, затерянной в горах Ране в Рубеже, которую даже сам Бартен, знавший о ней, с таким огромным трудом отыскал. Пролетая, они видели обломки кораблей, которым повезло меньше.

Нет, самим им отсюда не выбраться.

«Больно много мороки», – она улыбнулась.

На бесконечных ссорах далеко не уехать.

– Расскажите про Знание.

Дарина давно хотела об этом попросить, и разговор срочно требовалось повернуть в другое русло. Чтобы занять себя чем-то, она начала аккуратно складывать посуду обратно в корзину.

– Что именно тебе интересно? – Бартен уже немного успокоился. – Я не могу объяснить всего, и дело не только в вашей безопасности.

– Я не понимаю, как удалось выкрасть часть, но при этом ею уже нельзя пользоваться. Нельзя же? – Дарина пыталась собрать в голове обрывочные сведения.

Бартен задумался.

– Мне кажется, правильнее всего сравнить его с неким родником. Ты можешь набрать в чашу воды и выпить ее. В большей чаше будет еще больше воды. Но без источника она все равно неизбежно иссякнет. Знание находится в некоем предмете, ты впитываешь часть – и волен распоряжаться ею. Но потом необходимо вновь припасть к источнику, если хочешь продолжать.

– И Тесей набрал такую чашу? – спросил Кай.

– Точно, да. И Эрест потратил ее на вас, – по лицу Бартена читалось, что именно он думал об этом решении. – Ну, то есть, справедливости ради, от него этот выбор не слишком зависел. Его Знания не хватило бы, чтобы вновь соединить двух младенцев, бо́льшая часть ушла на Вертов. А вы оказались достаточно близко друг к другу. И достаточно сильны. Как и Рут с Миком.

– Повезло так повезло, – Кай резко дернул рукой, и крошки рассыпались по полу.

– Ой, перестань, – Бартен поморщился. – Если ты считаешь, что мне доставляет огромное удовольствие жевать черствый хлеб на краю света в вашей компании, то ничего подобного. Повзрослей и прими то, что выбора все равно нет, уж в такие времена посчастливилось нам всем жить.

Дарине вспомнился день, когда Трой впервые рассказал ей про истинных даллов и Кая. Выражался он, конечно, куда мягче, но посыл был тот же, что в словах Бартена. Далл сидел рядом, угрюмый, насупившийся и пристыженный. С трудом верилось, что когда-то она относилась к нему как к врагу.

– Ладно, – Дарина провела ладонью, и порыв воздуха поднял с пола рассыпанные крошки. – Это мы уже поняли. Что делать дальше?

– Я попытаюсь разведать кое-что у Коршуна, вы же попробуйте не найти себе очередных приключений, – Бартен разглядывал строчку, написанную мельче, чем остальные. – Если нечем заняться, можете сходить поискать что-нибудь про Свод и исин в местном книгохранилище, помнится, оно раньше было открыто для всех. Вряд ли, конечно, что-то отыщется, но там хоть бед, может, не натворите. Не натворите же?

1010 год от сотворения Свода, 10-й день второго весеннего отрезка
Себерия, путь к Чаше Леса

Мик

Впереди виднелась лишь темнота.

Мик не помнил, откуда она взялась. Снег ведь искрился белым, небо в прорехах ветвей сияло синим, и солнце, слепящее, яркое, оно отражалось… Солнце. Когда же они в последний раз видели солнце?

Он не знал, как они очутились тут, как долго пробыли и – самое худшее – что предшествовало этому.

Их было четверо, включая Мика. Двое младших, не-людей, совсем обезумели: выли, бесновались, неслись куда-то, Мик все время чувствовал их страх, но не знал, как помочь. Ему и самому делалось страшно.