– У меня есть идея получше. Видишь ли, от амулета к создателю тянется связь. И если суметь ее оборвать, то призраки вырвутся. И оставят в покое Азизу, само собой.

– Погоди, – нахмурилась я. – Они дел не натворят?

Не хватало нам только соучастия в магическом преступлении!

– Какое там, – отмахнулась Вера. – Их ведь здесь держит только воля мага. Стоит открыть клетку – и фьюить. Улетят обратно в загробный мир. Только браслет при этом, сама понимаешь, поломается.

– Ничего, – отмахнулась я. – Я могу вызвать тебя как специалиста. Подтвердишь.

– Договорились, – хмыкнула она и посмотрела на Азизу. – Кстати, на ауре такие повреждения надолго остаются. Если знать, куда смотреть, то разглядеть нетрудно.

– Прекрасно, – кивнула я. – В смысле, у остальных "довольных клиенток" они ведь тоже наверняка остались. Хотела бы я знать, господин Стрекозин в курсе, какую пакость продает?

– Вот и спроси, – посоветовала Вера и обратилась к Азизе: – Только обряд тебе самой придется проводить.

– Я же не умею, – напомнила орчанка со смесью надежды и тревоги.

Вера отмахнулась.

– Тут главное желание… Ну и сила, конечно. Знаешь, как говорят? Сила есть – ума не надо!

– Постой, – я кое-что сообразила. – А хель узнают, что их артефакт разрушен?

– Само собой, – пожала плечами она. – Отдачей приложит. А что?

– Ну-у-у, – протянула я, мысленно потирая руки. – Есть у меня одна идейка…

***

Ко второму заседанию по делу Азизы я не готовилась. Зачем тратить время на пустяки?

Но бумаги все-таки прихватила. Вдруг что-то пойдет не так?

Впрочем, особых опасений я на этот счет не питала. Не тот случай.

У кабинета уже ждала Азиза, которую трогательно держал за руку молодой блондин. У него были серьезные глаза и решительный подбородок.

– Доброе утро, госпожа, – неуверенно поприветствовала меня клиентка. Она как будто сомневалась: доброе ли? Утро ли?

Впрочем, с нашей последней встречи орчанка заметно окрепла и похорошела. Округлились впалые щеки, на них заиграл румянец, в движениях появилась плавность. Из болезненно-хрупкой девицы – в сильную и пышущую здоровьем. Неплохой результат!

– Доброе, – улыбнулась я и покосилась на важного ответчика, окруженного стайкой очень стройных женщин.

Притащил-таки "свидетельниц"? Пусть пеняет на себя.

Господин Стрекозин поймал мой взгляд и задрал нос. Мол, победа у него почти в кармане, выкуси!

Ну, это мы еще посмотрим…

Судья Мышкина на этот раз на людей (и прочих) не бросалась, однако была мрачна и крайне недовольна жизнью. Очевидно, лишние килограммы без боя не сдавались. Хотя откуда в тщедушной Мышкиной взялось хотя бы триста грамм жира?

– Продолжается слушание дела, – она зашуршала листами, – по иску Азизы Номрит к Виталию Стрекозину о причинении вреда здоровью. Представитель истца, вы уточнили исковые требования?

Сказано это было весьма недовольно, и тут я ее понимала. Не обнаружив в материалах дела уточненного иска, судья обоснованно решила, что я предъявлю его прямо сейчас. А по закону в таком случае дается время ответчику для ознакомления, следовательно, дело придется опять перенести…

Тянуть же резину Мышкиной не хотелось.

– Нет, ваша честь, – созналась я, вставая. Судья невольно посмотрела на мою юбку, но в этот раз конфуза не получилось. Нат получил на орехи и притих, так что моя одежда оставалась в порядке. – Мы просим оставить иск без рассмотрения.

– Что-о-о? – недоверчиво уставилась на меня Мышкина.

В голове у нее явно не укладывалось, что я отступлю без боя. И не зря.

– Вы были правы, – развела руками я. – Дело оказалось не подлежащим рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства, поскольку речь о проклятии. И насчет подсудности есть у меня некоторые сомнения…

Словно нарочно подгадав – хотя почему "словно", слышимость тут неплохая – в дверь гулко забарабанили. Звук был такой, будто лупили ногой.

Не дожидаясь ответа, в зал заглянула высокая и статная хель.

– Можно? – прогудела она.

Здание суда старой постройки, поэтому трехметровой хель почти не приходилось пригибаться.

– Эм, – сказала судья глубокомысленно и нахмурила брови. – Что вы тут делаете?

Не отвечая, хель шагнула внутрь. Следом косолапо ввалились еще две. В ярко-зеленых шубах – и это по майской-то жаре! – они неуловимо напоминали анекдот про "дорогой, вынеси елку".

Впрочем, топоры в руках намекали, что эти "елки" сами кого хочешь вынесут.

– Неба над головой, – пожелала хель серьезно и чуть склонила голову. – Мое имя Науз-исса, я Мать поселка.

Судья Мышкина откашлялась.

– Чем… эээ… обязаны чести видеть уважаемую Мать? – сказала она с натугой.

Кажется, Мать – это вроде наших губернаторов? Признаюсь, не слишком я разбираюсь в обычаях хель. Впрочем, мне и не нужно. Как говорят юристы, понадобится – вызову эксперта.

И это не лень! Гражданский кодекс требует выяснять мнение специалиста во всех случаях, требующих специальных знаний. Доходит до смешного, когда судья отказывается принимать справку о стоимости недвижимости, мотивируя это тем, что в справке речь о стоимости целого дома, а истец претендует лишь на половину. Разделить на два – даже воспользовавшись калькулятором! – судья не может. Вопрос, понимаете ли, требует специальных знаний. Аж целого курса математики за четвертый класс средней школы.

Впрочем, я отвлеклась. Но потеряла немногое, Науз-исса успела лишь предъявить судье свои "верительные грамоты". Мышкину пергаментные свитки явно впечатлили.

Она откашлялась и похлопала по столу, призывая к тишине.

– Ну хорошо. И что вы хотите?

– Забрать этого, – хель указала топором на сжавшегося господина Стрекозина. – Преступника.

– Не имеете права! – пискнул ответчик, но Мать так цыкнула на него зубом, что господин Стрекозин втянул голову в плечи и попытался слиться с интерьером.

В коридоре ахнули. Дверь хель закрыть не соизволили, так что оттуда с любопытством глазели свидетели.

Судья вновь откашлялась.

– И в чем же его обвиняют?

Науз-исса насупилась. Хель немногословны, и ей явно не хотелось тратить время и силы на объяснения.

– Позвольте мне? – поднялась я с места. – Господин Стрекозин некогда работал зоотехником неподалеку от поселка хель. Так вышло, что он спас раненого ездового медведя одной из них, Рауд-иссы. Взамен он потребовал, кхм, некие амулеты, которые впоследствии привозил в Мидгард под видом товаров народного промысла и продавал как средство для похудения. Увы, в действительности это была…

– Тюрьма для духов, да! – подхватила Науз-исса мрачно. – Которые жрали жертву…

– А она из-за этого худела, – развела руками я. – Насколько мне известно, это разновидность нида.

Мать веско кивнула. Судья поежилась. В коридоре загомонили на разные голоса. Кто-то, кажется, хлопнулся в обморок. Кого-то тошнило.

И немудрено. Очень неприятно представлять, что тебя медленно и со вкусом ели… А ты за это платила и еще радовалась. М-да.

– Кхм, – судья громко прочистила горло. – Что же, вы правы, адвокат Орлова. Дело явно не гражданское. Но есть ли у вас, уважаемые, право на арест господина Стрекозина? Нид ведь еще требуется доказать.

Юрист – это диагноз. Казалось бы, какое ей дело до этого ловкача? Сам виноват. И все-таки зудело, не давало покоя пресловутое соблюдение законности. Хуже комара, честное слово!

– Угу, – буркнула хель и на стол перед судьей плюхнулась еще кипа документов, на этот раз мидгардских.

Судья Мышкина немедленно зашелестела страницами. Придраться ей было не к чему. Я ведь не зря ем свой хлеб! Когда озадаченные хель отыскали Азизу, она сразу отправила их ко мне. Найти общий язык труда не составило, и дальше мы действовали сообща.

–Задержать и передать господина Виталия Стрекозина властям народа хель в лице Матери Науз-иссы за незаконную заготовку неупокоенных духов в местах их компактного погребения, с целью получения выгоды, – зачитывала судья со всевозрастающим недоумением, – а также за наложение проклятия и завладение чужим имуществом путем обмана и злоупотребления доверием… Кхм.

Я улыбнулась растерянной судье.

– Именно так, ваша честь. Так что наши уважаемые гости имеют полное право немедленно арестовать…

Договорить я не успела. Господин Стрекозин наконец отмер. Вскочил, с визгом бросился прочь… Прямо в заботливые руки своих конвоиров.

Высоченные хель легко его скрутили и поволокли прочь.

– Я требую суда! – вопил ответчик из коридора. – Адвоката! Я…

Вопли стихли.

– Что с ним будет? – поинтересовалась судья, проводив их ошалелым взглядом.

– Казнь! – коротко бросила Науз-исса. – Приговор вынесен.

– У хель упрощенное судопроизводство, – объяснила я, кашлянув. – Без прокуроров, адвокатов, ходатайств и прочего. Просто собираются Матери разных поселков, совещаются и выносят вердикт.

Да-да, за эти недели я немало почерпнула из права соседней страны.

Мышкина вытаращила глаза и пробормотала завистливо:

– А так можно было?..

***

– Спасибо вам! – в глазах Азизы стояли слезы. – Если бы не вы…

– Рада, что дело решилось в нашу пользу, – хмыкнула я. – Только вам следует прислушаться к совету Веры и найти себе наставника. Мало ли что.

– Я прослежу, – пообещал молчаливый блондин и обнял порозовевшую Азизу за плечи.

– Удачи, – пожелала я искренне и сбежала по ступенькам, весело размахивая портфелем, будто первоклассница на перемене.

Орчанка с кавалером спускались рука об руку, перешептываясь о чем-то с видом влюбленных подростков.

Я хмыкнула, завернула за угол… И чуть не споткнулась, увидев четверку весьма характерного вида. Гости из жаркой южной страны гортанно переговаривались и поглядывали на суд, как будто чего-то ждали.

А чего – точнее, кого – могли поджидать орки? Самый очевидный ответ – кого-нибудь из своих. Вот только я не видела в коридоре их соплеменников… кроме Азизы.

Орк постарше, который молча стоял в двух шагах от молодняка, пошевелился. В ухе блеснула длинная серьга, по шее заструилась вязь татуировки, а вплетенные в косы колокольчики мелодично зазвенели.

Шаман!

Я замедлила шаг, лихорадочно соображая. Вернуться и предупредить Азизу? Не успела.

Из-за угла вывернула беззаботная парочка. Игорь придерживал Азизу под локоть и что-то серьезно ей рассказывал. Девчонка млела… Пока не налетела с разгона на гортанное:

– Эй, красавица! Нехорошо так делать.

Орки слаженно окружили парочку, как волки несчастных овечек.

Игорь побледнел, но мужественно попытался задвинуть Азизу себе за спину. Отчаянный парень! Один, против троих – шаман явно вмешиваться напрямую не собирался – безоружный… Шансов у него, прямо скажем, немного. Разве что кто-нибудь (я, например) вызовет полицию. Но это когда еще будет! К тому же полиция, увы и ах, старается не вмешиваться в разборки иных рас.

– Что вам нужно? – спросила Азиза звенящим голосом. – Кто вы такие?

– Мы твоя родня, красавица, – ухмыльнулся один из орков, показав заостренные клыки.

– И ты пойдешь с нами! – заявил второй, хватая ее за локоть.

– Руки убери, – рыкнул Игорь, напрягшись.

– А иначе что? – рассмеялся ему в лицо первый. – Да не боись, девочка не пострадает. Мы просто заберем ее домой.

– Домой?! – выкрикнула Азиза, вырываясь. Лицо у нее пылало. – Где вы были, когда я осталась сиротой? Когда меня забрали в детдом?

– Это дело прошлое, – преспокойно пожал плечами третий. – Красавица, не спорь. Мы не хотим тебе зла. Ты просто должна выйти замуж. Разве не об этом мечтают все девушки?

– Сильный дар, – проронил шаман, глядя сквозь нее. – Твоя кровь пробудилась, когда ты проводила обряд. Я почуял.