И как бы страшно мне ни было, я поверила. Как уже говорила ранее, призраки не могут лгать. Недоговаривать, изворачиваться, но не лгать. Сейчас призрак говорил безо всяких оговорок, прямо и открыто, он даже не задумывался и не подбирал слова. Кивнув, пересилила себя, делая шаг навстречу неизвестности. Как они втроем открывали портал, я не увидела. Не успела моргнуть, как оказалась совсем в другом месте.

Пещера. С виду самая обычная, каких немало в горах. Ничего примечательного, просто темный провал в скале. Но что-то притянуло меня, заставило свернуть с тропы и подойти ближе.

Первый шаг внутрь был как погружение в другой мир. Воздух здесь был другим. Не холодным и сырым, как я ожидала, а теплым, ласкающим, словно объятия старого друга. Он был пропитан чем-то неуловимым, чем-то, что я могла бы назвать магией. Эта сила окутала меня, словно мягкое одеяло, и я почувствовала, как напряжение, сковавшее мое тело и душу, начало отступать. На смену ему пришло легкое, почти забытое чувство радости, робкое, как первый подснежник после долгой зимы.

Облегчение позволило мне наконец осмотреться. Серые стены пещеры были испещрены рисунками и надписями. Они были настолько древними, что я не могла разобрать ни одного символа. Я изучала многие мертвые языки, но этот был совершенно незнаком, словно принадлежал цивилизации, существовавшей до самой истории. Линии были плавными, изгибающимися, полными какой-то скрытой энергии.

Между рисунками стояли статуи. Они были поразительно реалистичны, словно застывшие в движении люди. Я невольно подумала о гениальном скульпторе, который мог создать такое. Но слова застряли в горле. Что-то внутри меня, какая-то неведомая сила, воспротивилась задавать вопросы. Это было не страх, а скорее глубокое уважение, понимание того, что здесь не место праздным любопытством.

И тогда я заметила ее. Статую с женским лицом. Она стояла чуть в стороне, в полумраке, и ее взгляд… Ее глаза были живыми. Они следили за мной, пронзительные и полные какой-то древней печали, смешанной с… злостью? Я не могла понять, что именно я вижу, но это было нечто, что заставило меня замереть. В ее взгляде было столько намешано, столько невысказанных историй, что я почувствовала себя маленькой и незначительной. Но сильнее всего меня удивила обреченность в этих глазах. Пришлось даже головой мотнуть, отгоняя наваждение.

Стало не по себе. Я поторопилась отвернуться, не хватало еще себе всякой всякости напридумывать.

Даже отошла подальше от всех этих фигур, они напрягали, вызывали некий безотчетный страх и сожаление. Вместо этого продолжила осмотр. Несколько ниш, в которых находились небольшие сундучки. Но не они меня заинтересовали, а подобие колыбели, светящееся изнутри. В ней лежало яйцо. Сотканное из множества разноцветных искорок, соединенных светящимися нитями. Хм, не так я себе представляла яйца. Но от этого взгляда невозможно было оторвать.

– Согласна ли ты, Яйаулианария Мрон Давре, взять на себя заботу и ответственность за новую жизнь, за возрождение потомства, скрытого в яйце? – торжественно поинтересовался старец. То, что он знал мое настоящее имя, удивило всего на мгновение, потом стало не до этого.

– Согласна.

– Так тому и быть. С этого момента ты и только ты являешься хранительницей последнего из драконов. Ни отнять, ни украсть, ни принудить к добровольной передаче тебя никто не сможет, как бы ни хотел. Навредить тебе с этой секунды тоже никто не сможет. Отныне твоя жизнь не имеет конца. Сколько будет существовать мир, столько и тебе по нему ходить.

Признаться, последние слова не совсем поняла, но переспрашивать поостереглась. Правда пояснение прилетело от юноши, как обычно широко и радостно скалящегося.

– Поздравляю с обретением бессмертия. Теперь ты стала еще сильнее, быть убитой тебе больше не грозит. И да, твоя клятва немного ослабла. Со временем она окончательно исчезнет, правда придется ждать как минимум полгода. Малыш разрушит все, что у тебя лишнее и наведенное, но ты должна помочь ему родиться.

Кивнула. Это все, на что меня хватило. Я наблюдала, как от яйца одна из нитей потянулась ко мне. Сперва обвилась вокруг запястья, поползла вверх к плечу, оплела шею и втянулась в грудь, где билось сердце. А потом потухла, но не исчезла. Я стала лучше чувствовать яйцо, вернее то, что внутри него.

– Вот и все. Теперь ты хранительница последнего дракона, – довольно изрек благородный. Люлька вместе с содержимым зависла напротив меня. Я достала яйцо и прижала его к себе. Теплое. Оно будто согревало, медленно растапливая лед в груди, к которому за десять лет я так и не смогла привыкнуть.

– Спасибо! – это все, что успела сказать. Так как в следующее мгновение оказалась снова в своем доме, сжимая в руках яйцо.

– Мать честная, это что ж такое? – удивилась и восхитилась старушка, разглядывая продолжавшее светиться яйцо.

– Будущий дракончик, – не стала от нее скрывать очевидного.

– Да ладно? Правда, что ль? – не поверила, с благоговением касаясь поверхности скорлупы. Она даже не походила на обычную, скорее на мягкую кожу или чешую змеи.

– Ага. Ты же видела Хранителей, именно они и подарили мне это чудо для охраны и для скорейшего появления на свет, – не могла не похвастаться.

– Да, девочка, слышала я когда-то от своей прабабки легенду о яйце, но считала все выдумками. А оно вишь как выходит. Правда это все.

– Что за легенда? – заинтересовалась, устраиваясь на кровати и кладя рядом свою ношу.

– Поговаривали, тот, кто сможет получить последнее яйцо дракона, получит славу, несметные богатства, бессмертие и неограниченную силу своего резерва. Сколько смельчаков было. Да только сложно попасть в священное место, но даже если попали какими правдами или неправдами, выбраться оттуда никто не смог. Говорят, так и остались на веки вечные.

– А, ты о тех пещерах? Да, я тоже об этом слышала. Нам в академии много об этом рассказывали, предупреждали ни в коем случае не искать и не соваться туда.

И тут я вспомнила статуи. Значит, мне не показалось. Они и правда некогда были живыми, но отправились добывать яйцо. И их постигла незавидная участь. Покачала головой, отгоняя видение той самой девицы, что зло смотрела на меня и на хранителей. Наверняка она не помогать последнему дракончику собиралась, ведь хранители просто так наказывать не станут. Я успела убедиться, они читают души, не веря словам. Жаль, я так не умею, скольких проблем удалось бы избежать.

Перед глазами встали картинки прошлого, но я поторопилась их отогнать, не хочу вспоминать то, что было раньше. Я столько лет пыталась это забыть, собирала себя практически по кусочкам. Сейчас мне нельзя расклеиваться и зацикливаться на прошлом, у меня теперь есть подопечный.

Интересно, за какие заслуги мне так повезло? Я ведь даже не знала всей легенды, не стремилась к славе и богатству, а про резерв и говорить не стоит. У ведьм нет его, мы черпаем силу из самой природы. А что касается моего дара, так и он приближен к абсолюту. Вот и получается, что мне ничего из предложенного не надо. Ах, да, бессмертие. Что называется: наградили тем, о чем я и думать не желала.

Я задумалась. А надо ли оно мне? Ведь это получается, я буду видеть, как уходят из жизни те, к кому я смогу привязаться. Подумала и тут же хмыкнула. Привязаться. Чтобы это сделать, надо как минимум чувствовать, а это не про меня. Нет, призраки-хранители, мне, конечно, обещали, что я смогу в скором времени избавиться от холода, сковавшего душу и сердце, но когда это будет. Я уже привыкла к такому положению вещей. И даже не знаю, хочу ли все менять.

– Интересно, что мне с ним надо делать? Его же наверняка следует хранить в определенных условиях, – озвучила вслух свои сомнения.

– А мне кажется, оно само придумает себе условия, – мгновенно отозвалась старушка. – А тебе не мешало бы отдохнуть, вон, синюшная вся, сама на призрака стала похожа. Ты хоть ела что-нибудь? От тебя скоро один скелет останется.

– Да, точно, перекусить не мешало бы, есть хочу, – поведала и отправилась на кухню сооружать себе нехитрый обед. Будучи не привередливой, прекрасно обходилась пирогом или кашей с ломтиками мяса. Об изысках и не помышляла. Отвыкла я от них. Это в прошлой жизни у меня была перемена как минимум четырех блюд, множество изысков, обязательно фрукты. Сейчас и каша вполне себе подойдет. И снова некстати накатили воспоминания.

Вспомнилось, как когда-то было по-другому. Наш стол дома всегда ломился от еды, деликатесы, кулинарные изыски. Бери – не хочу. И ведь тогда нос воротила, не хотела ни морских деликатесов, ни фруктов, ни сладостей. Сейчас бы не отказалась. Но, увы, с деньгами напряжёнка. На работу меня так и не взяли, перебивалась только тем, что приносили просители. И пусть их было не особо много, но мне хватало, чтобы не умереть голодной смертью. Интересно, как там мои родные? Самое поразительное, что вопрос как возник, так и пропал. Да и интерес ушел. Уж явно лучше, чем я.

Перекусив, улеглась на кровать и прижала к себе теплое яйцо. Благодаря ему, удалось немного согреться. Несмотря на лето и жару, я всегда мёрзла. Внутренний холод ничто не способно было отогреть. Хмыкнула. Зато жива и свободна. Да, сейчас уже точно свободна. Мне скоро двадцать шесть, я больше не нуждаюсь в опеке, а, значит, вольна поступать так, как мне хочется, ни от кого не завися.

Незаметно погрузилась в сон. Как обычно ничего не снилось, я словно упала в темную бездну, откуда меня вырвали очередным стуком в дверь. На этот раз он был не такой громкий, словно мне собирались вынести дверь. Можно сказать, осторожный. И кому я снова понадобилась? Даже отдохнуть толком не дадут.

Встала. Потянулась. Машинально погладила яйцо. Даже сподобилась на улыбку. Я теперь не одна. И пусть пока это всего лишь яйцо, но мне уже было приятно на душе, ведь совсем скоро из него вылупится живое существо. Подумала, хмыкнула и пошла открывать.

– И снова здравствуйте! – усмехнулась, заметив давнишнего мужичка. Он мялся на пороге, теребя край рубахи. – Что опять? Мне казалось, я уже все узнала. Нет?

– Начальство просит вас явиться в департамент правопорядка, разговор у него к вам имеется, – отозвался нежданный гость.

– Ну раз разговор, тогда идём, не будем заставлять твое начальство ждать, – легко согласилась, вернувшись за сумкой, в которую машинально сунула яйцо. Расставаться с ним даже на минуту не хотелось.

– Вы бы и вещички прихватили, – посоветовал мужичок.

– Зачем? – не поняла я. Осмотрелась. У меня и вещей-то особо не было.

Несмотря на то, что я тут несколько лет, даже не удосужилась прикупить себе наряды или предметы быта. Пара смен одежды, кое-какие мелочи, драгоценности, которые так ни разу и не надела, они до сих пор валяются в сумке. Да, именно валяются, так как кидала я их тогда впопыхах, лишь бы никому другому не достались. Чтобы что-то из них продать и мысли не возникло. Все же это древние семейные реликвии, доставшиеся именно мне от прабабки. Мать тогда психовала, но ни единой вещи забрать так и не смогла, так как они зачарованы именно на меня. Если бы я их оставила, она бы нашла способ снять привязку, но такой радости я не доставила.

Вот и сейчас смотрела на мужчину, пытаясь понять, что он имел в виду. И хочу ли я сама перемен в жизни. Оказывается, да, хочу. И пусть неизвестно, к чему они приведут, но мне давно пора выползать из скорлупы, куда я сама себя определила.

– Думается мне, вы задержитесь в столице, – поведал гость, словно отвечая на мой мысленный вопрос. И замолчал, не став вдаваться в подробности.

Меня так и подмывало уточнить, ему всего лишь думается или он что-то знает, но промолчала. Спорить и сопротивляться тоже не стала. Все же я уже сама для себя решила. Не пожелай я менять свое положение, вряд ли бы меня кто заставил. А так… Посмотрим, что новое место мне готовит.

Быстро покидала немногочисленные вещи в бездонную сумку – последний и единственный предмет роскоши, который успела умыкнуть из дома перед уходом, после чего оглядела место, где столько времени прожила.