Саныч вышел из мрачной тишины и шагнул дальше. Они заглянули еще в четыре помещения, где ржавые останки турбин казались молчаливыми памятниками ушедшему времени. Затем они оказались в спальной комнате, где стояли две армейские двухъярусные кровати. Одиноко лежали голые матрацы, брошенные на произвол судьбы. В центре комнаты стоял стол, покрытый толстым слоем пыли, на котором виднелись остатки заплесневелой еды. На стенах висели старые телевизоры, и на полках засохшие цветы в горшках, придавая этому месту иллюзию уюта. Раскладной диван-книжка у одной из стен. Напротив дивана – шкафчики с одеждой, словно забытые свидетели прошлого. Они хранили свои тайны и одежду тех, кто тут когда-то работал и жил. В углу комнаты возвышался большой холодильник, покрытый толстым налетом времени. Саныч остановил Эльзу, которая уже собиралась открыть его дверцу.

– Стой, Эльза, иначе мы тут задохнемся. Там все пропало, этот холодильник нужно выбросить. – Оглядевшись, Саныч пошел в следующее помещение, там был большой пульт на всю стену, офисные кресла для четверых, полки на стенах с журналами, пять мониторов. Две семейные фотографии на пульте. В полу зияло отверстие, и вниз вела лестница. Саныч наклонился и вновь присвистнул. – Это орган управления турбинами, а внизу небольшая турбина, пошли глянем. – Он первым протиснулся в дыру и спустился по лестнице.

Внизу протекал небольшой, но быстрый ручеек. Турбина была поднята и висела в воздухе.

– Что ты хочешь сделать? – трагическим шепотом спросила Эльза.

– Хочу опустить турбину, и у нас появится свет, – так же шепотом ответил Саныч.

– А это не опасно?

– Не знаю, но попробовать не мешает. Видишь тут рубильник и распределительный шкаф? На нем надписи. – Он подошел ближе, направил столб света на шкаф. – Так, – проговорил он, – электричество подается на три помещения: башню, пультовую и диспетчерскую. Диспетчерская – это, наверное, в здании электростанции.

– Может, не надо? – опасливо спросила Эльза.

– Да что случится, Звереныш, это автономный источник для жизнедеятельности при отключении основных турбин. – Он стал крутить большой массивный круг, и турбина стала опускаться в ручей. Вскоре она загудела, и на распределительном шкафу замигал зеленый огонек светодиода. Саныч опустил один пакетник вниз, и там, где он стоял, и вверху загорелся мигающий свет. Потом он опустил переключатель башни и отошел. – Пошли наверх, – позвал он завороженно стоящую Эльзу. Та смотрела на лампы под потолком и моргала.

– Ты как Прометей, дед, зажег огонь для людей.

– Ага, он самый, Прометей, – усмехнулся Саныч и легко поднялся по лестнице вверх. Свет исходил из ламп на потолке. Саныч вышел в темный коридор с рельсами и прошел в следующее помещение. – Тут трансформаторная и аккумуляторы, – сообщил он Эльзе. – И тоже горит свет. Посмотри, как там, в жилой комнате.

Эльза помедлила, но заглянула и обрадованно крикнула:

– И тут горит свет, ура…

– Вот видишь, – довольно ответил Саныч, – у нас еще одно безопасное место базирования. Сюда не доберутся ни мутанты, ни люди. Здесь можно оборудовать основную базу. Не так уютно, как на острове, зато безопасно.

– А как сюда попасть? – спросила нахмурившаяся Эльза. – Прыжками?

– Посмотрим, – ответил Саныч. – Я проверю башню. Пошли, – и решительно двинулся по коридору с рельсами в обратную сторону.

Эльза задержалась и крикнула ему вслед:

– Дед, тут вагонетка.

– Пусть стоит, – не оборачиваясь, отозвался Саныч.

Он остановился напротив дверей лифта и размышлял. Кнопок открывания не было. Но был пульт с кнопками и прорезь в нем. Саныч достал пластиковую карту-ключ и провел в прорези. Двери лифта зашуршали и открылись.

– Ничего себе, – прозвучал голос Эльзы у Саныча за спиной. – Как ты это сделал?

– Долго ли умеючи, – усмехнулся Саныч и шагнул в лифт. Следом проскочила Эльза.

Саныч нажал кнопку вверх, с цифрой три. Двери закрылись, и они стали подниматься. Вышли на самом верху за запыленным стеклом.

– Ну, точно пост наблюдения, – произнес Саныч. – Смотри, пульт связи с надписями, и тут даже есть видеонаблюдение.

Он включил рубильник пульта, и тот загорелся под слоем пыли разноцветными огоньками. Замигали и «воскресли» мониторы. И на них Саныч сумел разглядеть окрестности с высоты птичьего полета.

– Да, – произнес он, – все исправно работает, – и выключил пульт. – Пошли, посмотрим, что ниже, – он прошел в лифт. Эльза как хвостик следовала за ним.

Они спустились на минус первый этаж и вышли в большом подсобном помещении. В стене была дверь, запертая изнутри на засов. Больше ничего. Сан Саныч с усилием отодвинул массивный засов и приоткрыл дверь. Перед ним была площадка с поручнями, сваренная из толстой арматуры, и она находилась у среза воды.

– Гляди, Эльза, вот так мы будем сюда попадать, – он выглянул и улыбнулся. – Снаружи открывается простым ключом, и его надо найти.

– Да вон шкафчик с ключами, – услышал он ответ Эльзы и снова вернулся в помещение. В углу висел шкаф, и в нем три больших ключа и еще баллончик со смазкой WD–40. Саныч взял баллончик, поболтал его и стал смазывать засов и отверстие для ключа. Затем проверил ключ, он идеально подходил для замка и прокручивался легко.

– Мудрёно придумано, – произнес он, – но зато надежно и просто. Если не работает электричество, можно дверь открыть ключом. Вот и пригодилась нам лодочка. Смотри, Эльза, мы должны перевезти сюда все, что сможем. Заберем из поселка, из дома отдыха и часть заберем из подвала, все оружие перевезем сюда, тут более надежно.

– А если лодку заметят со стороны? – спросила Эльза.

– Правильно думаешь, Звереныш. Мы ее сюда будем заносить. А сейчас пошли обратно, отдохнем и приготовимся к работе.

– Нет, дед, я на старых матрасах спать не буду, давай уж привезем что-нибудь сегодня, чтобы мы могли нормально отдохнуть.

– Тоже верно, – согласился Саныч, – придется попрыгать.

Они вышли к дверям, ведущим на дамбу. Саныч отодвинул засов и со скрипом открыл стальную дверь, радостно улыбнулся:

– Живем, Эльза.

Та промолчала.

Саныч мельком глянул на девочку и понял: та боялась того, что будет. Она понимала, что предстоит еще один прыжок над пропастью, и, скорее всего, не последний. Саныч не стал ее успокаивать, сел за руль, подождал, пока усядется Эльза и пристегнется ремнем безопасности, потом развернул машину и поехал к башне. Разгон был стремительным, а полет долгим, как вся жизнь. Удар по грунтовке заставил Эльзу вскрикнуть и удариться головой о крышу, но она сдержалась и облегченно задышала, когда Саныч вырулил на дорогу параллельно реке. Они направились в поселок.

В домах Эльза усердно собирала все, что, как она считала, нужно для жизни: белье, скатерти, стиральную машину – правда, портативную, но и это радовало. Мыло, порошки, шампуни, кондиционеры, даже шторы прихватила. Два ковра. Вещи и принадлежности складывала в большие черные полиэтиленовые мешки и грузила в джип. Саныч собирал съестные припасы и то, что считал нужным: охотничье снаряжение, рыболовные снасти, сети, одежду для походов и туризма.

Вскоре джип был забит под завязку, и они тронулись обратно. До ночи они успели сделать еще два рейса и сгрузили собранное в подсобном помещении башни.

Эльза обнаружила в спальной комнате старую электроплитку и принялась готовить ужин. Ее движения были уверенными и спокойными, обыденными. Она знала, что именно сейчас нужно сделать. В то же время Саныч неутомимо переносил узлы, ящики и мешки, складывая их в коридоре. Он даже использовал вагонетку и толкал ее, нагруженную вещами, словно маленький локомотив.

Оба они устали, и скоро сон взял верх. Эльза, не говоря ни слова, застелила диван, и ее строгий взгляд заставил Саныча понуро уйти вниз к ручью, чтобы помыть ноги. В тишине ночи Эльза нагрела воды и, обнаружив туалетную комнату с неработающим душем, совершила вечернее омовение, поливая себя теплой водой и смывая следы дня.

Когда она вернулась, Саныч уже дремал, его дыхание было ровным и глубоким, как у человека, который нашел покой после долгого и трудного дня.

– Свет? – промычал он, и Эльза выключила свет, улеглась рядом, обняла его и, счастливо улыбаясь, уснула. Саныч ничего этого не видел, он спал. Недовольно попискивая и ворча, мельтешил Бро, он пытался оттолкнуть Саныча от хозяйки. Когда у него это не получилось, он убежал осматривать новые владения.

Утром Саныч проснулся рано. Осторожно спустился с дивана, стараясь не разбудить Эльзу. Она вздохнула, повернулась набок, и Саныч сделал два шага. На столе горел ночник, и на том же столе сидел Бро, поедал крошки, оставшиеся после ужина. Бро увидел Саныча и возмущенно запищал, требуя еды. Саныч достал из ящика копченую сардельку и положил на стол. Сам сбегал в туалет на две кабинки, полазил у душа, но не понял, откуда берется вода. Махнул на это занятие рукой и пошел на вышку. У него забрезжили мысли, куда направиться дальше. Внутреннее чутье вело его в город.

Он на лифте поднялся до застекленного этажа и стал осматривать местность из бинокля. Через грязное стекло было плохо видно окрестности, он приоткрыл одно окошко для проветривания и внимательно осмотрел подступы к подстанции и двор. Отсюда он был виден отлично. У него сложилось впечатление, что подстанция пуста, но он также ощутил исходящее оттуда давление, правда, не очень сильное.

«Значит, там прячутся зараженные», – догадался Саныч и задумался, к чему бы им там прятаться? Сидеть на голодном пайке? Или там кто-то прячется из живых, и они трутся рядом? «Надо бы посмотреть», – решил Саныч и спустился.

Бро терзал Эльзу и не давал ей спать. Саныч улыбнулся и стянул с Эльзы одеяло.

– Вставай, соня, тут не остров, тут Подземелье, и мы в походе.

Эльза села, сонно потерла глаза, прижала к себе пищащего Бро и, шлепая тапками, которые она прихватила, пошла в туалет.

– Воду нагрей, – кинула она через плечо. Саныч уже знал ее потребности, и в электрочайнике бурлил кипяток. Эльза в одном из домов нашла себе подходящую пижаму и ходила в ней.

«Ну прям как дома. Везде обживается», – мысленно посмеялся Саныч, глядя вслед девочке. И строит из себя взрослую, а на самом деле дитя дитем.

Он нарезал хлеб, колбасу, заварил несколько упаковок сухой лапши, развел протеиновый коктейль. Открыл банку сгущенки и положил на стол на тарелке копченые сардельки. Подождал Эльзу. Та пришла и стала в рюкзаке искать свои вещи.

– Ты чего копаешься? – спросил Саныч. – Садись есть.

– Трусы не могу найти, – машинально ответила Эльза.

– Так ты их постирала. Вон висят внизу…

– Я другие ищу, у меня месячные начались.

Саныч скривился. Он терпеть не мог такие откровенные разговоры.

– Могла бы не сообщать всему миру, – буркнул он. Эльза поморщилась.

– Живот болит, и я не всему миру сообщила, а крестному мужу.

– Я тебе еще не муж, я тебе дед, – решительно заявил Саныч, но Эльза не обратила на его слова ни малейшего внимания. Нашла красные трусы и ушла.

Вернулась она бледной, села и стала лениво есть.

– Ешь хорошо, – насупился Саныч. – Мы идем дальше.

Эльза подняла на него печальные глаза.

– Сходи без меня.

– Нет, с тобой. Ты будешь запускать коптер.

– Давай подождем пару дней, а лучше три, навезем сюда вещей, оборудуем базу, а потом уже двинем туда, куда ты запланировал. В город, я так понимаю.

– Звереныш, мы тут не на курорте, мы учимся выживать, – спокойно, но несколько суровее, чем хотел, ответил Саныч. – Тут мутанты не будут смотреть, есть у тебя… твои дела, – с небольшой заминкой произнес он. – Сожрут, и все. Помойся хорошо, вставь свой тампон, и запаха не будет.

– Я уже все сделала, дед, не учи меня и не кричи. У меня живот болит.

Саныч отложил ложку, которой мешал коктейль.

– Ладно, – сдался он. – Подождем три дня, а пока привезем сюда все, что можно. Ты готова?

– Готова, – слабо улыбнулась Эльза.