Развод. Симфония моей мести (страница 4)
Дверь распахнулась, и в палату вошёл он.
Дэн держал в руках огромный букет белых роз, моих любимых цветов. За ним следовала медсестра с пакетами.
– Мирочка, милая! – он подошёл к кровати, его лицо сияло искренней заботой. – Как ты сегодня себя чувствуешь? Я принёс тебе кое-что.
Он начал выкладывать на прикроватную тумбочку принесённое: контейнеры с домашней едой, новую красивую пижаму, мой любимый крем для рук с запахом лаванды. Всё продумано. Всё идеально. Образцовый преданный муж.
Ольга, помогавшая разложить вещи, умиленно вздохнула:
– Какой же вы внимательный, Денис Алексеевич! Мирославе Романовне очень повезло с вами.
Денис скромно улыбнулся, но я видела, как он наслаждается этой похвалой. Актёр. Актёр высшей пробы.
Когда медсестра вышла, Денис придвинул стул ближе к кровати и взял мою руку в свою. Его ладонь была тёплой, сухой. Когда-то я любила эти прикосновения. Сейчас меня от них мутило.
– Как спалось? – спросил нежно.
– Нормально.
– Голос звучит лучше. Врач говорит, восстановление идёт удивительно быстро.
Я кивнула. Он гладил мою руку большим пальцем, смотрел мне в глаза, и я видела в этом взгляде вопрос: что же ты, чёрт подери, помнишь?
Он нарушил возникшую неловкую тишину первым, заведя светский разговор ни о чём: о погоде, о том, как он скучал, о том, какое это чудо, что я вернулась. Слова, слова, слова. Красивые и пустые, как мыльные пузыри.
Он смолк, а я задала мучивший меня вопрос:
– Как дела в "Созвездии"?
Муж на мгновение напрягся, но тут же расслабился, улыбнулся:
– Всё отлично, милая. Не волнуйся. Я взял управление на себя, нанял временного администратора, Жанну Рогову. Лена, твоя помощница, ей помогает. Заказы выполняются в срок, клиенты очень довольны. Галерея работает как часы.
Как часы?
Я закрыла глаза, и передо мной снова возникли образы. Моя мастерская на втором этаже галереи. Я в белом халате, какие носят реставраторы, чтобы не испачкать одежду. Наклонилась над старинной картиной, закреплённой на специальном столе с подсветкой. В руке тонкая кисть. Рядом лупа, пробирки с растворителями, пипетки, скальпели. Запах химии смешивается с запахом старого холста и масляных красок.
Портрет. Дама в пышном платье екатерининской эпохи, с напудренными волосами, со строгим, но красивым лицом. Левицкий. Дмитрий Григорьевич Левицкий, один из величайших портретистов России. Его работы – это характеры, судьбы, целые эпохи, запечатлённые на холсте.
Я трудилась над этим портретом месяцами. Снимала старый, потемневший лак. Укрепляла осыпающийся красочный слой. Восстанавливала утраченные фрагменты, миллиметр за миллиметром, мазок за мазком, подбирая оттенки, имитируя манеру мастера. Это была ювелирная работа, требующая абсолютной концентрации и любви. И я любила эту картину. Как живое существо.
Я открыла глаза, посмотрела на Дениса.
– А та картина Левицкого, – проговорила медленно – я закончила работу над ней аккурат перед аварией. Что с ней? Ты вернул её владельцу?
Лицо Дэна не изменилось, он продолжал ласково на меня смотреть, и тут же ровно ответил на заданный вопрос:
– Да, милая, картина давно у её законного хозяина.
– Заказчик доволен? – приподняла брови я.
– Очень, – Денис нежно сжал мою ладонь. – Граф Вельский прислал благодарственное письмо. Сказал, что ты вернула жизнь его семейной реликвии. Картина сейчас у него, в его новом особняке под Москвой. Он даже пригласил нас в гости, когда ты поправишься.
Михаил Павлович Вельский. Имя всплыло из памяти. Высокий мужчина лет сорока, с благородными чертами лица и проницательным взглядом. Он принёс картину сам, полгода назад. Настаивал, чтобы работу выполнила именно я, а не кто-то из моих работников. «Это портрет моей много раз пра бабушки. Единственная память о ней. И я хочу доверить её вам, Мирослава Романовна. Потому что вы лучшая в своём деле».
Я приняла заказ, и вернула картине жизнь.
И теперь Денис говорит, что граф доволен, что всё прекрасно.
Мне бы радоваться, но что-то было не так. Я чувствовала это всеми фибрами души.
В палату, прервав нашу беседу, вошёл довольный, как слон, Николай Иванович.
– Мирослава Романовна, у меня для вас отличные новости! – он заглянул в мою карту. – Вы феноменально быстро поправляетесь! Все показатели улучшаются с каждым часом. Если так пойдёт и дальше, через неделю мы сможем перевести вас в реабилитационный центр. Там с вами будут работать физиотерапевты, массажисты. И вы, наконец-то, встанете на ноги.
– Реабилитационный центр? – переспросил Денис, и я уловила нотку тревоги в его голосе. – А нельзя организовать реабилитацию дома? Я могу нанять лучших специалистов, закупить любое оборудование. Мире будет комфортнее в родных стенах.
Николай Иванович задумался:
– Теоретически это возможно. Но вам понадобится целая команда: физиотерапевт, массажист, медсестра для круглосуточного наблюдения. Плюс специальное оборудование: тренажёры, аппараты. Это недёшево.
– Деньги не проблема, – отмахнулся Денис. – Я хочу, чтобы Мире было хорошо, как вы сами знаете, дома и стены помогают.
Я поняла его план мгновенно. Дома я буду изолирована. Под его контролем. Никаких посторонних, никаких случайных разговоров, никакой возможности связаться с Леной, с галереей. Он хочет посадить меня в золотую клетку.
– Я хочу в центр, – выдавила я, голос дрогнул от усилия.
Денис удивлённо обернулся ко мне, высоко вскинув брови:
– Но какой в этом смысл, любимая?
– Просто я так хочу, – капризно выдала я и нахмурилась.
– Хорошо, милая. Как хочешь. Главное, чтобы тебе было удобно, – надо же как быстро он согласился!
Но я видела. Видела этот холодок в его глазах. Этот прищур. Я испортила какие-то его планы.
Доктор ушёл, пообещав вернуться вечером для очередного осмотра. Денис посидел ещё немного, говорил что-то о планах на будущее, о том, как мы поедем отдыхать, когда я поправлюсь. Всё те же пустые слова.
– Дорогой, – устав от его болтовни, перебила я, – будь добр, принеси мне завтра мой телефон.
Дэн нахмурился, недовольный, но быстро взял себя в руки и сожалеюще покачал головой:
– Во время аварии он разбился вдребезги. Удар был сильный, сотовый вылетел из держателя и разбился о лобовое стекло. Я куплю тебе новый, хочешь ту же модель?
– Да, пожалуйста, – как кукла кивнула я, мыслями будучи далеко отсюда: а действительно ли телефон сломался? Может, Денис его использовал для каких-то своих целей? Или я уже просто себя накручиваю? Паранойя?
Наконец, дражайший супруг ушёл, поцеловав меня в лоб на прощание.
Я осталась одна.
Медленно, преодолевая боль в мышцах, попыталась сесть. Получилось. С трудом, тело протестовало, но я смогла принять сидячее положение, опершись на подушки. Маленькая победа. Ещё одна ступенька вверх из ада.
Я подняла руки, посмотрела на них. Тонкие, длинные пальцы. Изящные кисти. Я была одним из лучших реставраторов России. Меня знали в профессиональных кругах, мне доверяли бесценные работы. Мне доверил свою семейную реликвию сам граф Вельский.
И вот тут что-то было сильно не так, зудело и не давало мне покоя.
Денис слишком доволен. Слишком спокоен. Он не переживает о галерее, не волнуется о заказах. Говорит, что всё идёт отлично. Слишком гладко для человека, далёкого от мира искусства, внезапно взявшего на себя управление серьёзным бизнесом.
Нужно связаться с Леной. Она моя помощница уже пять лет и страшно мне предана, знает все тонкости моей работы. Если что-то не так, она должна была заметить. Получу новый телефон и первым делом свяжусь с ней.
Глава 5. Звонок
Следующий день прошёл… в ожидании мужа-предателя, но он так и не пришёл.
На самом деле я ждала не его, а обещанный телефон.
Я терпела до вечера, поглядывая на дверь каждый раз, когда слышала шаги в коридоре. Но Денис так и не объявился. С одной стороны, его отсутствие было странным. Он так тщательно играл роль любящего, заботливого супруга, приходил каждый день, приносил цветы и подарки, подолгу сидел у моей постели. Почему сегодня он вдруг нарушил этот ритуал? Что-то случилось? С другой без него мне свободнее дышалось и мысли упорядочивались.
Ольга сменила вторую вечно угрюмую и неразговорчивую медсестру Полину ближе к ужину, и стоило ей заглянуть ко мне в палату, чтобы поздороваться, как я её тут же попросила:
– Оля, мне очень нужно позвонить, можно я воспользуюсь вашим сотовым?
Она внимательно на меня посмотрела и всё же полезла в карман халата.
– Можно, но быстро. Вы пока в реанимации, тут звонки запрещены. И никому не говорите, что я дала вам телефон. Это против правил, – и протянула мне старенький смартфон с потёртым корпусом.
– Спасибо, – улыбнулась я ей, принимая гаджет.
– Пять минут, – строго повторила она и вышла из палаты, прикрыв за собой дверь.
Я по памяти набрала номер Лены. Два гудка. Три. Четыре. Сердце билось так громко, что, казалось, его слышно в коридоре. Пожалуйста, возьми трубку. Ну пожалуйста.
– Алло? – наконец-то, настороженно ответила помощница.
– Лена, – выдохнула я, облегчённо, – это я.
– Мирослава Романовна?! – ахнула она. – О Боже! Это правда вы?! Как же я рада вас слышать! Как вы? Как себя чувствуете?
Лена, услышав меня, искренне обрадовалась, я давно её знала, и почувствовала бы фальш.
– Я в порядке, стремительно иду на поправку. Завтра меня переведут в простую палату и ты сможешь меня навестить. После меня ждёт центр реабилитации, врачи уверяют, что это необходимо.
– Слава богу, – прошептала собеседница. – Я так хотела навестить вас, хотя бы разок, но меня в реанимацию не пустили. Правда, Денису Алексеевичу пошли навстречу из-за тяжести вашего состояния и позволили приходить к вам каждый день. Вот только Денис Алексеевич ни словом не обмолвился, что вам стало лучше, – тихо добавила она, тут я услышала стук каблучков, потом как хлопнула дверь, Лена явно куда-то вышла.
Я даже не удивилась услышанному, каков мерзавец! Откуда-то я вдруг поняла, что Дэн не позвонил никому из моих близких, чтобы обрадовать.
– Лена, у нас немного времени, расскажи мне о галерее. Как у вас там дела?
– Мирослава Романовна, за время вашего отсутствия очень многое изменилось. Очень, – подчеркнула она.
– Рассказывай, – я сжала телефон сильнее. – Всё по порядку.
Лена вздохнула и начала говорить. С каждым её словом мир вокруг меня будто промерзал, кожа всё покрывалась противной гусиной кожей.
– Виктора Петровича уволили, – начала она.
Оп-па! Дядя Витя начальник моей службы безопасности. Да как Денис посмел тронуть этого золотого человека и высококлассного спеца?!